— Да, еще один круиз заканчивается, — подтвердил Пер. — Когда мы выйдем из гавани, начнется последняя часть пути. Завтра утром мы будем в Майами, все пассажиры разъедутся по домам.
Может, и не все, подумала я.
25На прощальный ужин было рекомендовано прийти в вечернем одеянии. Прежде чем отправиться к лифту, чтобы ехать в ресторан, мы втроем собрались в каюте Джеки, чтобы оглядеть друг друга и выразить взаимное восхищение собственными нарядами. Пэт буквально сияла, с явным успехом проведя дневное время с Биллом. В детали их встречи она вдаваться не стала, но намекнула, что некоторое время они все-таки провели в решении их проблем.
— А остальное? — полюбопытствовала Джеки, подмигнув мне.
Пэт запунцовела.
— Мы… целовались.
— Целовались! — скептически хмыкнула Джеки. — Но хотя бы «безопасно»?
Пэт посоветовала Джеки не совать нос не в свое дело.
— А ты, Джеки? — спросила я. — Ты-то как провела день с доктором Йоханссоном?
— Великолепно! — воскликнула она. — Жаль, что он так быстро кончился. «Трудовые круизы» Пера, или как там назвать то, чем он занимается на корабле, заканчиваются в мае. Он собирается поехать в Нью-Йорк. Обещал мне позвонить, но с мужчинами никогда нельзя быть ни в чем уверенной до конца. «Я тебе позвоню» вполне можно рассматривать как «Прощай, киска».
Я рассмеялась. Мне всегда нравилась прямота Джеки. Было приятно, что она выздоровела и хорошо себя чувствует. Мне очень хотелось надеяться, вопреки всему, что Питер отнюдь не желает ей смерти.
Если задуматься, то все это было очень странно. Мне совершенно не хотелось, чтобы она погибла, но в той же степени не хотелось погибать самой. Мысль о том, что одной из нас суждена смерть, попросту убивала меня. Состояние было похуже, чем в последние пять минут перед присуждением звания Мисс Америка, когда две финалистки заламывают руки, скрывая слезы и гадая, кому из них суждено получить титул, а вместе с ним — славу и деньги, а кому — кануть в безвестность.
— Знаете, о чем я подумала? — обратилась я к подругам. — Давайте перед ужином сфотографируемся! Сделаем такой групповой официальный портрет в вечерних нарядах.
— Отлично! — с энтузиазмом воскликнула Пэт. — Я поставлю фотографию в рамочку. Будет прекрасный сувенир.
Джеки тоже одобрила предложение, поэтому мы поднялись и двинулись в атрий перед рестораном. Когда мы оказались у лифта, нам повстречался не кто иной, как Скип Джеймисон. На нем был великолепный фрак — из тех, что делают мужчин похожими на министров, а не на метрдотелей.
— Ха, да это никак Элен! — воскликнул он. — И на сей раз со своими двумя лучшими подругами!
— Привет, Скип! — поздоровалась я. Он пожал мне руку и, после того, как был представлен Джеки и Пэт, обменялся рукопожатиями и с ними. — Кажется, я не видела вас с Сан-Хуана. Как прошло ваше общение с представителями «Крубанно»?
— Класс! — ответил он. — Мы отлично спелись. Здорово нахимичили!
— Я рада.
Лифт прибыл. Двери распахнулись. Внутри оказалось много женщин в одинаковых платьях с блестками. Но нам четверым все-таки удалось втиснуться.
— Даже не верится, что нас завтра уже здесь не будет, — говорил Скип, покачивая головой. — Кажется, мы только что отправились из Майами, согласны?
— Нет, — искренне призналась я. — У меня такое ощущение, что после отплытия из Майами прошла целая жизнь.
— Да? Какая жизнь? — спросил Скип.
— Эта жизнь, — рассмеялась я. — В реинкарнацию я не очень верю.
— А я верю, — возразил Скип. — В прошлой жизни я был крупье в казино.
— Как интересно!
Скип собрался выходить на пятой палубе, где размещалось казино.
— Если мы с вами больше не увидимся в завтрашней суете — желаю вам классной жизни! — помахал он мне рукой.
— Вам тоже! — помахала я в ответ, удивляясь, как мне могло прийти в голову подозревать Скипа в качестве наемного убийцы. Такой добродушный парень! Слишком добродушный для убийцы.
Лифт привез нас к атриуму. Мы втроем направились к фотографу и обнаружили, что к нему выстроилась очередь.
— Оказывается, не нам одним пришла в голову эта мысль, — заметила Джеки, оглядывая стоящих перед нами. Их было человек десять, все парами. — Посмотрите незаметно на ту парочку, что сейчас фотографируется.
Мы с Пэт вняли ее совету и обнаружили Генри с Ингрид, позирующих перед аппаратом, тесно прижавшись друг к другу.
— Интересно, встретятся ли они хоть раз после окончания круиза, — проговорила я. — Она из Швеции. Он — из Алтуны. Не ближний свет для общения.
— А прикинь, сколько денег он изведет на авиапочту! — добавила Пэт.
— Люди больше не пишут писем, Пэт, — заметила Джеки. — Они звонят по международному телефону. Уверена, Генри уже подписал Ингрид на льготную карточку серии «Друзья и родственники».
Я кивнула, удивляясь, как мне могло прийти в голову подозревать в Генри наемного убийцу. От него могло быть не больше вреда, чем от Скипа. Всего лишь торговец «шевроле» из Пенсильвании, который, встретив свою Ингрид, вполне возможно, уже мечтает перебраться в Швецию и заняться там торговлей «вольво».
Спустя некоторое время подошла наша очередь. Мы взобрались на невысокую платформу и встали рядышком, обняв друг друга за талию и приготовившись увидеть вспышку.
— Стоп! — воскликнул фотограф, внезапно опуская камеру. На этот раз нас снимал не австралиец, как в первый день, а американец. — Нарушается вертикаль. Самая высокая портит кадр. — Он подошел и переставил нас так, что я оказалась посередине, а мои подруги — по бокам. — Совсем другое дело, — удовлетворенно отметил он. — Улыбочку, девочки!
Мы улыбнулись. Он сделал снимок. Я была довольна. Теперь не имеет значения, что за убийца и за кем охотится. Главное — Три Белые Мышки запечатлены на борту «Принцессы Очарование» живыми и здоровыми, вдобавок еще и одетыми на все девять баллов.
— Можете получить свои фотографии завтра с семи тридцати, — сказал фотограф.
— Большое спасибо! — ответила я и дала парню доллар на чай.
— Элен, я просто в шоке! — призналась Джеки, вскидывая брови, когда мы уже пошли по направлению к ресторану. — Ведь ты же категорически не хотела видеть фотографа в первый день, забыла?
— Да, но это ведь последний день, — возразила я. — И надо его прожить как можно лучше.
Симон, как всегда, опаздывал, но я придержала ему место рядом с собой. Пэт села от меня слева, а Джеки — за ней, рядом с Кеннетом.
— Как вы себя чувствуете? — спросил он, жуя свою сигару (она же — успокаивающее средство), пока Гейл намазывала маслом рогалик. Кеннет выглядел великолепно в своем фраке от Армани, но истинной звездой все-таки была Гейл. Она была просто величественна в белом шелковом саронге и с бриллиантом величиной со средних размеров остров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
