Читаем без скачивания Кто следующий? Девятая директива - Брайан Гарфилд

— Я увижу вас через полчаса. — Лайм повесил микрофон и повернулся к Шеду Хиллу. — Заберите остаток команды и распорядитесь, чтобы они следовали за нами.

Шед Хилл наконец решился задать вопрос:

— Мне очень жаль, что так получилось с датчиком. Но как вам удалось поместить в самолет еще один?

— Он не в самолете. Он на Бен Криме, — ответил Лайм. — У него в кармане.

Он обошел машину и занял место пассажира. Хилл медленно забрался внутрь, как будто опасаясь, что сиденье под ним провалится.

Нещадно палило солнце, его отраженные песком лучи больно били в глаза. Над берегом поднимались зеленые холмы. Лайм откинулся назад, сложив руки и закрыв глаза.

Они оставили двух человек с Бино; остальные забрались в фургон. Шед Хилл завел машину и, объехав бар, выбрался на дорогу.

Внезапно Хилл притормозил, вглядываясь во что-то, Лайм посмотрел вперед, но не увидел ничего, кроме петляющей дороги. Что бы там ни было, Шед Хилл наконец разобрался и перестал обращать внимание; теперь он расслабился. «Он в лучшей форме, чем я», — подумал Лайм. Сам он вообще ничего не увидел. В его уставших глазах появилось выражение безмерного отвращения.

Они поднялись на борт «Лира», чтобы перелететь в Бу Саада, Город Счастья. Наблюдатели Джильямса — в Алжире, в Эль Голеа и на поднятой в воздух следящей станции, двигающейся за «Каталиной», на которой находился Бен Крим, — видели цель на своих экранах, и она по-прежнему перемещалась, когда «Лир» взлетел и постепенно набрал высоту, с которой открывался хороший вид на побережье. Лайм держал на коленях карту масштаба 1:4 000 000, на которой вся Северная Африка была показана достаточно подробно и можно было различить все водные пути, автомобильные дороги, вади и форты.

Густонаселенный район Теля лежал к северу от Атласских гор, образуя возвышенность рядом с засушливым плоскогорьем, тянущимся на сотни миль в сторону Сахары. Сопоставляя то, что ему было известно о Юлиусе Стурке, и данные о радиусе предыдущего полета «Каталины», Лайм изучил карту и пришел к определенным выводам.

Он мог исключить саму Сахару. Самолет не должен был залетать так далеко, если они использовали его для перевозки Фэрли. Сахара являлась скорее ловушкой, чем укромным местом, — там было слишком мало мест, где можно укрыться. Стурка мог находиться в малонаселенном районе, но не слишком далеко от путей воздушных сообщений. Где-то здесь, внизу, в засушливом районе, в пределах разумного расстояния от приличной дороги и площадки, на которую можно посадить самолет и, в случае необходимости, поднять его в воздух. Возможно, в стране бедуинов, но не в пустыне туарегов. Может быть, даже на ферме в Теле.

Вади, которое указал Бино, — оазис у русла реки, где он забрал «Каталину» на прошлой неделе, — располагался к востоку от Гардаи и к северу от Уарглы: вокруг находились безводные равнины, подобные участкам в Аризоне и Нью-Мексико — с твердой глинистой почвой, из которой торчали валуны, жесткие колючки и случайные чахлые деревья. Земля была изрыта траншеями, где могла укрыться целая армия. Раньше Стурка успешно-действовал там, не уступая в военном искусстве индейцам апачи, и должен был чувствовать себя привольно.

В голове Лайма крутились воспоминания, как он много раз отправлялся в эту область на поиски Стурки, искал, но ни разу не нашел его.

Теперь он обладал одним или двумя преимуществами, которых у него не было раньше. Электронное наблюдение стало более изощренным. Он мог действовать без соблюдения такой секретности. И он мог пустить в дело практически неограниченное число людей. Джильямс подключил к этой операции всех агентов ЦРУ в Северной Африке от Дакара до Каира. Кроме того, была группа, которую Лайм привез с собой, а также «Ранние пташки» — головорезы из команды А, которых Саттертвайт прислал из Лэнгли. Лайм настоял, чтобы «Ранние пташки» были вооружены, вдобавок к их обычному комплекту, «жалами» — патронами, в которых вместо пуль были ампулы со снотворным. Их взяли в заповеднике в Кении. Ампулы выстреливались стандартными винтовочными патронами и содержали вещество М-99, производное морфина. Наркотик действовал практически мгновенно и оставлял жертву без сознания на пятнадцать-двадцать минут. Это был стандартный способ защиты от диких зверей; использовался ли он когда-либо в военных операциях, Лайм не знал и не хотел знать.

Цель заключалась в том, чтобы получить Фэрли живым; что произойдет с похитителями, было менее важно, но тем не менее они не могли допустить, чтобы посреди алжирских равнин осталось лежать полдюжины трупов. Алжир в этом случае не остался бы безучастным, и порядочное число поддерживающих его правительств — в Пекине, Москве, городах-столицах третьего мира — присоединились бы к хору проклятий. Одно дело — спасение очень важного человека, другое — развязывание «карманной войны» на чужой земле. Если это произойдет, Соединенные Штаты переживут скандал, как они пережили Лаос, и Доминиканскую Республику, и десятки других случаев, но лучше избежать осложнений, насколько возможно.

Лайма не интересовали проблемы международных отношений, но Саттертвайт достаточно ясно дал ему понять, что оплошность в Алжире может стоить Соединенным Штатам ядерных баз в Испании, которые Брюстер и Фэрли изо всех сил старались защитить, пока не разразилось все это идиотство. Испания не была членом НАТО и никогда не участвовала в нем. Американское высокомерие, открыто проявленное в Алжире, будет слишком близко и поэтому замечено: Перец-Бласко должен будет отвернуться от Вашингтона, а такого поворота событий следовало избежать. Поэтому лучше было использовать не боевые пули, а «жала» с наркотиком.

Он надеялся, что они скрывались где-то в полупустыне, — насколько проще все можно было бы проделать без свидетелей. Если их логово находилось в центре какого-нибудь города, не было бы способа провести операцию, без лишнего шума.

Главная проблема заключалась в том, как отнять у них Фэрли. Если атаковать их фронтом, они воспользуются им как прикрытием. Это должна быть импровизация, и в любом случае сначала нужно найти их.

Когда они приземлились в Бу Саада, «Каталина» все еще была в воздухе, ее движение к югу все еще отслеживалось.

— Западнее Эль-Мегайера, — объяснил Лайму радист. — Все еще поддерживает высоту.

Лайм вышел из радиорубки и пересек покрытую гудроном площадку, подойдя к маленькой группе самолетов — «Лиру», чартерной турбовинтовой машине с людьми из ЦРУ и вертолетам. «Ранних пташек», Он подозвал жестом Джильямса и показал ему карту.

— Я думаю, Бен Крим направляется к тому самому вади, где Бино на прошлой неделе подобрал самолет. Сейчас «Каталина» движется со скоростью сто двадцать пять миль в час. «Лир» может лететь втрое быстрее. Я хочу быть в этом вади до того, как Бен Крим окажется там. Мне нужно с собой полдюжины людей из команды А. Пусть все остальные соберутся в Туггурте и ждут моих сообщений. У вас есть переносной скремблер?

— Радиопередатчик? Он есть в каждом вертолете.

— Поставьте один из них ко мне в «Лир».

— Хорошо, мистер Лайм. Но как быть, если ваше предположение ошибочно? Вы будете там, в каком-то забытом Богом вади.

— Если мы не прибудем туда раньше Бена Крима, у нас не будет возможности выследить его сообщников. Примерно в десяти милях от этого вади есть городок, называемый Геррара, — мне придется реквизировать там автомобиль.

— Если там есть хоть один, — с сомнением сказал Джильямс. — Вы знаете, что это за городки в полупустыне. Верблюд и четыре осла.

— Вас беспокоит что-то еще. Что?

— Возможно, ваш пилот может посадить «Лир» там, на юге, а может, и нет. Но в тех местах нет посадочных полос для хороших самолетов. Может быть, он не сможет поднять машину в воздух оттуда.

— Тогда это будет стоить нам самолета, не так ли?

Отделение головорезов с винтовками и рюкзаками разместилось в реактивном самолете, Лайм взял с собой Шеда Хилла и поднялся по лесенке. Кто-то закрыл за ним дверцу, и в тот момент, когда Лайм застегивал ремни на своем кресле, он почувствовал, как самолету передалась вибрация взвывшего двигателя.

На фюзеляже «Лира» были знаки нефтяной компании, и он надеялся, что это успокоит группу Стурки, если они увидят самолет над своими головами. Он был почти уверен, что они где-то там, на юге, почти на расстоянии вытянутой руки.

К Герраре подходила дорога с твердым покрытием, боковая дорога в виде совершенно прямой линии, пересекающей семьдесят миль плато до главного шоссе и городка Берриан. Это была прекрасная посадочная полоса для «Лира»; они пролетели над ней на бреющем полете, чтобы убедиться, что на ней нет движения. Пилот легко приземлился; самолет слегка снесло в сторону, потому что дорога имела высокий гребень.