Вы можете спастись только если вы католик. Или — вы можете спастись только если вы мусульманин. Или — вы можете спастись только если вы индуист. Стратегия прежняя, фокус тот же самый. Все священники используют один и тот же профессиональный секрет: уничтожать в жизни людей удовольствия, делать их как можно более несчастными, ведь когда они несчастны, они неизбежно падут вам в ноги и попросят вашего совета и наставления.
В удовольствии нет ничего дурного. Даже в физическом удовольствии нет ничего дурного, это божий дар. Если бы Бог был против тела, то он, прежде всего, не дал бы вам тело. Если бы Бог был против секса, то он не дал бы вам сексуальную энергию, половое влечение и страстное желание. Если все это дано вам природой, значит, это естественно. Да, одно точно: не цепляйтесь все время за физическое удовольствие только потому, что в вас есть более высокие возможности, более значительный потенциал.
Итак, я говорю, что физическое удовольствие прекрасно само по себе, но это не цель жизни. У вас могут быть психологические удовольствия, такие удовольствия называются счастьем. Вы слушаете прекрасную музыку Бетховена, Моцарта, Рави Шанкара или Мильтона, вы слушаете природу, то есть птиц, ветер, шелестящий в листьях деревьев, вы смотрите на танец солнечных бликов на листьях или на прекрасные картины, великие скульптуры, архитектуру зданий — это удовольствия ума.
И даже удовольствия ума — это не цель. Есть еще и радости духа. Медитация, безмолвие, молитва — это радости медитации, радости души. И есть еще высшее, турийя, четвертый уровень — вы выходите даже за пределы самих себя. Именно это Будда называет достижением нуля, ничто. Вы просто есть, без всякой мысли о «я». Это невыразимо. Это называется блаженством.
Существуют четыре уровня: удовольствие, счастье, радость, блаженство. Чем выше вы идете, тем богаче вы становитесь. Но помните о том, что высшее содержит в себе низшее. Высшее, четвертый уровень, становится собой только потому, что он содержит в себе все три уровня. Он не против трех уровней, поскольку это его фундамент, основание, лестница. Высшее содержит в себе низшее, но низшее не содержит в себе высшее. Стоит это понять, и низшее уже хорошо в своем нынешнем качестве, хотя оно и не уводит вас далеко.
Итак, продвигайтесь так далеко, как это только возможно. В жизни есть еще кое-что для вас. Исследуйте жизнь! Двигайтесь от тела к уму, от ума к самости, от самости к не-самости, то есть анатте, ничто. Только тогда вы познаете то, что не раскрыть в вашем существе. Это и есть блаженство, распускающийся тысячелепестковый лотос.
И последнее: речи польского Папы выдержаны в мужских шовинистических тонах. Он говорит о мужчинах, испытывающих влечение к женщинам, но не наоборот. О женщинах он вовсе не упомянул, будто они и не стоят упоминания. Никому нет до них дела. Он говорит о мужчинах, о том, что мужчине нельзя желать женщину, но не говорит о женщинах. А как же женщины? О них ничего не нужно говорить. Они не считаются людьми, они вещи, они гораздо ниже мужчин. У них нет никакого будущего, они не принадлежат духовному миру.
Это мужское шовинистическое отношение господствует в мире веками. В Индии так называемые святые постоянно говорят о том, что женщина — это дверь в ад, но они не говорят то же самое о мужчинах. Они все время осуждают женщину, но никогда ничего не говорят о мужчинах. Если женщина сводит с ума мужчину, значит и мужчина сводит с ума женщину.
Но даже ваши святые не настоящие, ведь они мужские шовинистические свиньи! На самом деле, мужчина и женщина — это две стороны одного человечества, и их нужно уважать одинаково. Но все свое прошлое мы осуждали женщину. Это демонстрирует не что иное, как только то, что ваши святые в душе сильно боялись женщин, поэтому они возводили всевозможные препятствия вокруг себя, говоря, что женщина — это дверь в ад. Они пытались убедить себя в том, что женщины состоят только из костей, крови, гноя и слизи. А из чего состоят они? Из золота, серебра и бриллиантов?
Это очень странно! Ни один святой не говорит о том, из чего состоит он, а ведь он рождается от женщины. Он выходит из женского чрева, он берет от женщины всю кровь, кости, гной и слизь, но все равно осуждает женщину. Он действительно боится, он страшится ее сексуальности, он испуган потому, что ему говорят о том, что секс — это грех. И, разумеется, женщина символизирует секс.
Никому нет дела до женщины, до того, каково ей. По сути, женщины совсем не агрессивны в том, что касается сексуальности. Ни одна женщина не насилует мужчину, но только мужчина насилует женщину. Мужская сексуальность агрессивна, а женская сексуальность восприимчива. Женщина может прожить без секса гораздо легче мужчины, поэтому монахини гораздо искреннее монахов, а монахи — это лицемеры. Но бедную женщину постоянно осуждают.
Я хочу изменить всю эту подлую традицию. Женщину будут уважать только тогда, когда будут уважать также и секс, запомните это. Женщину примут только тогда, когда сочтут секс естественным.
Эти попы, эти шанкарачарьи, эти имамы, эти так называемые святые создали отвратительную ситуацию. Все это необходимо разрушить до основания, и нужно возвести новое здание, в котором мужчины и женщины не будут разделены, в котором их больше не будут считать отдельными существами, в котором мужчину и женщину будут считать равными друг другу, потому что они две стороны одного секса, две стороны одной монеты.
Ошо, неужели этот мир душевно болен?
СиддхартхаПо всей видимости, так и есть. По красней мере, в настоящее время мир душевно болен. Человек не рождается больным, но его сводят с ума священники, политики, родители, вся ваша образовательная система, ваша мораль — все навязываемое ему, всякая обусловленность. Вы становитесь душевно нездоровыми.
Человеку не нужно быть душевно нездоровым, но пока что невозможно принять человека в его естественном виде. Мы создаем вокруг него структуру, мы обрезаем его, мы беспрестанно придаем ему некую форму и шаблон, и мы не позволяем ему быть самим собой.
В этом все мое усилие здесь: принять человечество с глубоким уважением, любовью, доверием, чтобы человек мог вновь обрести свое душевное здоровье. Но трудность в том, что человека сводят с ума ваши так называемые доброжелатели. Люди, которые пытаются помочь вам, на самом деле, отравляют вас. Слуги народа, миссионеры, так называемые святые порождают глубокое несчастье. Это самые вредные люди в мире — не намеренно, не сознательно, но таков конечный результат всех их действий. Их сводят с ума другие святые, а потом они сводят с ума вас. Если вы не подчиняетесь им, вы чувствуете вину, а если вы подчиняетесь им, вы становитесь лицемерами. Они не оставляют вам ни единой другой альтернативы, кроме двух: или быть такими же душевно больными, как они, или чувствовать вину. Обе альтернативы нездоровы, больны.
Сиддхартха, наблюдай за жизнью вокруг себя, и ты стопроцентно убедишься в том, что человек действительно душевно нездоров.
Когда семилетний мальчик в первый раз пошел в школу, мама мягко напутствовала его:
— Сынок, все время улыбайся и проводи время весело!
Но когда парень вернулся домой, его лицо было угрюмо.
— Что случилось — спросила мать. — Я думала, что ты в школе будешь все время улыбаться и весело проводить время.
— Мама, ничего не получилось, — ответил сын. — Я пытался постоянно улыбаться, но учительница решила, что я сделал какую-то гадость, и все время строго смотрела на меня!
Никто не хочет, чтобы вы были счастливы. Если вы будете счастливы, все станут подозревать вас: «Ты что-то натворил. Почему у тебя такой счастливый вид?» Если же вы печальны, тогда вас принимают, ведь вы часть толпы. Все печальны, и вы печальны — вот вам и гармония. Но если вы танцуете и веселитесь, значит, вы сумасшедший, безумный. В этом случае вас необходимо поместить в психиатрическую клинику, вас нужно лечить посредством электрического шока или еще какой-то прелести, поскольку как же вы можете быть счастливым? Как вы можете испытывать блаженство? Если все человечество страдает, значит, и вам следует страдать.
Толпа всегда была против людей, которые испытывали блаженство. Они распяли Иисуса, они отравили Сократа, они убили Мансура, а ведь их единственный грех заключался в том, что они пытались обрести блаженство, что они не были частью черни, частью печального, больного общества. Они пытались стать людьми, наделенными индивидуальностью.
Консультант по вопросам брака задал женщине несколько вопросов о ее поведении.
— Сегодня утром вы проснулись с гневом? — спросил он.
— Нет, — ответила женщина, — я дала ему поспать.
Женщина-водитель проехала на красный свет светофора и врезалась в другую машину. Выпрыгнув из машины, она влепила водителю потерпевшего автомобиля пощечину.
