внутри места?"
Девушка отошла и слегка обогнула очередь сбоку, так что теперь ее взору открывалось куда большее количество лиц. Конца линии все еще не было видно.
"Свен?!" – Свен! – ее учитель стоял примерно двадцатым перед дверью. Он повернул голову в сторону своей подопечной и, слегка улыбнувшись, помахал рукой, но не остановился, а продолжил подходить к дому. Талиса парой прыжков подлетела к нему:
– А что это Вы тут стоите? Что-то редкое продают?
– Ты умница… Ты такая умница…
– Что? Ты ведь никогда так не говорил. Да и у меня многое не получается…
– Все получится… Я в тебя верю… – тем временем Свен оказался прямо перед дверью и вошел в нее, не попрощавшись.
– Что?.. – Талиса осталась на улице в недоумении и сделала несколько шагов назад. Ее взгляд скользнул по очереди немного дальше, чем до этого: "Дмирис!?"
– Эй, Дмирис! – девушка подбежала к пареньку впритык. – Привет! Как я рада тебя видеть! – она обняла его, но парень не ответил.
– Талиса, – устало произнес он. – Я тоже скучал. Слушай…Слушай… – несмотря на завязавшийся диалог, Дмирис продолжал идти. – Мне все не хватало смелости… В общем, … у меня дома есть ресторан. Там готовит шеф-повар из Манарифа – настоящий гений кулинарии. Но он работает только когда у вас Буря. Не хочешь сходить туда? Мы с родители там часто бывали… Как же я по нимскучаю…
–Буря? Но ведь она уже прошла…
–Да? – растерянно переспросил парень. – Значит, опоздали… – он сделал шаг и положил руку на ручку синеватой двери.
– Нет! – Талиса схватила его за рубашку.
– Пусть идет, милая, – нежно-белые ручки обхватили запястье девушки. Тала быстро перебросила взгляд, и ее глаза заполнились слезами, а хватка ослабла. Дмирис скрылся в проходе.
– Мама… – навзрыд прохрипела Талиса. Длинные и ровные черные волосы спадали на белоснежное одеяние с серебряной окантовкой, а глаза переполнялись любовью и добротой.
– Мы тебя любим, доченька… – произнесла мама.
– Больше всего на свете… – подтвердил папа, показавшийся из-за ее спины. Без короны и мундира. Таким, каким он был когда-то.
Руки Талисы задрожали, а ноги подкосились.Она сделала несколько вынужденных шагов назад, чтобы не упасть. Тем временем ее родители исчезли за дверью.
Взгляд девушки вновь скользнул по очереди и узнал еще лицо, и еще, и еще, и еще… Дарот, Мендер, Астир… Все, кого она когда-либо знала, стояли здесь… В очереди к двери…
– Нет, нет, нет, нет, нет! НЕТ! – ярость и отчаяние. Один взмах руки Талы, и дверь разлетелась в щепки. Путь свободен. Она внутри. Тутпусто. Ничего и никого. За ее спиной с тяжелым ударом захлопывается выход.
Ничего не видно. Непроглядная тьма. Но вот зарождается свет. Стена напротив Талы воспылала синим пламенем. Таким же, как на Проекте Ки. Дикий жар заполонил комнату и в мгновение иссушил легкие. Девушка начала задыхаться и упала на колени.
Средь вихрей пламени зародилась тьма, принявшая форму человека. Жнец вышел к ней. В его правой руке красовался окровавленный меч, а в левой он держал за волосы отрубленную голову Дмириса.
– Куда без очереди?! Твое время еще не пришло! Я позабавлюсь с тобой в самом конце! – невидимый удар пригвоздил ее к стене и начал ломать ребра. А он смеялся, раскручивая голову парня в руке. – Победила, говоришь? Да мы с тобой играемся, как с таракашкой. Переворачиваем и смотрим, как ты будешь выкарабкиваться! Жалкая, никчемная букашка! Одна ты никто и ничто!
– ОТОМСТИМ! ОТОМСТИМ! ОТМОСТИМ! ОТОМСТИМ! – раздались голосаиз очереди.
Как ни странно, этот голос сработал, будто инъекция адреналина. Из ниоткуда появились силы и желание сопротивляться.Кулаки сжались. Тала прикусила губу, и весь ее гнев излился на глумящегося убийцу.
Каждая секунда – невыносимая боль. Каждый шаг – торжество над самой смертью. С каждым мгновением ухмылка все больше пропадает с его морды. Скоро она сотрет ее навсегда.
"Он боится! Я чувствую это!" – с финальным усилием Тала бросилась на него и мощным магическим толчком отправила прямо в огонь, пробивая им стену и сбивая пламя.
Вся очередь торжествовала!
ПИ- ПИ- ПИ- ПИ- ПИ… – неунимался будильник.
"Как же больно! Все затекло”, – она заснула в одежде прямо в собственном кресле. – “Да заткнись ты! Меня сейчас вырвет!" – с тяжелым ударом будильник замолчал.
"Сколько времени?" – Талиса бросила быстрый взгляд на часы. – "Черт! Так он уже час звонит?! Мы подлетаем к Вериси!".
**************
При виде этой мешанины из сгустков аметистового цвета всегда захватывает дух. Пролетай ты сквозь нее хоть в первый, хоть в сотый раз, душа уйдет в пятки. В груди начинает бешено колотиться сердце. Ребра ломит от глубочайших вздохов, все равно бессильных в борьбе с чувством удушья.
Некоторые говорят, что, проходя сквозь Нее, они слышали голоса давно умерших близких, зовущих их вдаль. Другие, наивно дремавшие в это время в собственных каютах, пробуждались с душераздирающими криками от невыносимых кошмаров или вовсе засыпали навсегда.
Среди экипажей кораблей давно устаканились тысячи примет разной степени бредовости. Самой популярной из них была уверенность, что, проходя сквозь Нее, нужно всегда в одежде иметь хоть что-то фиолетовое. Как знак уважения или подобие его. Чаще всего это были трусы (не очень-то уважительно). Если же этот дресс-код не соблюсти, то корабль будет блуждать в Вериси до скончания Мироздания.
В качестве примера всегда вспоминали флот Кайнара Фериса, решившего лично развеять все суеверия и проложить кратчайший путь к мирам Эрос. Именно он воздвиг базы на Кравире как последний перевалочный пункт перед неизвестной бесконечностью. В назначенное время он собрал флот из сотни крейсеров и отправился прямиком к планете Нимрат по кратчайшему, рассчитанному его лучшими картографами пути. Разумеется, никто не вернулся.
***********
–Как же жжется, – Талиса, не переставая, терла ладонь, глядя в огромной иллюминатор мостика.
– Что за шрам? – любезно поинтересовался Инсай.
– Молния ударила.
– В тебя!? – удивился тиран.
– В мою мать, а я опрометчиво держала ее за руку.
– А. Ясно, – никаких соболезнований. В духе Инсая. – Как же это завораживает… Все эти нити, сгустки.... Извиваются. Будто живая тварь…
– Баба с пятым размером завораживает, а эта хрень… – синебородый капитан внезапно прервался и уставился в аметистовое полотно. Но затем резко отдернул взгляд и продолжил:
– Геморрой это и все… Плод фантазии бездельников. Ну что там? Нормально идем?
– Портки на мне чистейший фиолет. Богам я помолился. Мочился только с левой стороны. Значит, все как по маслу. Через полчаса точно узнаем. А если что, то я себе патрончик-то припас… – ответил Аргот, сидящий за множеством мониторов.
– Я тебя сейчас выкину за борт
