В итоге из тезисов его меморандума получились аргументы для будущей программы будущей нацистской партии, условия для возникновения которой также были подготовлены Великобританией задолго до начала даже Первой мировой войны. Естественно, что нацисты и особенно сам Гитлер не замедлили воспользоваться столь великолепно сформулированными самим британским премьер-министром тезисами. Более того, за все время своего существования в качестве фюрера сначала нацистской партии, а затем и Германии, Гитлер не смог выдумать ничего лучше, чем эти самые тезисы Ллойд Джорджа. Хуже того, Великобритания периодически подсказывала Гитлеру «новые повороты» в старых тезисах в поисках «немедленного исправления самых вопиющих несправедливостей» (слова лорда Ротермира. — A.M.). Но даже при таких обстоятельствах Гитлера хватало только на зондажные переговоры с Чехословакией, которые он пытался вести осенью 1936 г. и вплоть до начала февраля 1937 г. И вдруг, в начале февраля 1937 г. он взял да и прервал этот зондаж — якобы получив предупреждение из СССР о возможном скором смещении Сталина. Что же произошло в действительности, уже рассказано на предыдущих страницах этой книги.
Здесь особенно важно подчеркнуть — это самое «вдруг» в мгновение ока превращает «версию Шелленберга» в абсолютное ничто уже только в силу самого факта, что означает, что Адольф ничего не планировал, а соответственно, ничего не планировали и в нацистских спецслужбах.
Почему именно из этой «искры» должно было возгореться пожарище именно Англией ожидавшейся не позднее 1938 г. войны? Да потому, что при истекшем Договоре от 1926 г. о ненападении и нейтралитете между СССР и Германией СССР по-прежнему формально оставался связанным обязательством оказать военную помощь Чехословакии в соответствии с Договором от 1935 г. А Германия Гитлера свободна от обязательства не нападать на Советский Союз.
Кому же наиболее выгодно было бы сохранение живой германофильствующей высокопоставленной агентуры в высшей советской военной иерархии? Только Германии, потому что германский вермахт даже после захвата Чехословакии еще не был тем самым мобильным, вышколенным, прекрасно обученным и оснащенным вермахтом, который известен по истории Второй мировой войны. Тогда его могла раздавить даже чехословацкая армия, имевшая 42–45 дивизий, а уж при поддержке СССР от гитлеровской Германии ничего не осталось бы, даже мокрого места.
Кому же в таком случае особенно мешала эта германофильствующая высокопоставленная агентура? Только Великобритании (о резонах Сталина — разговор отдельный), потому что германофильствующая военная верхушка СССР (да еще и с потугами на «мировую революцию») плюс русофильствовавшая военная верхушка Германии стремились к военно-геополитическому альянсу Берлин — Москва на основе военных диктатур с немедленным подсоединением к нему Рима и особенно Токио. И тогда верная смерть как для самой Великобритании, так и для ее империи, и вообще для всего англосаксонского Запада. А если, как предполагали в Лондоне, к этому «квартету» подсоединятся еще Мадрид и Лиссабон (т. е. Франко и Салазар), то тогда практически мгновенная смерть. Потому как в сферу деятельности этого секстета диктатур попало бы практически 100 % основных морских и железнодорожных коммуникаций, связывавших метрополию с ее колониями, особенно в Азии, без которых Англия — всего лишь Туманный Альбион. И то обстоятельство, что не Гитлер, а министр иностранных дел Великобритании лорд Галифакс от имени своего государства выразил готовность присоединиться к разросшейся к тому моменту до тройственного союза Берлин — Рим — Токио оси, совершенно однозначно свидетельствует, что Галифакс использовал зеркальную копию основополагающего замысла «двойного-тройного» заговора. Все это означает, что в Лондоне полностью были в курсе истинных замыслов заговорщиков, иначе использование именно зеркальной копии было бы невозможно! Цель же была только одна — «доброй старой» Англии нужна была война, война на Востоке Европы, война между Германией и СССР. Но вот влезать в нее Великобритании не хотелось — не для того ведь Гитлера привели к власти. Поэтому-то прозорливый Сталин еще в 1935 г. при подписании Договора о взаимопомощи с Чехословакией статьей 2-й обусловил предоставление советской военной помощи Праге тем, что то же самое, но в опережение действий СССР сделает Франция, что, в свою очередь, автоматически означало, что в силу своих союзных с Францией отношений ей, Великобритании, придется также автоматически лезть в драку, причем на стороне СССР. Но этого-то Лондон и не хотел.
Именно поэтому Галифакс выражал не только готовность Великобритании подсоединиться ко всем этим фашистским осям, но говорил также и о готовности Франции к этому. А это означало фактический отказ Парижа даже от видимости соблюдения договоров 1935 г. Это, в свою очередь, могло быть достигнуто только путем ликвидации смертельно опасного для Великобритании «двойного-тройного» заговора за счет нанесения упреждающего удара по ключевому, решающему его звену — советской части, что в результате гарантированно обеспечивало Лондону простор для глобального маневра, потому что:
— вооруженные силы СССР в таком случае неминуемо ослабнут, ибо удар по высшему командному звену равносилен практически 100 % деморализации личного состава, что немедленно скажется на уровне боеспособности и боеготовности вооруженных сил;
— у Чехословакии пропадет последний шанс надеяться на помощь Москвы, т. к. Париж немедленно проигнорирует свои обязательства по Договорам 1935 г. под предлогом того, что вооруженные силы СССР не в надлежащем состоянии;
— следовательно, Великобритания полностью свободна от необходимости оказывать помощь Франции и, соответственно, лезть в ею же разжигавшуюся общеевропейскую войну, и может сосредоточиться на обеспечении безопасности Британской империи.
Абсолютно все произошло в точнейшем соответствии именно с этим сценарием.
В мае 1938 г. британская пресса кричала «нам нет дела до чехов!», а ас психологической войны лорд Ротермир разыгрывал свою «партию» строго по определенным нотам. Статья с таким хамским названием вышла 6 мая 1938 г., однако накануне лорд Ротермир показал гранки этой статьи германскому послу в Лондоне Дирксену, который немедленно отбил соответствующую депешу в Берлин. И было из-за чего — Лондон открыто говорил Берлину: нападай на Чехословакию, не бойся! Лишь только всеобщая мобилизация, объявленная в Чехословакии, и откровенное предупреждение СССР о своей готовности незамедлительно прийти на помощь Праге даже в одностороннем порядке, не дожидаясь действий Парижа, сорвали реализацию «плана Грюн» и возникновение европейской войны уже в мае 1938 г. И тогда Лондон ввел в действие пресловутый «план Зет», который и привел к Мюнхенской сделке.
Поскольку и в геополитической «бухгалтерии» тоже существует знаменитое «Итого», то пора подвести окончательный итог: если с небольшим опережением провалить и «двойной-тройной» заговор, и сдать на расправу германофильствовавших советских военных, которые, по обоснованному мнению Лондона, играли ключевую роль, то в выигрыше останется «добрая старая» Англия, а «на бобах» — Сталин и СССР! Да еще и на каких «бобах»: Договор о ненападении и нейтралитете от 1926 г. истек окончательно, обязательства перед Прагой формально остались, высший командный состав перерезан, боеспособность вооруженных сил близка к нулю, авторитет в мире подорван почти до основания, война началась!
Все именно так и должно было произойти, потому что, уезжая из Мюнхена, навсегда обесчещенный невиданным даже в грязной истории британской дипломатии позором сделки с Гитлером премьер-министр Великобритании Невилл Чемберлен, стоя у трапа самолета, прямо призвал Гитлера к нападению на СССР. Вот его слова: «Для нападения на СССР у вас достаточно самолетов, тем более что уже нет опасности базирования советских самолетов на чехословацких аэродромах» (выделено мной. — A.M.). А чуть позже, как опять-таки станет известно советской разведке, и министр иностранных дел Франции Боннэ откровенно заявит нацистским главарям: «Оставьте нам нашу колониальную империю, и тогда Украина будет Вашей» (выделено мной. — A.M.) (сказано 6 декабря 1938 г.). Потому что обе державы — Великобритания и Франция — прикрылись фактически пактами о ненападении: Лондон — с 30 сентября 1938 г., Париж — с 6 декабря 1938 г. У них есть, у Москвы — нет.
Война тогда не началась лишь по той простой причине, что даже у Гитлера хватило ума сообразить, что между 170 советскими и 42 германскими дивизиями есть разница. За что его, кстати говоря, чуть позже тот же Галифакс обозвал клятвопреступником — обещал, мол, напасть на СССР, но слова не сдержал…
