26. Искупление
Маги толпились около Лин, меряя пульс, просматривая ауру, делая какие-то записи. Макс сидел в углу палаты, нервно отбивая носком ботинка какой-то бешеный ритм, окидывая их блуждающим взглядом. Хотелось наорать на перешептывающихся умников, обозвать идиотами, но это не поможет. Было очевидно, что они не знали, что делать с Лорой и как ей помочь. Вампиров в Элии не было более пятисот лет. Сведений почти не сохранилось, а что оставалось, спалили во время боя в кабинете главного архимага пять дней назад.
Родэн покосился на стоящего рядом Стайлса. Пустая правая глазница была прикрыта черной повязкой, щека обоженна. Еще совсем свежая рана, даже смотреть больно. Это все он виноват. Макс прикрыл лицо руками. Стайлс конечно радостно заявил, что хорошо, что все так выяснилось, и государственный переворот архимагам не удался, потом добавил, что Анаис сказала, что сейчас он похож на пирата. Но Родэну от этого было как-то не легче. Пират он теперь, ну что за чушь. Еще бы сказал, что всегда мечтал одноглазым стать. С него станется.
Лора лежала бледная на подушках, слабо улыбаясь магам, но было очевидно, как они ей уже надоели. Яд проник в тело, отравляя ее, съедая изнутри. Его оказалось слишком мало, чтобы сразу обратить Лин, но достаточно, чтобы она не смогла справиться с укусом. И никто не знал, как заставить тело победить, выгнать из себя проклятую заразу. Девушка застыла в пограничном состоянии, быстро теряя жизненные силы, бледнея с каждым часом.
Да, Лора не вампир, но ей хочется крови. Сама она не просила, нет, но Макс видел этот лихорадочный взгляд, замечал, как трепещут ноздри, стоит ему приблизиться. Помнил это выражение лица, такое же было у Диты. И как у Лоры сил хватает не говорить об этом, он не понимал. А может наоборот, просто слишком слаба.
Он бы был и не против, но никто здесь не знал, чем это кончится. А вдруг обратного пути не будет. Но лучше так, чем умрет. И не смотря ни на что очень хотелось верить… Может эти чванливые шептуны все-таки придумают что-нибудь. Он зло покосился на магов.
— Ваше высочество, мы удалимся на совет, — повернулся к нему Обернаут, новый архимаг империи.
— Я с вами, — холодно ответил Макс.
— Эээ, думаю не стоит, Стайлс обязательно вам все передаст, — замялся Обернаут, отводя глаза.
Родэн молча проводил его неприязненным взглядом. Ну понятно, не хотят при нем обсуждать свою беспомощность, боятся гнева наследника. Тем более всего пять дней как архимаг, еще и полакадемии им разнесли меньше недели назад. Жалкие трусы.
Маги вышли, тихо прикрыв за собой дверь. Лин откинулась на подушки, прикрыв глаза.
— Ну ты как? — спросил Родэн.
— Нормально…Макс, что с ребенком? — она пристально посмотрела на него, следя за выражением лица.
Принц криво усмехнулся.
— Пока все хорошо, лучше, чем у тебя по крайней мере, у дочки своя кровь, — он прищурился.
— Ясно, я рада, — она слабо улыбнулась.
Макс подошел к кровати.
— Двигайся, — пробурчал, укладываясь рядом прямо на одеяло.
Лора обвила его руками, положив голову на грудь, слушая как глухо бьется сердце, с наслаждением вдыхая ставший вдруг таким вкусным родной запах. Веки сами собой тяжелели. Эта усталость. Никак не выспаться. Уже сутки все время клонит в сон. Реальность ускользала от нее. Была только эта комната и Макс, уткнувшийся ей в макушку.
В дверь тихо постучали.
Родэн аккуратно отодвинул от себя спящую Лин и пошел открывать.
На пороге стоял Окай, он сразу заглянул ему через плечо, ища глазами больничную койку, высматривая Лору. Макс отошел, пропуская его.
— Ну, что сказало это сборище в женских халатах? — озабоченно спросил оборотень.
— Ничего не сказало. И вряд ли скажут. Вампиров так долго не было здесь, все сведения утеряны, только детские сказки остались. Никто не знает, как это работает. И времени…мало скорее всего. Хоть бы одного кровососа оставили живым, как собирались, замок же этим идиотам подготовили. Но нет, гордые оказались- не сдаются, всех в итоге вчера перебили.
Макс устало потер глаза. Голова была чугунная, он не спал всю ночь. Лин, император, Стайлс, трупы эти, все смешалось в голове, не давая мыслить здраво. И страх, звериный какой-то, свернувшийся клубком внутри. Ждущий своего часа.
— Всех да не всех, — тихо сказал Окай, смотря на него исподлобья.
Макс резко обернулся.
— Если ты на эту суку намекаешь, то я ее и близко не подпущу.
— Макс, Дита не хочет ей зла и может помочь.
— Да лааадно, — протянул принц с сарказмом, — Помочь, а не добить…Уверен?
— У тебя, в конце концов, не такой уж богатый выбор. И ты в любом случае волен не делать, как она скажет, — совершенно серьезно возразил Окай, — Но можешь конечно дождаться советов от этих магических бородатых баб в платьях в пол.
Родэн молчал, молчал, потом махнул рукой:
— Если что, убью ее на месте, и не обижайся потом на меня, — прищурившись, тихо сказал, потом уже крикнул громко, — Заходи, мегера! Думаешь, я не чувствую, как ты под дверью топчешься?
Дита моментально появилась в комнате, с опаской косясь на Макса. Вид у нее был бледный, почти как у Лоры, глаза впали, красные, лихорадочно блестящие.
— Я много думала вчера ночью, Родэн, — тихо сказала вместо приветствия, — Я не буду мстить. Злоба порождает только новую злобу, ни к чему не приводит. Хорошему. Я так не хочу, я хочу жить. ЖИТЬ, понимаешь?
— Ты мне мстить еще за что-то собралась? А моей мести не боишься? — Макс сжал кулаки. Желание придушить гадину было очень велико. Окай сурово покосился на него, но решил пока не вмешиваться.
— Ну у меня тоже повод есть, не находишь? — полыхнула Дита, — Ты моего отца вчера убил!
— Надеюсь, извинений не ждешь? — криво усмехнулся Родэн.
— Не жду, — Дита глубоко вдохнула, пытаясь вернуться к спокойному тону, — И мести не боюсь я твоей. Ты не будешь из-за Окая. Ты тоже выберешь жизнь.
Макс промолчал, поджав губы. Она права, он не будет. Скользнул глазами по все еще спящей Лоре. Дита проследила за взглядом и подошла к ней. Посмотрела на место укуса, принюхалась и повернулась к нему.
