долго. Они проехали весь центр города, выехали в другой район Новгорода, потом следовали по дороге, миновав еще несколько районов, пока не добрались до окраины. Погода быстро портилась, и, когда водитель довез Соню до какой-то рощицы (непонятно, где они, за пределами Новгорода или в его черте), пошел настоящий ливень.
– Приехали! – объявил таксист, показывая на убогое строение посреди рощи. – Вот музей, сегодня он должен работать! Приятного отдыха!
– Спасибо. – Девушка уныло покосилась на одноэтажное здание. – Это точно музей?
– Конечно, зачем мне тебя обманывать? Довез, куда просила! – заверил ее водитель.
Соня расплатилась с таксистом, вышла из машины. Тот сразу уехал, оставив свою пассажирку непонятно где под проливным дождем.
Соня запоздало подумала, что надо было попросить таксиста подождать ее – как, и в самом деле, ей в город добираться? Поедет ли сюда такси, если сделать заказ по телефону? Ходят ли автобусы? Но хорошие мысли, как известно, вовремя не приходят. Оставалось надеяться на то, что в музее (если он вообще был открыт) кто-нибудь подскажет ей, как добраться до центра города или автовокзала…
Соня поспешила к музею. За то короткое время, пока она находилась под дождем, ее одежда насквозь промокла, и девушка замерзла. Она пожалела, что не взяла с собой никаких теплых вещей, поехала в джинсах и футболке с короткими рукавами. Хотя откуда ей было знать, что погода в Новгороде сильно отличается от той, что сейчас была в Петербурге? В Северной столице сейчас пекло, а вот в городе, который расположен в каких-то четырех часах езды, проливной дождь и холод…
Ладно, главное сейчас – найти могилу Артаксии, а потом вернуться в город и в любом магазине одежды купить себе хотя бы ветровку и штаны на смену.
Соня подошла к зданию, посмотрела на вывеску. Надо же, и правда музей народов Шелони.
Шелонь – это что вообще такое? Древнее название Новгорода? Река? Озеро?
Соня открыла дверь и вошла в музей. Внутри он ничем не отличался от других музеев – тоже вестибюль с пунктом охраны, касса, гардероб. Скорее всего, экспонатов здесь немного, уж слишком маленькое здание отведено для культурного заведения. Но Соня решила осмотреть залы, поэтому подошла к кассе и спросила у продавщицы билетов, сколько стоит осмотр экспозиции.
– Взрослый билет двести рублей, студентам и пенсионерам – скидка пятьдесят процентов, – объявила билетерша.
Соня не была ни студенткой, ни пенсионеркой, поэтому заплатила полную стоимость, и кассирша отдала ей билет.
Гардероб Соне был не нужен, и она сразу прошла в первый выставочный зал. Посетителей, кроме нее, в музее не было, на стульчике скучала смотрительница экспонатов, пожилая дама с короткой стрижкой, в длинной юбке и рубашке светло-бежевого цвета. Экскурсовода Соня тоже не увидела. Она протянула свой билет смотрительнице, та оторвала купон и проговорила:
– В первом зале экспонаты, относящиеся к доисторическим временам, а во втором – экспонаты, найденные во время раскопок захоронений народов, селившихся по берегам Шелони. В начале каждого зала есть стенд с информацией, можете ознакомиться. Приятного просмотра!
– Спасибо, – поблагодарила Соня. – Только меня интересует могила скифской царицы Артаксии, мне сказали, у вас в музее есть информация об этом захоронении…
– Не знаю, я не экскурсовод… – растерялась женщина. – Но вы пройдите во второй зал, там есть и скифские украшения, и оружие. Может, найдете то, что вам нужно…
Соня еще раз поблагодарила смотрительницу и вошла во второй зал, минуя выставку, посвященную доисторическим временам.
Это помещение было такого же размера, как и предыдущее. Экспонатов в музее было немного, зато текстовая информация, видимо, заменяла недостаток артефактов.
Соня пробежала глазами общие сведения о народах Шелони – оказывается, это река, протекающая в Новгородской области, – нашла раздел, посвященный скифам. В тексте говорилось, что история скифского народа связана с территорией исторической России от Енисея до Дуная, включая Казахстан и Среднюю Азию. В основном факты о скифах исследователи получили из текстов древнегреческих авторов, так как греки со скифами всегда активно взаимодействовали. Название «скифы» тоже греческое, сами представители этого народа именовали себя «саками».
Скифы проживали в крупных поселениях, называемых городищами. Существовали линии укрепления селений – рвы, частокол, земляные валы. Об устройстве городищ можно было судить по захоронениям скифов. Самое древнее погребение было найдено в Саянах, а в 1990-х годах на алтайском плато Укок археологи обнаружили мумифицированное тело молодой женщины. Ее называют шаманкой, или царицей Укока, умерла девушка от рака молочной железы.
Соня посмотрела на стенд с экспонатами. В большинстве своем это были луки, стрелы, скифские мечи (они назывались «акинаки»), немного украшений в виде браслетов и серебряная чашка с каким-то рельефом. Рядом с чашкой Соня прочла надпись-пояснение.
Девушка поняла: она нашла то, что искала. Она внимательно прочла текст:
«Считалось, что чаша принадлежала скифской царице Артаксии. Согласно свидетельствам античного историка Геродота, чаша была подарена царице Александром Македонском. Кроме того, царь подарил царице золотой кубок, ставший символом их любви. После смерти Александра Артаксия бежала и долго скиталась, в конце концов вместе с сыном Печегдом остановилась на берегу Шелони. Женщина завещала похоронить ее там, где еще не ступала нога человека. После смерти царицы Печегд долго думал над словами матери и за советом отправился к мудрому старцу Огару. Тот разгадал загадку Артаксии и сказал Печегду, что нужно выкопать ров на дне реки, там устроить могилу, а над захоронением пустить течь воды реки.
Печегд распорядился выкопать ложе для реки, а на дне выкопанного ложа построил из булыжного камня подвал, непроницаемый для воды, куда и поставил гроб своей матери. Вместе с гробом Печегд положил туда все сокровища царицы Артаксии – дар супруга ее, царя Александра Македонского. Среди них был легендарный золотой кубок, который Александр Македонский берег как зеницу ока. Кубок давал обладателю его защиту от врагов и удачу, и царь, ослепленный любовью к скифской владычице, подарил его ей. Известно, что вскоре после этого Александр Македонский погиб, и Артаксия хранила подарок царя как величайшее сокровище.
Печегд похоронил мать, запечатал вход в подвал камнем, на котором приказал изваять надпись: «Здесь покоится царица скифская Артаксия, супруга скифского царя Афея и царя Александра Македонского, умершая в тридцатое лето по смерти последнего».
После этого Печегд приказал пустить воду в новую реку и назвал ее «Новая Шелонь». В середине двадцатого века археологи проводили раскопки на месте захоронения царицы, в пересохшем русле реки Новая Шелонь. Им удалось найти серебряную чашу, однако золотой кубок отыскать не удалось. Возможно, это была лишь красивая легенда, а может, кубок действительно существовал, но где он
