подняла взгляд у порога заклубилась Тьма Ромы.
Перестала теребить ненужный сейчас артефакт, но было уже поздно. Муж появился за спиной Намтара и хмуро осматривал комнату. Скрестил руки на груди и привалился плечом к косяку. Мы с минуту боролись взглядами. Рома как-то коротко кивнул, покрылся туманом и исчез. Молча. Без единого рыка или шипения. Намтар, кажется, даже и не понял, что произошло, слегка хмурился, но ожидал ответа.
— Согласна, — выдохнула, опустив взгляд на дроу.
Глава 52
— Там покупатели пришли, — шептала я, пропадая от поцелуев одного жениха.
Намтар же уложил меня на ковёр из цветов и клеймил своими порочными губами, гладил оголённую кожу ног, заползая под подол, и признавался, как счастлив. Я тоже была счастлива и влюблена. Кажется, даже сошла немного с ума.
— Ещё поцелую и выпущу, — пообещал дроу, накрывая собой, и целовал, целовал, целовал. А я и не против, обняла его и отвечала со всей взаимностью, на которую способна.
Сумев успокоить взбесившиеся гормоны, мы всё же привели себя в порядок, и я спустилась вниз. Правда, лавка была совершенно пуста. Те, кто и заходил ранее, не дождавшись продавца, уже ушли. Намтар присоединился ко мне и предложил закрыть лавку пораньше и пойти гулять. Он меня похищает на весь день. Поддавшись порыву, так и сделала. Правда, всё же написала письмо Орэту, чтобы не искал меня, домой приеду с дроу.
День пролетел с этим мужчиной незабываемо и слишком быстро. Мы гуляли по мощёным улочкам столицы, наслаждались тёплой осенью. В скором времени наступит зима. Здесь, в Дадарии, она не такая холодная, как на моей исторической родине. Но такая же красивая. Белокипенный снег покрывает белоснежным покрывалом всё королевство, и наступает Великая Ночь.
Это что-то похожее на День мёртвых в Мексике. Дадарийцы проводят день перед этой ночью с родными, украшают дома и улицы. Готовят много еды, вспоминают усопших и ходят на кладбище. Вот только изначально этот праздник назывался Великая Ночь Света и Тени. И по легендам, в эту ночь элохимы Богини Наит спускались на землю и пировали. Им запрещено было вступать в контакт со смертными. Поэтому смертные за день всё приготавливали и запирались с родными дома.
Но со временем вера в Богиню ослабла. И эту ночь жители королевства празднуют масштабно и гуляют всю ночью. А на небе происходит красивое явление, чем-то отдалённо похожее на северное сияние. Очень красивая игра света и тени. Я просто влюбилась в этот праздник именно из-за этой переливающейся красоты на ночном небе. И дала себе зарок, что когда-нибудь отмечу Великую ночь как подобает: в кругу семьи, почитая умерших, приготовив столько еды, чтобы насытить всех элохимов Богини.
И вспомнив про надвигающийся праздник, я поделилась своими мыслями с Намтаром. Рассказав про Новый год и сравнив эти два праздника.
— В Дортмунде празднуют чуть по-другому, — заметил он, поглаживая поясницу. Сейчас мы гуляли по одному из красивейших и живописнейших парков Дадарии. Совершенно не чувствовали усталости, наслаждаясь обществом друг друга и прекраснейшим закатом. — Мы украшаем всё королевство и после полуночи не выходим на поверхность, празднуя эту ночь под землёй.
— Вам, конечно, удобно. У вас всё королевство под землёй, — фыркнула я. — А те, кто живёт над вами? У кого нет доступа в подземный город?
— Они отмечают дома или в таверне, но так же после полуночи никуда не выходят. Дроу верят, что в эту ночь по земле ходят умертвия и забирают всех, кого встретят.
— Ты напомнил мне другой праздник, — рассмеялась я и рассказала мужчине про Хэллоуин и День мёртвых.
Домой мы вернулись лишь к вечеру. Пригласила Намтара остаться на ужин. И мужчина с радостью согласился. Оставив его общаться с Бартольдом, сбежала наверх, преисполненная маленьким женским счастьем. Сейчас мне казалось, что я, наконец, обрела то самое душевное равновесие и своё место в этом мире. Стала цельной.
В комнате застала Рому и слегка удивилась. Обычно он приходил позже, работа Первого советника отнимала много времени. А тут лежит себе на кровати, книгу мою почитывает. Про него, любимого. Да, Тёмный уверен, что она именно про него. Даже предложил главной героине имя изменить на моё.
— Привет, — привлекла его внимание, отслеживая реакцию.
— Как погуляла? — обманчиво спокойно спросил Рома и прищурился.
— Хорошо, — подошла ближе и, скинув балетки, подлезла под бок мужа, положила голову на плечо и глубоко вдохнула. — Не хочу больше ругаться с тобой, Ром.
— Если он делает тебя счастливой, я принимаю его рядом с тобой, — проворчал мужчина и, отложив книгу, обнял меня. — Всё равно ты мой Светлячок.
— А ты моя Тьма зашторная, — хихикнула и зажмурилась, чувствуя себя неимоверно счастливой. — Я тебя очень люблю, Ром.
— Знаю, — муж поводил носом по скуле, расчесал пятернёй волосы и поцеловал куда-то в шею, наваливаясь всем телом на меня.
Улыбнулась, крепко обняла, погладив по спине. Пусть он никогда не говорил мне слова любви. Но именно в такие моменты я верю в его любовь. Я вижу его любовь.
— Пойдём поужинаем всей семьёй, — прошептала, поёрзав. Тёмный же оперативно задирал платье и гладил оголённые бедра своими ручищами. Он вообще очень любвеобильный. В последнее время особенно.
— Не хочу есть, — буркнул Рома и потёрся пахом, показывая другой вид голода.
Тёмный легонько прикусил нежную кожу на шее и, прихватив языком мочку, всосал. Его тёплая рука переместилась выше и, погладив по низу живота, поползла под трусики. Я ёрзала, пытаясь его скинуть и сдержать собственное просыпающееся желание. Муж замер у границ трусиков и, подняв голову, посмотрел прямо в глаза с прищуром.
— Что? — слегка разочарованно выдохнула и упёрлась руками в плечи.
— В тебе поселилась Тьма! — с возмущением заявил этот непонятный мужчина.
— А можно больше информации? — проворчала и, всё-таки скинув увальня, соскочила с кровати.
— Ты беременна! — прилетело в спину. Развернулась и, покачнувшись, села.
— И тебя это расстроило? — прошептала, готовясь разреветься, только не знаю: от радости или огорчения.
— Нет, разве что ошеломило. Но я чувствую свою Тьму в тебе. И ревную, — заявил этот Отелло.
— Ревнуешь? — опешила я. — К ребёнку?
— Нет, да, не знаю. Поужинай без меня, мне нужно во дворец, — Рома растрепал волосы, покрылся тёмно-серой дымкой и исчез, оставив меня в полном раздрае.
Я поправила платье, прижала пальцы к животу, силясь почувствовать то, что чувствовал Рома. Но, естественно, ничего не ощутила. Вздохнув, медленно спустилась вниз. В гостиной были слышны взрывы мужского хохота. Замерла у порога, наблюдая за Бартольдом, Орэтом и Намтаром. Они слушали забавную историю маркиза о сегодняшнем дне. Похоже, что-то случилось во время ремонтных
