— Н-но! Пошли, залётные мои, пошли-и!
Вопрос, кто мы такие и откуда взялись, он благоразумно оставил на потом.
Влад понёсся вперёд, по широкой дуге огибая долину, ставшую полем боя двух воинств, я следом, ведя в поводу кобылку мага. Замыкала наш импровизированный отряд телега, возница подгонял лошадей, ни жалея ни сил, ни глотки.
«Только бы грокхи не ударили, — взмолилась я про себя, ставя щит. — Имперцы, глядишь, и почуют мою магию, узнают, не примут за врагов. Потом, конечно, придётся и от них как-то удирать — грамоты на чародейство-то у меня нет, — но это потом. Сейчас пусть чуют, хорошо чуют, что мы свои…»
Мольба оказалась ожидаемо напрасной, заметили нас и имперцы, и метатели молний. И, конечно же, и та, и другая сторона посчитали нас противниками.
Первыми, как водится, ударили стихийные магики, но их чары были просты, я, недолго думая, подрубила ничем не защищённые запитывающие каналы, и конструкции развалились сами собой, а некоторые при этом ещё и рикошетом отлетели обратно, наделав переполоху.
«Спасибо, Кайра, — мысленно поблагодарила я каойю, вспомнив, как она показывала ошибки моей неудавшейся конструкции тогда, в последний её урок. — Научила».
Колдуны грокхов оказались противниками посильнее. Заключённая в их жезлах силы была донельзя схожа с той, что встретилась мне почти уже год назад, в Портале под зеркальной башней. Молнии и жгучие голубые искры, скользящие по медным жилам, обёрнутым в гладкие цветные чехлы, отчего-то казались мне порождениями одной природы, одного первоисточника. Но если это действительно так, и искры суть те же молнии, почему они не убили меня тогда?
Долго раздумывать над этим вопросом не вышло. Воздух вокруг загудел, запахло свежестью, точно в преддверии грозы; Поющие обожгли бёдра даже сквозь одежду.
— Сейчас ударят! — крикнула я. — В стороны, в стороны все!
И натянула повод. Буян, вскрикнув почти по-человечески, прянул левее. Громыхнуло, там, где мгновение назад были конские копыта, брызнули дымящиеся комья глины вперемешку с камнями. Ещё несколько молний пали с небес, но лишь бессильно взрыли землю.
Отпустив кобылку мага, я выбросила руку в сторону грокхов и разом спустила все заранее заготовленные конструкции. А перед глазами неожиданно встало видение-воспоминание — собственная ладонь на оголённой медной жиле, разряд, пронзивший руку от кончиков пальцев до плеча. И в ушах словно бы наяву раздался голос Константина:
«Тебе следует научиться использовать все возможности вееров. У них огромный потенциал».
Я снова дёрнула поводья, разворачивая коня.
— Аэр! Куда?! — донеслось до меня, но я уже не слушала. Буян во весь опор мчался вверх по склону холма, прямо на жезлоносцев.
Метатели молний не растерялись, видали они разных храбрецов: и солдат, и магиков, и даже простых крестьян, что предпочитали смерть в бою позорному рабству. Они были уверены — на смерть я и иду. Но они ошибались.
На концах вскинутых высоко вверх жезлов засверкали искры, снова послышалось гудение, и в ладони будто разом вонзились сотни тончайших игл. Я сбросила щит — ни к чему он сейчас. Загрохотало, искры превратились в сгустки ярчайшего белого пламени. Слепяще-белые ломаные зубцы пронзили небо над головами грокхов, и, отразившись от нестерпимой синевы, прянули вниз, целя в меня.
Я вскинула руки, судорожно сжав пальцы на кольцах Поющих; тихо прошелестели, раскрываясь, стальные пластины, щёлкнули, вставая на свои места, упоры.
Жила. Сила Портала текла через неё, а не через меня. Я лишь управляла ею, но не пропускала сквозь себя. Возможно, не сдери я с неё цветной чехол, то обошлась бы даже без ожога — ведь не зря же жила была в него завёрнута.
«Веера могут собирать в себя чужие чары, изменять и направлять их согласно твоему замыслу, — вновь прозвучал в голове голос дракона. — Научишься использовать это их умение — и лишишься ограничений, что свойственны любому магу».
Шипы вееров вспыхнули, каждый из них принял на себя удар, способный в мгновение ока испепелить человека. Выгравированные на веерах узоры осветились голубым светом, источая ворохи знакомых жгучих искр.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Грокхи замерли. Мне казалось, что сквозь узкие прорези шлемов я вижу их расширенные от удивления глаза. Они выпустили в меня два десятка молний и были уверены — никто не способен пережить такое.
Буян остановился, не доскакав тридцати шагов до замерших метателей молний. Мгновение я смотрела на них — жезлы, по-прежнему полные силы, так и подняты, но руки у грокхов едва заметно подрагивают, а в позах нет уже былой уверенности.
— Убирайтесь из наших земель! — проорала я им и направила на них Поющих.
Кольца вееров, мгновенно раскалившись, ожгли ладони, узоры заполыхали совсем уж нестерпимо. Поющие вздрогнули, исторгая из себя собранную мощь. Загрохотало так, точно вся твердь мира единовременно треснула и принялась разваливаться на куски.
На этот раз молнии не отразились от небес. Подобно стрелам, они понеслись прямо к изумлённым грокхам, и я со злорадным удовольствием успела заметить, как они, казавшиеся дотоле бесстрашными, бросились врассыпную в отчаянной попытке спастись. Презрительно усмехнувшись, я покрепче сжала коленями бока коня и закрыла глаза. Вовремя — вспышка ярче, чем само солнце, осветила вершину холма.
Волна жара окатила меня с ног до головы, горячий ветер толкнул в грудь, заставив покачнуться в седле. Буян жалобно заржал и попятился.
Но всё уже закончилось. Холм превратился в чёрный, поблёскивающий, точно слюда, камень, а над ним, потрескивая, протянулась дуга шаровых молний — мощь, обрушенная на грокхов, оказалась слишком велика, и неизрасходованная её часть приняла такую форму.
От самих метателей молний после моего удара не осталось даже пепла.
— Как ты это сделала? — едва слышно спросил Влад, невесть как оказавшись рядом. Драконий оборотень был необычайно бледен. — Когда они ударили, я думал, что всё…
На последнем слове голос его сорвался на хриплый сип, и он замолчал, не договорив.
— Я просто вспомнила кое-что из уроков твоего отца, — так же тихо ответила я и пошатнулась, чудом не вывалившись из седла — управление молниями, пусть даже и с помощью Поющих, потребовало немалых сил и от меня самой.
— Но молниями невозможно повелевать, они убивают любого, кто попытается, сама ж говорила.
— Да, напрямую нельзя. Нужен проводник… — я пощёлкала пальцами, подыскивая подходящие слова. — Накопитель. Нечто, что соберёт в себя их мощь, и магу не нужно будет пропускать её через себя. Это очень похоже на принципы, используемые в предметной магии.
— Почему магики до такого не додумались? — резонно удивился оборотень.
— Сама в недоумении. Только кто знает, не додумались — или просто в тайне знание держат?
— А с этими что делать будешь? — сменил тему Влад и подбородком указал на шипящие и трещащие шары, неподвижно зависшие над вершиной.
— А что тут думать? — пожала плечами я. — Эти красавицы уже сами себе и накопитель, и сила, ими, как обычными огнешарами повелевать можно. Сейчас и их в дело пустим, подсобим имперцам ещё немного.
Вереница шаровых молний в вышине, повинуясь едва различимому жесту, медленно поплыла к полю боя, откуда доносились звон стали, крики и грохот нашедших цель боевых конструкций.
— Разумно, — одобрил Влад, проводив молнии взглядом.
— А теперь давай убираться отсюда, не ровен час, заметят, что остались ещё живые на этом холме. А если среди магиков ищейка найдётся, то ещё и след возьмёт. У меня грамоты на чародейство нет, да ещё маг этот беглый с нами. Где он, кстати? — всполошилась я, вспомнив о беловолосом, и вновь чуть не упала. В глазах предательски потемнело.
— В безопасности. Кобыла его за телегой поскакала, так вместе на ту сторону и перебрались, — оборотень подхватил меня под локоть, помогая переждать приступ слабости. — Нас ждут, я-то за тобой бросился, когда ты к жезлоносцам этим повернула, а их дальше отправил.
