— Что?! — Младгерцога аж подкидывает от возмущения.
— А в паре с ним был перевертыш, никак не ниже капитанского чина. — Контрольный выстрел достигает цели, Диос в изумлении падает в кресло.
— Оборотень на действительной службе?
— Нет, такой же дезертир.
— И оба работали на этих, — затрудняется подобрать слова, — ублюдочных, кровососущих гадов?
— Именно, я сам участвовал в их походе, не зная настоящей его цели.
— Подробнее! — Привычка повелевать, она видна.
На этот раз рассказываю все без утайки, кроме своих способностей, конечно. Аристократ уже не сидит, вольготно развалившись; на середине рассказа он уже меряет комнату шагами. А когда я пересказываю ему историю барона про маршалов и свои догадки о выживших, так витиевато матерится, что позавидуют портовые грузчики. По его словам, он, конечно, подозревал, что в строевых частях бардак, но чтобы такой и на самом верху власти! Это было выше его понимания.
— Беру назад свои резкие слова в начале нашего знакомства. — Он галантен. — Спасибо, что мне рассказали. Какие ваши дальнейшие планы?
— Никаких. — Сокрушенно пожимаю плечами. — Была надежда, что вы расскажите нечто существенное, и это даст мне зацепку. — Я и правда в тупике.
— Откровенность за откровенность. Тем более это давно не тайна. Темные и графы что-то затевают. Такого интенсивного обмена посольствами не было очень давно. А наши старые пердуны не верят! — Хлопает себя ладонью по бедру. — «Наша армия непобедима!» Идиоты, из ума выжившие! — Теперь четко понимаю причину отставки. — Конечно, мы выиграем, но такой кровью умоемся!
— А если еще южане накинутся, — подливаю масло в огонь.
— Не, их в расчет можно не брать, скоро они будут сильно заняты на юго-востоке. — Ага, орки активизировались, значит. Давно они не тревожили Рааст, почти два поколения выросло, славная заваруха будет. — Помимо собственно политического и военного альянса, во все стороны от Хладного леса разбрелись охотники за артефактами. Собирают все, что плохо прибито! Ясно, им не надо все это, лишь отвлекающий маневр в поисках чего-то действительно им нужного. Но определить, что именно, невозможно. Твой рассказ — это всего вторая реальная зацепка.
— Какова первая? — Расскажет или нет? Чувствуется сомнение в его жестах.
— Две недели назад несколько дроу и вармов нагло прошли сквозь северные посты и скрылись в ледяных пустошах. — Любопытно, он почти уволен, а сведения получает. — Это явно не отвлекающий маневр, с ними был мастер следов, и если бы не случайное присутствие магистра Фанга с проверкой в той области, то мы бы ничего не узнали.
— Что может потребоваться темным на севере? — Тем более малым отрядом.
— Если бы знал, просил выделить разведвзвод для выяснения, но меня проигнорировали! — Он действительно любит свою империю, только не дают ему защищать ее, как он считает нужным.
— Не могли бы вы дать намек, где начать поиски? — Это неплохая ниточка. — Я попробую проследить за темными.
Семиступ! Я не заметил никакого жеста! Опрокидываюсь навзничь, но падаю недостаточно быстро. Руками отталкиваюсь от подлокотников, ускоряясь. Барабанная дробь арбалетных болтов из незамеченных потайных бойниц бьет в покинутое кресло. Какого демона! Сюрикены, брошенные умелой рукой Диоса, принимают на себя оторванные от пояса ножны. «Хашти» у меня забрали при входе на второй этаж. Со мной так шутить не надо! Второй залп тоже не успевает, иголками древк покрывая пушистый и мягкий когда-то ковер. Полыхают магические щиты младгерцога в свете ламп. Готовлюсь выпрыгнуть в незарешеченное окно. Принимать бой в таких условиях — больше чем глупость.
Но прерывают движение вскинутые в миролюбивом жесте ладони младгерцога Эллийского, замираю.
— Рекомендации Гурнара не обманули! — Он еще и веселится! — Вы отличный боец!
Это что, была проверка?
— Не слишком вежливо так поступать. — Мой взгляд недвусмысленно косит на утыканное болтами кресло.
— Поверьте, у меня замечательные лекари. Вас бы заштопали идеально, не сумей вы уклониться.
— Зачем вам это понадобилось. — Тяжело погасить гнев.
— Очень тяжело найти людей, цели и возможности которых совпадают с моими. — Это еще, что за фортель? — Я не собираюсь сидеть сложа руки и тупо ждать. Послезавтра из столицы уходит верный мне отряд по направлению пустошей. Насколько я вас понял, вы с радостью присоединитесь.
Он еще и подмигивает!
— После того, что случилось, боюсь, моя радость будет сомнительна.
Хотя предложение совпадает с тем, что мне надо, подобные проверки навевают на нехорошие мысли.
— Вы откажетесь?
— Не в коем разе! — Я, конечно, дурак, не разбирающийся в людях, но не клинический идиот.
— Тогда договорились! Где вы остановились?
— В «Золотом грифоне».
— Завтра там вас будут ждать подробные инструкции. — И будто вспомнив о чем-то не особо важном, спросил: — Вам нужны деньги?
— Нет, но после «проверки» нужна компенсация!
«Наглость — второе счастье» — бытовала когда-то давно поговорка. Взгляд Диоса тяжелеет. Он явно что-то взвешивает в мыслях.
— Разумно. Я славно повеселился, наблюдая за вашими действиями. А за развлечения надо платить. — Отстегивает увесистый кошель от пояса. — Здесь полторы мины. — Я ждал несколько иной реакции, а не платы за шоу, мог бы и извиниться. Хорошо, кошель не бросил, а положил на чайный столик. — Удачного вам пути. Надеюсь, принесете хорошие вести. Покинете бордель через полчаса после моего ухода. Прощайте. — И уже у входа. — Приношу извинения, был не прав. — Ого! Нелегко это ему далось, но, видимо, что-то уловил в моем взгляде.
— Хорошей ночи. — Но я уже разговариваю со стеной.
Отведенное время ожидания буквально пролетает, мысли лихорадочно скачут в попытках анализа. Но получается какая-то манная каша без комочков смысла.
Найти обратную дорогу оказалось намного труднее, чем представлял. В итоге плюнул на попытки, забредя в очередной тупик, и поймал рикшу — стул на колесиках, который толкает перед собой, на манер тачки, извозчик. Центральные улицы города хорошо освещались масляными лампами, разгоняющими тьму надвигающейся ночи.
Чуть не порезался о торчащие из пробитых ножен клинки, приказал «таксисту», завернуть в ближайшую кожевенную мастерскую. По моим наблюдениям в белокаменном Хиорте ни одна лавка не знала, что такое ограниченный рабочий день, и все работали круглосуточно. Конкуренция — двигатель торговли, это точно. Не учел только одного. Из-за специфического запаха некоторые мануфактуры были вынесены далеко от центра. Извозчик на мне, наверно, заработал дневную норму, возя сперва на окраину, а потом обратно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
