А. В. Чаянов
Маяковский деревней не интересовался. В 1929 году он пишет, а Мейерхольд ставит пьесу-сатиру "Клоп". Музыка Шостаковича. В главной роли — Ильинский. Результат — жесточайшая критика. Главный ее удар по Маяковскому. Пьеса названа клеветнической. Маяковский уехал во Францию. В Ницце сидит в ресторанчике с художником Анненковым. Маяковский спрашивает:
— Когда вернетесь в Москву?
Анненков отвечает:
— Я об этом больше не думаю, так как хочу остаться художником.
Маяковский говорит:
— А я возвращаюсь, так как я уже перестал быть поэтом.
И разрыдался. Официантка испугалась. Маяковский:
— Ничего, я просто подавился косточкой.
В самом начале 1930-го Маяковский неожиданно вступает в крайне официозную карьерную Российскую ассоциацию пролетарских писателей. Возглавляет РАПП родственник Свердлова и Ягоды Леопольд Авербах, главный редактор журнала "На литературном посту". Через год после смерти Маяковского РАПП разгонят. Авербаха расстреляют в 1939-м. Но тогда, в 1930-м, РАПП всесилен. Рекомендацию Маяковскому дает литературный чиновник-рапповец Владимир Сутырин. В 1923 году он снялся в культовом боевике времен раннего НЭПа "Красные дьяволята" в роли батьки Махно. Вскоре после смерти Маяковского Сутырин оставит литературу. В середине 30-х он начальник одного из лагерей Кольского полуострова. В этом лагере сидит будущий актер Вацлав Дворжецкий. В 60-х годах Сутырин возвращается в литературу. Он секретарь парторганизации Московского союза писателей.
В. В. Маяковский и председатель РАППа Л. Авербах
6 февраля 1930 года Маяковский единогласно принят в РАПП. А 16 марта — у Мейерхольда премьера "Бани" Маяковского. В прессе после спектакля черным по белому: ""Баня" — клеветническое изображение советской действительности". Премьера — за четыре недели до самоубийства.
Как-то в Гендриков переулок к Маяковскому с Бриками приезжал мексиканский художник Диего де Ривера, проявлявший большой интерес к личности Троцкого. По сути своей троцкистами являются и высокие чины ОГПУ, посещавшие дом Маяковского в конце 20-х. Знаменитого авантюриста, советского резидента, эсера, троцкиста Якова Блюмкина Маяковский называет Блюмочка.
В 1925 году Маяковский приезжает в Штаты вместе с Эфраимом Склянским. Склянский — в недавнем прошлом первый заместитель Троцкого по Реввоенсовету, неизменная правая рука Троцкого, второй после Троцкого человек в Красной армии в Гражданскую войну. После снятия Троцкого с поста наркомвенмора Склянский — директор треста "Моссукно". В Нью-Йорке Склянского и Маяковского принимает влиятельный троцкист, председатель акционерного общества "Амторг", "главный советский купец в Америке" Исай Хургин. Маяковский живет в доме у Хургина. Именно Хургин пробил ему американскую визу. До этого Маяковский пытался получить визу через своего друга, эмигранта, художника Давида Бурлюка. Бурлюк не сумел.
Тогда и выручил Хургин. Он же организовывает все поездки Маяковского по Соединенным Штатам. Хургин знакомит его с Элизабет Джонс, русской эмигранткой Елизаветой Алексеевой. Роман был недолгий.
У Маяковского остались фотографии и письма Элли, у Элли — дочь от Маяковского.
27 августа 1925 года на озере Лонг-Лэйк Хургин и Склянский утонули во время лодочной прогулки. При неясных обстоятельствах. Маяковский рыдал на панихиде. Скомкал программу пребывания в Штатах и вернулся в Москву.
Троцкий говорит о Маяковском: "Маяковский слабее всего в тех своих художественных произведениях, где он законченнее всего как коммунист". В стихотворении "Юбилейное", написанном к 125-летию Пушкина, Маяковский недостаточно закончен как коммунист. И вообще дело не в этом. Стихотворение получилось откровенно невеселым. Непонятно, как в школьных учебниках литературы удавалось преподносить его как образец оптимизма.
Маяковского смертельно тянет к Пушкину. Он придумывает игру: Я и Пушкин. Пушкин сходит с пьедестала. То есть это игра в Каменного гостя. Где гость — Пушкин, а Маяковский оказывается Дон Гуаном. Финал понятен. Смертельное пожатие каменной десницы. Последние слова: "Я гибну — кончено".
В стихотворении Маяковского "Юбилейное" проскальзывает никому не известная фамилия Родов. Между тем пролетарский поэт и глава партийной ячейки Института русской литературы в Ленинграде Семен Родов заслуживает особого внимания. Из поэзии Семена Родова:
Бывали сомненья в душе предчека,Но никогда не дрожала рука.И только маленький Петя знал,Как его папа нежен и мал.
В биографии поэта Родова особого внимания заслуживает следующий факт. В 1930 году пролетарский поэт Родов с семьей и домработницей вселяется в квартиру Александра Сергеевича Пушкина на Мойке. Родов отлично себя чувствует в квартире Пушкина. Портит дело только одно: люди, идущие по улице, смотрят в окна, потому что между окнами — мемориальная доска "Здесь 29 января 1837 года скончался Александр Сергеевич Пушкин". Родова это раздражает. Мемориальная доска вскоре сбита.
12 апреля, за два дня до смерти, Маяковский разговаривает с кинорежиссером Александром Довженко. В 1930 году Довженко снял свой знаменитый фильм "Земля". Тема — коллективизация. Художественное решение с социалистическим реализмом не имеет ничего общего. Фильм "Земля" в 1958 году включен в десятку лучших фильмов всех времен и народов. В 1930 году Сталин приказал: "Исключить из фильма порнографические и иные противоречащие советской политике элементы".
Маяковский с Довженко знаком шапочно. Маяковский сказал: "То, что творится вокруг, нестерпимо и невозможно. Надо противостоять и объединить мастеров культуры".
Довженко записал этот разговор 15 лет спустя, в 1945-м.
В конце 1929-го Маяковскому впервые было отказано в выезде за границу.
21 января 1930 года в Большом театре, в шестую годовщину смерти Ленина, Маяковский читает поэму "Владимир Ильич Ленин". Аплодировали минут пять. Вспоминает подруга жены Сталина, Надежды Аллилуевой, Регина Глаз: "Надежде Сергеевне и Сталину страшно понравился Володя. Он замечательно держался, не смотрел и не раскланивался в их ложу".
1 февраля 1930 года открывается выставка, посвященная 20-летию творческой деятельности Маяковского. Художественное решение выставки принадлежит Александру Родченко, другу, фотографу и художнику. Ждали все руководство, включая Сталина, Не пришел никто. На третий день приехал главный советский цензор Платон Керженцев, Жена Луначарского вспоминает: "Бледность, отчужденность, молчаливость Маяковского запомнились всем, кто пришел на открытие выставки. Хотелось плакать". Маяковский в начале своей речи сказал: "Ну что ж, "бороды" не пришли. Обойдемся без них".
В. В. Маяковский на выставке, посвященной 20-летию его творчества
Накануне открытия выставки в Ленинграде полным провалом закончилась премьера "Бани". Михаил Зощенко вспоминает: "Публика встречала пьесу с убийственной холодностью. Ни одного взрыва смеха. Ни одного хлопка после первых двух актов". В последующий месяц пьесу не снимают, но публика не ходит, а газеты ругают.
В. В. Маяковский
В Москве на юбилейной выставке над стендом с газетными публикациями Маяковского надпись: "Маяковский непонятен массам". Единственная публикация о выставке — в "Комсомольской правде" 2 февраля. Запланирована серия статей о творчестве Маяковского с его портретом в журнале "Печать и революция". С выпуском тянули до апреля. В последний момент портрет поэта из журнальной публикации изъят. Изъятие портрета Маяковского произошло вследствие письма начальника Госиздата Артемия Халатова в редакцию журнала. Халатов написал: "Как печать революции попутчика Маяковского осмелилась назвать великим революционным поэтом?!"
В 1935 году, через пять лет после того, как Маяковский застрелился, Лиля Брик пишет письмо Сталину: "Книг Маяковского в магазинах нет, купить их невозможно. По распоряжению Наркомпроса из учебника литературы на 1935 год выкинули поэмы "Ленин" и "Хорошо!". Я обращаюсь к вам, так как не вижу иного способа реализовать огромное революционное наследство Маяковского".
На письме Лили Брик резолюция Сталина:
"Т. Ежов, очень прошу вас обратить внимание на письмо Брик. Маяковский был и остается лучшим и талантливейшим поэтом нашей советской эпохи.
Привет. И. Сталин".
Ежов в 1935 году секретарь ЦК. До его назначения на пост наркома внутренних дел остается меньше года. Ежов занимается организацией музея Маяковского и изданием его собрания сочинений. Пастернак сказал: "Маяковского стали вводить как картофель при Екатерине".
Незадолго до смерти Маяковский разговаривал с поэтом Михаилом Светловым, исключенным из комсомола за троцкизм. Маяковский спросил:
