Мэгги уже собиралась попросить его помолчать, но в это мгновение ее внимание сосредоточилось на последнем слева дверном проеме. Ее как будто потянуло к нему. Запах крови тотчас усилился, а перед глазами поплыли черные круги – совсем как в доме, где нашли Холлис. Где-то внутри поднималась волна мрака и жгучей боли. «Почему мне так трудно дышать? – борясь с паникой, подумала Мэгги. – Почему мне кажется, что кто-то большой и тяжелый навалился на меня и душит, душит, душит…» Нет, ничего и никого. Только за спиной стоит кто-то и тянется, тянется к ней костлявыми, скрюченными пальцами, на одном из которых ярко блестит золотой перстень. Он…
Волна мрака захлестнула Мэгги, и она даже не услышала, как зазвонил сотовый телефон Джона.
17
Когда Скотт вошел в конференц-зал, он выглядел усталым и был с ног до головы покрыт пылью, но лицо его сияло торжеством. Кивнув Квентину, сидевшему в одиночестве за столом, он подошел к доске объявлений и прикрепил к ней еще две фотографии молодых женщин, погибших в тысяча девятьсот тридцать четвертом.
– Вот, – сказал он с гордостью. – Выкопал в архиве Северного полицейского участка. Жертвы номер три и шесть, если соблюдать хронологический порядок.
– Но Окулист, похоже, этот порядок не соблюдает. – Квентин отложил в сторону дело, которое листал, и, прищурившись, посмотрел на доску. – Они очень похожи на Саманту Митчелл и Тару Джемисон.
– Да. В тридцать четвертом было шесть жертв, и мы тоже имеем шесть. И пусть меня назовут идиотом, если Окулист не подражатель.
– Похоже, ты прав, – сказал и Энди, входя в комнату следом за ним.
– Но ведь вы говорили, что число погибших в тридцать четвертом может быть больше, – заметил Квентин.
Скотт кивнул.
– Так было написано в книге, которую нашла Джен. Но нам до сих пор так и не удалось обнаружить недостающие дела за тридцать четвертый – тридцать пятый годы. Впрочем, я уже знаю, где искать. В подвале мэрии находится здоровенный ящик со старыми полицейскими досье за разные годы, которые попали туда бог весть каким путем.
– Наверное, это поработали доллары, которые мы, скромные налогоплательщики, внесли в государственную казну в определенный законом срок, – пробормотал Энди. – Я не знаю, помогут ли нам чем-то эти недостающие досье или нет, но искать их надо. Возьми это на себя, Скотти, хорошо?
– Конечно, босс. – Воодушевленный успехом, Скотт лихо козырнул и быстро вышел из комнаты. Энди тяжело опустился в кресло и устало потер лицо обеими руками.
– Я всего на десять лет старше его, а кажется, что на двадцать, – сказал он. – Интересно, почему после тридцати пяти организм начинает уставать в три раза быстрее, чем раньше? Куда деваются силы?
– Никуда не деваются, – ответил Квентин. – Просто после тридцати пяти организм требует более бережного обращения. Например, очень полезно дремать по двадцать минут каждые четыре часа. Действует не хуже чашки крепкого кофе. Даже лучше.
Энди внимательно посмотрел на него.
– И когда ты дремал в последний раз? – осведомился он.
– Я обязательно лягу чуть попозже, – серьезно ответил Квентин. – Просто я до сих пор не нашел того, что искал, и это меня серьезно беспокоит.
– Ты так и не вспомнил, что это могло быть?
– Пока нет, но я уверен – эти сведения где-то здесь. – Он протянул руку и взял со стола новое досье. – Может быть, какая-то фраза, оброненная кем-то из родственников или потерпевших? Или это отчет судебно-медицинской экспертизы? А может быть – фотография с места преступления? – Он тряхнул головой. – Нет, не помню!..
Прежде чем Энди успел ему посочувствовать, мобиль-ник Квентина зазвонил. Когда тот ответил, Энди расслышал чей-то возбужденный бас, похожий на рык медведя в очень маленькой берлоге.
– Квентин? Это ты, Квентин?!
– Да, Джоуи, это я. Я отлично тебя слышу. – Слегка поморщившись, Квентин отодвинул телефон от уха на добрых пять дюймов. – Что стряслось?
– Слушай, Квентин, я подумал, что, может быть, я смогу помочь тебе поймать того сукина сына насильника, которого ищут все копы. Я тут поспрошал ребят, и у меня, кажется, что-то наклевывается.
– Говори.
– Один мой кореш клянется, что примерно месяц тому назад видел припаркованный черный «Кадиллак» – вроде того, какой был у моего папаши, помнишь? Стоял недалеко от дома, где нашли одну из женщин. Он говорит, что с тех пор эта тачка попадалась ему еще несколько раз, в основном по ночам. Сечешь?..
– Очень хорошо, Джоуи, но послушай: не надо так орать, – попытался остановить его Квентин, но куда там!
Голос Джоуи продолжал греметь на весь конференц-зал.
– Он, этот мой приятель, говорит, что видел тот же старый «кадик» совсем рядом с домом, где нашли эту бедняжку Митчелл, врубаешься? Так что это даже очень может быть он, Окулист. Я хочу все проверить, Квент, может быть, я сумею найти для тебя эту тачку…
– Постой, Джоуи! Мы не можем…
– Я перезвоню, как только что-то прояснится, Квентин. И не вибрируй зазря, я буду очень осторожен, клянусь!
– Джоуи! Джоуи! – Квентин медленно опустил руку с телефоном. – Черт! – пробормотал он.
– Это и есть тот источник, который сообщил тебе о Брейди Оливере? – спросил Энди.
– Он самый.
– Ты думаешь, он действительно напал на след?
Квентин поднялся и подошел к большой карте города, висевшей на стене. На ней красными флажками были отмечены места, где Окулист оставлял свои жертвы.
– Джоуи сказал – примерно месяц назад, – проговорил он задумчиво. – Холлис Темплтон нашли почти месяц назад, верно? Вроде бы тот же автомобиль видели возле дома, где был обнаружен труп Саманты Митчелл… – Квентин показал на два флажка, которые находились друг к другу ближе всего. – Судя по масштабу карты, расстояние между этими точками составляет не более трех миль. Да, для Джоуи это действительно почти что рядом. Похоже он действительно напал на что-то серьезное.
Энди поднялся.
– Нужно справиться в Управлении автомобильного транспорта насчет черного «Кадиллака». Интересно, что это может быть за модель? Старый «Кадиллак» – понятие очень широкое.
Продолжая хмуриться, Квентин вернулся к столу.
– Отец Джоуи погиб двадцать пять лет назад. Насколько я помню, у него был «кадик» семьдесят второго года, но на всякий случай придется проверить машины выпуска с семидесятого по семьдесят шестой годы.
– Пожалуй. – Энди слегка поморщился. – Думаю, в городе найдется не слишком много тридцатилетних «Кадиллаков», которые все еще на ходу.
– Будем надеяться.
Энди собрался уйти, но остановился.
– Тебя что-то беспокоит? – спросил он.
Квентин не стал запираться:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
