— Верь мне, любимая. То, что я делаю, я делаю для нас.
— Ладно, ладно. Я верю тебе, верю, но… — Она на мгновение замолчала, пытаясь решить, как сообщить Рикардо сведения о Рене Вольтэн, принесенные Купером. — Но сокровища… нельзя же дать им ускользнуть таким образом…
Губы Рикардо гневно сжались.
— Я не желаю говорить сейчас о сокровищах!
— Почему же, compadre! — раздался вдруг чей-то голос. — Почему же не рассказать ей о сокровищах?
Мередит, прищурившись, вгляделась в неясную фигуру, внезапно возникшую на пороге. Потом фигура эта вступила в освещенное пространство, и сердце у нее сжалось от страха. Она узнала Габриэля Моралеса; на поясе у него висел пистолет с костяной рукояткой. Шрам Моралеса зловеще бугрился, освещенный светом фонаря.
Рикардо повернулся к нему.
— Я же велел тебе!.. — Он осекся, бросив взгляд на Мередит.
Хуана изумленно ахнула. Мередит глянула на нее. Глаза у девочки стали совсем круглыми от страха. Она подняла дрожащий палец.
Мередит сказала раздраженно:
— Что случилось, Хуана?
— Эти люди… — Она указала сначала на Габриэля, потом на Рикардо. — Они друзья. Этот сеньор, он бывал на асиенде Габриэля Моралеса много раз!
Мередит взглянула на Габриэля, и холодок прозрения пробежал у нее по спине.
Габриэль склонил голову в ироничном поклоне.
— То, что сказала девочка, правда, сеньора. Мы с Рикардо старые compadres.
Рикардо сверкнул глазами.
— Тебе же сказали — подожди меня у дома!
— Да, но я начал беспокоиться. — Он потрогал свой шрам. — Почему ты не рассказываешь сеньоре о сокровищах, друг мой?
Лицо Рикардо побледнело от гнева.
— А что такое с сокровищами? — спросила Мередит.
Габриэль довольно улыбнулся.
— А то, что мы завладели ими.
— Рикардо, это правда?!
Рикардо не смотрел на нее.
— Да, Мередит. Я бы сказал тебе о них под конец…
— Что ты намерен с ними делать?
Ответил ей Габриэль:
— Мы договорились продать их в другой стране. Мы уже давно находились бы в пути, но мой друг непременно захотел напоследок поговорить со своей возлюбленной.
— Мередит, это же для нас, разве ты не понимаешь? — Голос Рикардо звучал умоляюще. — С деньгами, которые мы получим за это золото, я смогу дать тебе такую жизнь, которой ты достойна.
— А я, — сказал Габриэль, — смогу снабдить мою армию крайне необходимыми оружием и боеприпасами.
— Ты ведь с самого начала решил поступить так. Не правда ли, Рикардо? — с презрением сказала молодая женщина.
Тот молча кивнул:
— Я не хотел, чтобы ты знала, пока все не будет сделано. Тогда тебе пришлось бы принять эти деньги. Я в этом уверен.
— Вот тут ты ошибаешься, так же ошибаешься, как я ошиблась в тебе, Рикардо. Я никогда не приму деньги, полученные за краденое. Ты предал не только меня, ты предал свою страну. А твой друг Луис? Что он подумает о тебе?
— Луису незачем знать об этом.
— Нет, он все узнает. Я обязательно расскажу ему!
— Вы никому ничего не расскажете, — холодно оборвал ее Габриэль. — Вы поедете с нами.
— Зачем? — спросила молодая женщина с презрением. — Чтобы вы могли снова напасть на меня?
— Я не нападал на вас, сеньора. — Он улыбнулся жестокой улыбкой. — Вы были под рукой, и я…
Рикардо вскинул голову и бросил на Габриэля яростный взгляд.
— О чем она говорит, Габриэль? Ты что, принудил ее? Я же предупреждал, что ей нельзя причинять никакого вреда.
От этого нового потрясения Мередит пришла в изумление.
— Ты его предупреждали Так это ты приказал ему меня похитить?
Габриэль засмеялся, сверкнув белыми зубами.
— Он решил задержать вас, чтобы прибыть на место раскопок вместе с вами.
Рикардо устремился к бандиту.
— Ты посмел обесчестить Мередит? Женщину, которую я люблю больше собственной жизни? Ты грабитель, Моралес!
— Не будь большим дураком, чем ты есть, друг мой. — Габриэль отвернулся и сплюнул. — Одной женщиной меньше или больше — какая разница? Ты будешь так богат, что сможешь купить себе тысячи девственниц, если захочешь.
Сеньора находилась у меня для того, чтобы ее употребляли.
И я употребил ее. Вот и все.
Рикардо продолжал медленно надвигаться на бандита.
— Сейчас я убью тебя, Моралес…
С опозданием осознав опасность, тот отступил на шаг.
— Не дури, Рикардо! Она того не стоит!
Одним ловким движением Габриэль выхватил оружие.
— Не вынуждай меня стрелять!
Согнув руки в локтях, Рикардо шел на бандита. Когда между ними оставался всего один шаг, Габриэль выстрелил. Пуля попала Рикардо в грудь, отбросив его назад почти через всю комнату. Он тяжело рухнул на пол и замер.
Мередит с криком шагнула к Рикардо, потом бросила взгляд на Габриэля. Лицо его побледнело, шрам вздулся синеватым рубцом. Он проговорил с грустью:
— Прости, старый друг. Ты не оставил мне выбора. — Потом голос его окреп. — Девчонка? Где девчонка?
Мередит быстро оглянулась. Хуаны в коттедже не было. Габриэль злобно выругался по-испански.
— Глупая индейская девка. Но вы, сеньора… вы пойдете со мной.
Мередит не могла опомниться от потрясения. Какая-то часть существа толкала ее с рыданиями броситься к Рикардо, другая, оглушенная предательством этого человека, смотрела на него как на постороннего, как на вора и отступника.
Не успела она пошевелиться, как Габриэль подошел к ней и грубо схватил за руку. Она попыталась вырваться, но, увы, Габриэль был гораздо сильнее. Она хотела закричать, но из горла ее вырвался лишь сдавленный крик.
Габриэль грубо встряхнул ее.
— Спокойно, гринго, не то получишь пистолетом по голове!
И тут резкий голос рявкнул по-испански:
— Бросьте оружие, Моралес! Вы арестованы!
Габриэль оцепенел, держа пистолет в поднятой руке.
А Мередит, обернувшись, увидела, что весь коттедж внезапно наполнился людьми в форме. Одни преградили вход, другие заходили с боков, поскольку бамбуковые завесы, заменявшие стены, были подняты.
Габриэль вздохнул и выронил пистолет, отступив от Мередит. Его мгновенно окружили и увели вооруженные люди — он не оказал никакого сопротивления.
Мередит устремила взгляд на неподвижное тело Рикардо. Она медленно шла к нему через всю комнату, приблизившись, встала на колени. Его мертвое лицо было спокойным и умиротворенным.
— Зачем, Рикардо? — тихо спросила она. — Зачем ты все это сделал?
На плечо ее ласково легла чья-то рука.
— Мне очень жаль, Мередит.
Она посмотрела вверх и увидела доброе лицо Мендеса. Слезы выступили у нее на глазах. Мендес помог ей подняться; она рыдала у него на груди, он поддерживал молодую женщину, не давая ей упасть.
