В общем, полковник Нопалцин дождался, когда единственный материк полностью скроется под штормовыми фронтами циклонов, и отдал команду начать десантирование. Конвой отстрелил тяжёлую технику, спустя минуту следом за ней отправилась вторая волна – десантные баржи с танками и атмосферными боевыми машинами. Пехотной поддержки в этой операции не будет, солдат в экзоскелетах полковник велел высаживать уже после уничтожения вражеского опорного пункта непосредственно для зачистки подземных сооружений. Куохтли, как водится, отстрелили первым, и он всеми органами чувств впился в приборы, с головой погружаясь в управляемое падение. Орбитальное десантирование – самая сложная и самая опасная часть высадки. Тяжёлый боевой робот, весящий под сотню, а то и больше тонн, не умеет летать. У него есть маневровые ускорители, с помощью которых можно перепрыгнуть преграду с десяток метров высотой, да ещё управлять падением и выполнять торможение, которым это падение завершается. Но ни о каких серьёзных воздушных манёврах речь не идёт, поэтому во время спуска боевая машина может попасть под удары наземных систем ПВО и атмосферной техники противника. Так что в интересах пилота совершить приземление как можно быстрее и качественнее, пока враги не перегрузили силовой щит до критической отметки. Вступать в бой, имея погоревший генератор защиты, – затея полностью суицидальная.
Но вопреки ожиданиям высадка прошла спокойно. Легированные Гиены не вели огонь с земли и не поднимали на перехват атмосферную технику. «Могила» беспрепятственно снижалась, с каждой секундой приближаясь к бурлящей воронками циклонов мозаике исполинского грозового фронта, нависшего над континентом, и Куохтли скользил взглядом по маршевым экранам. Весь обзор закрывали бесконечные поля мрачных облаков, ежесекундно озаряющихся отблесками невидимых отсюда грозовых разрядов. «Могила» нырнула в эту толщу, словно ныряльщик в море, и пару десятков секунд все экраны показывали только тёмную мутную вату грозовых облаков. Из нижней кромки которых боевой робот вышел на расстоянии каких-то трёх тысяч метров над поверхностью земли. В первую секунду Куохтли подумал, что оказался внутри здоровенного моечного ангара, настолько плотно воздух был занят водными струями. Видимость не превышала пары метров, и посадку пришлось производить по приборам. Восьмидесятитонная «Могила» врезалась в тропический лес, мокрым хрустящим чавканьем отзывающийся на вонзающиеся в него десятки боевых роботов, и Куохтли дал маневровым ускорителям полный реверс. Машину тряхнуло с такой силой, что поверхность окружающего её силового щита буквально взорвалась тысячами ринувшихся вниз водных капель, но находящаяся под контролем системы стабилизации кабинная капсула лишь покачнулась в амортизационной подвеске. Куохтли быстро снизился до высоты в метр и отключил ускорители.
И тут же рухнул вниз, едва не закричав от неожиданности. Скрытая пузырящейся под ливнем водой почва просела под многотонной махиной метра на три, и «Могила» взвыла мощными приводами, стабилизируя нарушенное равновесие. Мощные лапы упёрлись в твёрдую поверхность под хлюпающей земляной жижей, и Куохтли осмотрелся. Сразу же стало понятно, почему полковник последовал рекомендации заказчика отказаться от высадки пехоты. Она бы утонула в этой жиже с головой, и максимум, на что была бы способна, так это сидеть на пальмах. Если только местные пальмы способны выдержать вес солдат в тяжелых боевых экзоскелетах. От прыгающих танков пользы тут будет ненамного больше, разве что если где-нибудь ближе к опорному пункту Легированных глубина земляной жижи станет меньше хотя бы вдвое. И эффективность атмосферной боевой техники под таким ливнем больше символическая, чем реальная. Неудивительно, что Легированные Гиены не применили воздушные силы. Кругом темень, вспарываемая кривыми дугами грозовых разрядов, шумомер показывает какую-то безумную какофонию из громовых раскатов, ураганного свиста и бесконечной дроби колотящих во всё подряд миллионов дождевых капель. Вокруг даже не льёт как из ведра – вокруг сплошная вода до самого неба, и ветер такой, что его порывы укладывают пальмы на землю. Точнее, на воду, после чего те распрямляются, словно психованные неваляшки, и к вертикальному ливню добавляется горизонтальный, кроме воды состоящий из оборванной травы, разноразмерных листьев и мелких обломанных веток. Вести боевые действия в таких условиях можно только на боевых роботах, и не вызывает сомнений, почему Легированные Гиены укрылись именно здесь, хотя живая планета, пусть даже живая не везде, уже сама по себе есть главный демаскирующий фактор. Легированная дивизия – это наземное подразделение с тридцатилетним боевым опытом, основную силу которого составляют боевые роботы. Здесь они как рыбы в воде. В воде – это в прямом смысле слова! А вот Стальному дивизиону придётся нелегко.
Стальные Команды закончили высадку, и тим-лидеры доложили Нопалцину текущую обстановку. Полковник немедленно дал приказ отменить высадку атмосферной техники, но несколько десантных барж уже сошли с орбиты, и пришлось дожидаться их посадки. Баржи попадали в джунгли, утопнув в земляной жиже наполовину, и было решено оставить их в таком положении до улучшения метеоусловий, чтобы не топить танки в бесконечном болоте. Вокруг барж выставили охранение, и Стальные Команды двинулись на штурм опорного пункта Легированных. Которого в указанном разведкой Чжу Мао месте не оказалось. Вместо этого на небольшом и совсем невысоком плоскогорье, выпирающем из болотных джунглей на пять-шесть метров, обнаружилось несколько фальшивых построек, оборудованных имитаторами техногенной активности. Легированные создали здесь ложную цель, на которую купилась разведка Жёлтых, и Первая Стальная Команда бестолково топталась взад-вперёд по плоской каменистой равнине размерами два на три километра, сканируя почву на предмет наличия подземных бункеров. Остальные Стальные Команды согнали с плоскогорья и вернули месить земляную жижу в поисках следов или разведчиков противника.
Куохтли с печальным вздохом аккуратно завёл «Могилу» в хлюпающие джунгли и остановился в ожидании получения задачи. Следом за ним в жижу прыжком плюхнулся робот Чикахуа, и в ближнем эфире зазвучал её обворожительный грудной голос, посыпая царствующую вокруг грязищу совсем не обворожительной бранью. Чикахуа заняла место за Куохтли согласно предписанной боевой инструкцией дистанции и переключилась на поношение Яотла, который до сих пор не поставил им задачу на патрулирование. Тут же выяснилось, что Яотл прослушивает их радиоканал. Майор злобно зашипел, что если она немедленно не заткнется, то после миссии он заткнёт ей рот чем-то интересным, на что та засмеялась стервозным смехом, заявив, мол, напугали зайца маленькой морковкой. Яотл мгновенно взбесился, и Чикахуа перешла с ругани на томную интонацию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
