Похоже, своим решением, я расстроила планы на отдых всем – доктору, Борису с девушкой, Валентину. Но… я не могла поступить иначе.
Иначе просто невозможно.
Когда, спустя несколько часов, мы приземлились в Шереметьево, за нами приехало несколько машин. За руль одной из них Гай сел сам, а рядом усадил меня. Остальные же были развезены по домам специально нанятыми водителями.
Де Круа настаивал, чтобы я поселилась с ним в гостинице, но я была непреклонна. Не хочу зависеть от человека, который так поступает. Поэтому он привез меня к моему дому. Я не позволила ему даже проводить меня до квартиры.
– О, какие люди! – картинно всплеснул руками брат, увидев меня на пороге, – Явилась! Что, миллиардерские простыни жестковаты?
Я постаралась не обращать на него внимания и заперлась у себя в комнате.
Села на свой старенький диванчик и выдохнула. Боже! Как будто целая жизнь пролетела с того самого утра, когда я последний раз вышла отсюда. Может быть, я совершила ошибку, вернувшись? Может быть, Гай прав?
Бррр… Нет, это наваждение, потому что я влюблена в него и готова верить каждому слову. На самом же деле, не прав он. Нельзя так вот брать и менять всю жизнь в один момент. Я еще не закончила школу, не стала самостоятельной. Не хочу и не буду зависеть от него! Это буду уже не я, если так поступлю.
***
Де Круа был очень зол. Он не знал, что делать. С одной стороны, он еле справился со своим желанием просто запереть Анну в замке и никуда не выпускать. С другой, он понимал, что силой ее на заставить остаться с ним, а, значит, его судьба, следовать за ней и приложить все силы к тому, чтобы сохранить ее жизнь и здоровье.
Вчера у них с Борисом и Любовью состоялся разговор.
– Гай, не переживай. Молодая она еще! – уверял старый друг, похлопывая француза по плечу, – побесится и все наладится!
– А я считаю, что Аня права, – нерешительно вставила свое слово Любаша.
– Почему это? – уставился на нее Борис.
– Ну, так получается, что господин Де Круа все сам за нее решил. Это, конечно, приятно, но не для молодой девушки, у которой еще вся жизнь впереди. Да, она может быть сильно влюблена, но переезд в другую страну, смена документов, вся жизнь с чистого листа – это слишком. Вы просто выбиваете у нее землю из под ног. Даже не смотря на опасность, ей необходимо дать время самой прийти к этому. Взвесить все “за” и “против”. Гай, вы старше ее, поэтому уже отчетливо все это понимаете. У нее же элементарно не набиты собственные шишки. Просто дайте ей время, – сказав это, женщина смущенно потупила глаза.
– Де Круа, а в этом есть своя правда. Слушай, не волнуйся, защитим мы ее, да и, к тому же, всех бандитов мы уже взяли. Что касается остального, я ее нормальную охрану обеспечу, не то, что эти, братишки. Муха не пролетит! Да, сейчас и организую, – русский выудил из кармана телефон и принялся звонить в Россию.
Сейчас Де Круа сидел в машине у подъезда Аниного дома и с удовлетворением отметил, что русский сослуживец выполнил обещание – машина с охраной уже была на месте.
– Дать свободу… дать самой принять решение… – Гай завел машину и покинул этот двор.
Не было смысла оставаться там. А вот Анну его присутствие могло только сильнее расстроить и напугать. Просто дать время…
***
Я вышла на улицу рано утром. Сегодня очень холодно. Наступила зима.
Вздохнув, зашагала в сторону школы. Уже прошло несколько недель с момента моего возвращения домой. Уже несколько недель я не видела Гая… В последний раз я сказала, чтобы он не трогал меня, пока я сама не позвоню. Если позвоню…
Ежедневно, за мной следовала машина с охраной. Теперь я уже умела замечать такие вещи. Это были незнакомые мне люди, братьев Ягудиных тоже не наблюдалось.
Звонила на свою старую работу. У меня было слишком много пропусков, я не выходила на связь и меня заочно уволили. После всех этих событий, теперь надо восстанавливать свою жизнь. Я пока не знаю, как это сделать.
О Гае трубили все газеты и тв каналы. Он снова покорил Россию – приобрел самый дорогой особняк на Рублево-Успенском шоссе стоимостью в сто миллионов долларов. Его еще называют “Золотым дворцом”. Журналисты не перестают судачить о нем и мне только остается радоваться, что они пока не разнюхали про меня. О предшествующих этому событиях больше никто не пишет, я думаю, Де Круа приложил к этому немалые усилия, чтобы заглушить скандал. Может быть, потому и купил дворец, чтобы отвлечь СМИ от мрачных новостей и переключить на обычные сплетни. Может быть. Не знаю… Я слишком давно его не видела. Я так давно его не видела! Он выполнил обещание и не беспокоит меня, а я…
Я не могу набраться сил, чтобы сделать первый шаг навстречу…
С такими грустными мыслями я пришла в школу. Сегодня здесь было необычайно оживленно. У главного входа стояло человек десять с камерами, фотоаппаратами, по всей видимости, журналисты. Они чего-то ждали и своим присутствием вызывали ажиатаж.
– Аня! – помахала мне из толпы подруга Ира.
Я подошла к ней. Одноклассница раскраснелась и была взволнована не меньше других:
– Анька! Я только что узнала! Надеюсь, я первой сообщу тебе эту новость! Ты знаешь, кого все ждут? – заговорщицким шепотом “насела” на меня подруга.
– Нет, откуда? Я только что пришла.
– Француза твоего они ждут! Представляешь! Ну, я тебя удивила? Обрадовала? – она как ребенок восторженно захлопала в ладоши.
– Да… – только и смогла ответить я.
Мне захотелось куда-то убежать, скрыться. Только бы не сталкиваться с ним. Не сейчас. Я еще не готова к этой встрече!
Попыталась улизнуть и, не успела. Мы услышали, как толпа зашумела, защелкали с невероятной скоростью фотоаппараты, дети приветственно кричали – к порогу главного входа подъехал серебристый мерседес.
– Смотри, смотри! – силой Ирка развернула меня лицом в сторону происходящего.
Я увидела, как сначала из автомобиля появился Валентин, а за ним… Гай.
Мое сердце предательски сжалось. Голова закружилась. Гай… Он ничуть не изменился. Все такой же необыкновенный. И даже простенькое черное пальто, из-под которого торчал белоснежный ворот дорогой рубашки, не скрывало, а подчеркивало его стать.
Люди с камерами обступили его. Но, первее всех к Де Круа подбежал директор нашей школы. Он о чем-то говорил французу и активно жестикулировал.
– А почему он приехал, ты не знаешь? – спросила я всезнающую подругу.
– Так конкурс же! Ты забыла? В самом начале он учредил премию лучшему из лучших учеников по знанию творчества Пушкина! А директор теперь хочет не только премию, но и бал! Да не у нас в школе, а у него в золотом замке! Представляешь?! Такая у него идея, поэтому он уговорил твоего Де Круа приехать!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
