Читаем без скачивания «Титаник» - Милош Губачек

Теперь предстояло решить самый деликатный вопрос: будет ли предоставлено право следственному подкомитету вызывать и допрашивать, а при необходимости и принуждать давать показания, граждан иностранного государства, в данном случае Великобритании. Без этого условия подкомитет не мог выполнить свою задачу, поскольку почти все наиболее важные свидетели — члены команды и представители судоходной компании — были гражданами Великобритании. Этот принципиальный вопрос предстояло решить министру торговли и труда. И такое право он предоставил, заявив при этом, что судоходная компания, суда которой заходят в американские порты, с точки зрения права обязана предоставлять информацию, касающуюся обстоятельств, приведших к гибели американских граждан. Кроме того, общественность решительно потребовала, чтобы и ответственные британские лица дали необходимые объяснения. В среду 17 апреля было принято решение об организации, полномочиях и составе следственного подкомитета, о чем Вашингтон сделал официальное сообщение. Подкомитет должен был приступить к работе сразу же, как только «Карпатия» с пострадавшими придет в нью-йоркский порт. Но произошло событие, заставившее сенатора Смита действовать без промедления.

Члены команды «Титаника», которым удалось спастись и которые находились теперь на палубе «Карпатии», хотели — так по крайней мере сообщала британская пресса — как можно скорее вернуться в Англию. Это желание было вполне естественным и понятным, особенно у тех, кого ждали в Англии родственники, уже ничему не верившие после потока противоречивых сообщений.

В Нью-Йорке готовилось к выходу в море судно «Седрик» компании «Уайт стар лайн», которое в соответствии с расписанием должно было отплыть в четверг. Но точно определить, придет ли «Карпатия» в Нью-Йорк до его отплытия, было нельзя, поэтому офицеры «Титаника» попросили Дж. Брюса Исмея вмешаться. Тот без промедления отправил в Нью-Йорк вице-президенту треста ИММ Ф. А. Франклину следующее распоряжение:

«Весьма желательно, чтобы команда „Титаника“, находящаяся на борту „Карпатии“, вернулась домой в самое ближайшее время. Предлагаю задержать выход „Седрика“ до пятницы, если у вас нет оснований, которые могли бы этому воспрепятствовать. Я сам намерен воспользоваться им для возвращения. Прошу выслать для меня на „Седрик“ одежду и обувь. Пожалуйста, ответьте».

Вскоре после этого было отправлено новое распоряжение:

«Для команды „Титаника“ очень важно, чтобы вы задержали „Седрик“ до пятницы. Ответьте».

И наконец, третье распоряжение:

«Считаю предельно неразумным задерживать команду „Титаника“ до воскресенья. Настойчиво рекомендую задержать „Седрик“ хотя бы до полуночи».

Все эти три распоряжения были подписаны словом «Yamsi», кодовой подписью, которой Исмей помечал свои личные распоряжения. И все они были перехвачены радиостациями американского военно-морского флота. В четверг с ними ознакомился сенатор Смит. Разумеется, они вызвали подозрение: генеральный директор «Уайт стар лайн», чтобы не отчитываться перед официальными органами и общественностью США и скрыть свою роль в случившемся, предпочитает вместе с членами команды как можно скорее исчезнуть из Соединенных Штатов и, даже не ступив на американскую землю, вернуться в Англию. Этого сенатор Смит допустить не мог. Он тут же позвонил в Белый дом и записался на прием к президенту Тафту.

При встрече президент заверил его, что предложение о создании следственного подкомитета он одобрил и сделает все, чтобы расследование оправдало ожидания американской и мировой общественности. Сенатор вновь коснулся жгучего вопроса о праве подкомитета вызывать и допрашивать британских граждан. Президент подтвердил, что, пока они находятся на территории Соединенных Штатов, проблем быть не может; такой же точки зрения придерживается и генеральный прокурор, с которым он обсуждал этот вопрос. Президент заметил, что, учитывая обстоятельства трагедии, у британских официальных инстанций вряд ли будут какие-либо возражения. Сенатор Смит выдвинул три требования. Во-первых, чтобы министр торговли и труда Чарлз Нагель, в компетенцию которого входили текущие дела переселенцев, сопровождал его в Нью-Йорк и оказал содействие в приеме спасенных пассажиров, плывших на «Титанике» III классом. Президент не возражал. Во-вторых, чтобы генерал Джордж Улер, выполнявший функции государственного инспектора по эксплуатации пассажирских судов, присоединился к учрежденному сенатскому подкомитету и в ходе расследования давал профессиональные рекомендации. Тафт вновь согласился. И, в-третьих, чтобы в Нью-Йорке он смог воспользоваться таможенным судном министерства финансов и подняться на палубу «Карпатии» до того, как судно станет на якорь; эти меры, как он считал, должны воспрепятствовать возможному бегству Брюса Исмея и уходу от участия в расследовании. И на это у Тафта не было возражений, он пообещал в течение дня обсудить все детали с министром финансов.

После беседы с президентом Смит вернулся в здание сената и провел первое заседание подкомитета. Он ознакомил его членов с ходом переговоров в Белом доме и необходимостью поездки в Нью-Йорк для первого допроса свидетелей. Но оказалось, что из шести сенаторов только один Фрэнсис Ньюлендс согласен участвовать в работе. Джонатан Борн и Дункан Флетчер из-за служебной занятости не могут отправиться в Нью-Йорк, а семидесятитрехлетний Джордж Перкинс объяснил свой отказ плохим состоянием здоровья. Фьюнифолд Симмонс с возмущением заметил, что сенаторам Соединенных Штатов не пристало колесить по стране, чтобы допрашивать каких-то иностранцев. Темпераментный Смит отреагировал очень резко, и спор, подоплекой которого были давнишние политические разногласия, завершился отказом Симмонса участвовать в работе подкомитета, чего Смит категорически не принял. И получилось так, что из шести членов подкомитета в Нью-Йорк со Смитом поехал только один.

Это неприятное обстоятельство не смогло заставить сенатора отказаться от выполнения поставленной задачи, и он с еще большей энергией приступил к осуществлению своей миссии. Он вызвал руководителя службы порядка сената полковника Дэниела Рэнсдейла и попросил его обеспечить прибытие в Вашингтон британских граждан, которых в рамках своего расследования он хотел допросить. Полковник не пришел в восторг от просьбы сенатора — речь шла о необычном задании. В конце концов после некоторых колебаний он согласился выполнить это поручение, но только в том случае, если ему официально прикажут. Однако Смит опасался, что в решающий момент полковник откажется, а ему ничего не хотелось пускать на волю случая. Самое худшее заключалось в том, что до отхода специального поезда в Нью-Йорк оставалось всего полтора часа. Как нельзя более кстати в кабинете у Смита оказался его старый приятель Джо Бейлисс — шериф из штата Мичиган. В Вашингтоне у него были кое-какие дела, он заскочил к сенатору на минуту — и дело было сделано. Несмотря на все возражения шерифа, сенатор тут же подключил его к Рэнсдейлу в качестве помощника и приказал быть на перроне в 15 часов 30 минут. Растерянный шериф едва успел отправить домой телеграмму, и Смит завладел им на несколько дней.

Несмотря на то, что поездку в Нью-Йорк Смит старался сохранить в тайне, это ему не удалось. И когда он вместе с сенатором Ньюлендсом, генералом Улером, полковником Рэнсдейлом и своим личным секретарем прибыли на вокзал, там их уже ждала толпа репортеров. Смит коротко рассказал о своей беседе с президентом Тафтом и заявил:

— Если представители компании «Уайт стар лайн» хотят пользоваться американскими портами и сохранить доверие американского народа, они должны занять открытую и честную позицию по отношению к мерам, принимаемым конгрессом.

На вопрос, намерен ли он арестовать Брюса Исмея, Смит ответил, что следственный подкомитет не собирается прибегать к столь жестким санкциям и будет действовать осторожно и продуманно. После этого поезд тронулся. В соседнем вагоне ехал министр Чарлз Нагель. Президент Тафт сдержал слово и в отношении таможенного катера: на первой же остановке Смиту вручили телеграмму, в которой сообщалось, что катер в Нью-Йорке подготовлен.

В 21 час 7 минут поезд прибыл на Пенсильванский вокзал, где портовые чиновники проинформировали сенатора, что «Карпатия» на подходе к порту.

С приближением «Карпатии» к американским берегам ожидавших на берегу все больше охватывало волнение. В среду к вечеру судно оказалось в пределах досягаемости береговых радиостанций Новой Англии. К передачам государственных станций присоединились десятки радиолюбителей, и в эфире воцарилась неразбериха. Каждый хотел первым получить самые свежие сообщения. Концерн Херста, стремясь установить связь с «Карпатией» как можно раньше, отправил ей навстречу из Ньюпорта большой буксир «Мэри Скалли». На его борту находились специалист по семафорной сигнализации, несколько репортеров, фотографов и известный психиатр, который должен был предложить свои услуги пострадавшим с «Титаника». Распространились слухи, что многие из них находятся в состоянии сильного нервного расстройства. А поскольку было известно, что «Карпатия» на большинство запросов не отвечает, за рацию на «Мэри Скалли» посадили самого Джека Биннза.