Элве, мне являлся оранжевый гигант, то теперь это было что-то иное… но крайне неопределенное. Пульсирующее?.. Или типа того. А еще целая россыпь планет – десятка два, если не больше. Это где у нас такое, интересно? Впрочем, фиг с ним. Звезда сама по себе куда занятнее всей ее планетной семьи. Потому что она… мерцала. Не в том плане, что что-то препятствовало излучению, а в том, что процессы в ее недрах кто-то решительно «прикручивал». Совсем как пламя в газовой горелке. Только с поправкой на масштаб действа. Понятно, что в действительности ничего подобного быть не могло по определению, но мой загадочный оператор «видел» творящееся с огромным раскаленным шаром именно так. Да-да, через призму собственного восприятия. А еще скулеж заметно усилился, причем призрачная «псина» теперь делала упор не на то, как ей сильно прищемили лапу, а на то, какие нехорошие, э-э-э, кто-то, которые обидели бедного «песика». И ладно бы просто «пес» скулил, но ведь нет, звук с каждым… мгновением? Как-то это все слишком сомнительно… тут уже счет на наносекунды, судя по всему… короче, звук усиливался, и раскаленным гвоздем вбивался в подкорку. Затем еще и эффект стробоскопа наложился… и все кончилось – «Молния» таки вырвалась из вязкого плена зоны перехода.
Сразу же вернулась нормальная скорость, кровь веселее побежала по жилам, да и дышать стало сильно легче. Вот только перед глазами по-прежнему мелькал калейдоскоп – на сей раз из отображения объективной реальности пополам с загадочной звездой. Абстрагироваться, что характерно, получилось далеко не сразу, и только с помощью Зевса, умудрившегося через нанов запустить какие-то хитрые нервные фильтры. На все про все ушло секунд тридцать, за которые «Молния» успела довольно далеко усвистеть от портала. Ну, как далеко? Визуальный контакт потерялся, но по приборам активную зону все еще можно было рассмотреть. Чем я и занялся по наущению искина, невозмутимо сообщившего, что до схлопывания телепорта осталось сколько-то секунд. Точнее разбираться я не стал, развернул на «виртуальном» дисплее картинку и уставился, как завороженный.
Зрелище получилось впечатляющим, доложу я вам. И это несмотря на порядочно мешавший «калейдоскоп» – по крайней мере, до тех пор, пока Зевс его не укротил. В зуме колоссальный «пузырь» с текучей поверхностью не то чтобы полностью подавлял своим величием волю наблюдателя, но, скажем так, поддавливал. Виной тому, скорее всего, какие-то хитрые оптические эффекты, но в подробности я не вдавался – просто пялился, уронив челюсть, и «наслаждался» процессом. Зрелище не разочаровало, в основном за счет контраста – собственно подготовка к деактивации, на мой взгляд, затянулась, порядочно утомив глаза текучими абстракциями, в которых при должном старании можно было разглядеть гротескные пародии на оставшиеся с той стороны корабли противоборствующих флотов. А вот само схлопывание заняло от силы мгновение – если бы моргнул в этот момент, все бы упустил. Раз – и как не бывало. С одной стороны, полное разочарование. С другой – я еще добрых несколько минут спрашивал самого себя, а что это, собственно, было? Двойственное состояние, полубред-полуявь. Плюс легкая мигрень, звон в ушах и заунывный скулеж, снова переместившийся на самую грань слышимости. И, такое ощущение, чуть менее обиженный. А тут еще и тошнота навалилась…
– Зевс, что-то мне… нехорошо…
– У тебя временная дезориентация в пространстве, Денис. Ничего страшного, просто сбой вестибулярного аппарата.
– На… надолго?..
– Нет. Просто расслабься и ни о чем не думай. Мне понадобится с четверть часа, чтобы привести твою нервную систему в порядок.
– А ты видел… это?..
– Ты про портал?
– Нет… про звезду… мерцающую…
– Я заскринил несколько кадров, если тебе интересно.
– По… фиг. Вообще. Мне… интересно… что ты о ней думаешь.
– Извини, но опознать систему я не смог. Если ты, конечно, об этом, Денис.
– Жаль… А с той… стороны… картинки нет?
– Я пока не пытался выйти на связь с Терра-Новой, – немного виновато отозвался Зевс. – Капитан Иванов такого распоряжения не давал, а самому инициативу проявлять…
– Не положено? – насмешливо вздернул я бровь.
И сразу же скривился от приступа головокружения.
– Некогда было. Я фильтровал трафик из Ноосферы, чтобы тебе мозг окончательно не перегрузить.
– Так эти… картинки… из Большой Сети?
– Я не разобрался, Денис. Частью – безусловно. Но вот все остальное… особенно «собачьи» эффекты…
– Так ты тоже чувачка слышал?!
– Нет. Я фиксировал сигналы с твоих синапсов. И со зрительного нерва. А потом синтезировал звук и изображение.
– Хм… и ты вот так… можешь… все мои глюки?..
– Глюки – вряд ли, Денис. Просто в текущем случае имел место явный внешний сигнал, на который реагировали твои органы чувств. И эту реакцию я фиксировал.
– А с глюками… как-то иначе?..
– Естественно. Это процессы в твоем мозгу, Денис. В толще серого вещества. Туда мне хода нет.
– В другое время… сказал бы… что радует…
– А я бы посмеялся, – не остался в долгу искин.
– Ладно, поугорали… и будет… мы где?
– Приближаемся к Элве. Расчетное время до прибытия – 00:10:04… 00:10:03…
– А почему… к Элве?
– По инерции, Денис. Капитан Иванов не торопится корректировать курс, да и процесс торможения не начинает. Почему – без понятия.
– То есть вы этот момент… не обговорили? Заранее?..
– Без твоего участия?
– Технично… отмазался… ладно, вызывай… кэпа.
– Процесс активирован.
Ф-фух… чего-то утомился. Ладно, полежу с закрытыми глазами, может, «вертолет» прекратится. Прямо как с дикого похмелья, блин! И пятна еще эти скачущие… нет, не хочу никого видеть. Особенно физиономию вредного кэпа. Да и чего я там не видел? Уже давно научился по интонациям определять ее выражение. Как живой, м-мать, перед глазами!..
– Денис?..
Ну вот, что я говорил?! Глаза закрыты, «виртуальный» дисплей свернут, а все равно будто нос к носу стоим. Стандартный прищур, характерный наклон головы – поза легкого беспокойства, пока еще не переросшего в стопроцентную уверенность в очередном моем косяке. Ха, могло быть и хуже, между прочим.
– Михаил Владиславович? – ответил я любезностью на любезность, так и не соизволив размежить веки. – Что-то пошло… не так?..
– Ты себя хорошо чувствуешь, Денис?
Ну надо же! Какая забота! Почти отеческая… и это было бы даже не смешно, если не вспоминать некоторые «милые» привычки моего папеньки.
– Нормально… относительно…
– Оно и видно.
– Ничего… оклемаюсь…
– Зевс? – не поверил мне на слово
