не сконцентрировался на аспекте, что ты умудрилась сварганить зелье на основе
чужой магии?! Получается, химик не обязан быть демоном, а может просто иметь рогатого в друзьях? Например, он может быть вовсе не демоническим сотрудником токсикологической лаборатории, а коллегу попросить об услуге, не объясняя, зачем и для чего ему нужно залить магией некий контур?
– И сослаться на требования секретности, если вопрос «зачем и для чего» зададут, – продлила мысль дракона Аманда. – Намекаешь, теперь будут следить за всеми моими сотрудниками?
– Для начала мы с ними пообщаемся, – оскалился Вэнрайт и склонился к переговорному устройству: – Заканчивайте балаган, ребята. Пусть парень подольше в камере посидит – авось, чего нового вспомнит. Не сверкайте глазками, мисс Мэнс, срок, на который мы вправе задержать его без предъявления обвинения, ещё не истёк.
Смотря вслед судье Кэмпбеллу, улетевшему с адвокатом в объятиях, Габриэль задумчиво сказал:
– Когда поставленные перед собой задачи стремится реализовать глупец, у него может выйти всё что угодно, независимо от начальных планов. А вот у человека умного поставленные цели обычно неплохо согласуются с конечным итогом.
– Ты к чему ведёшь? – буркнул Вэнрайт, временно принявший подозрительного европейца в узкий круг лиц, пользующихся его доверием. По крайней мере, капитан стал доверять его сообразительности.
– К тому, что о целях умного человека, продумывающего каждый свой шаг, можно однозначно судить только по достигнутым им результатам. К примеру, моя матушка частенько заявляет, что они с отцом ни в коей мере не намерены посягать на моё свободное время и понимают мою постоянную занятость бизнесом. Однако когда я внезапно обнаруживаю себя скучающим на очередном общесемейном собрании или официальном приёме, я прозреваю, что на самом-то деле именно такого использования моего времени матушка и добивалась. В чем, по-твоему, состоят цели преступника, создавшего опасное для Иных зелье, капитан?
– В том, чтобы погубить многих Иных, в первую очередь тех, кто чем-то ему насолил?
– Из Иных пока погиб один феникс, факт смерти вампира ещё не установлен достоверно: мало ли чей прах подложили в его одежду, – возразил Габриэль. – Давайте судить по более ярким и очевидным итогам. Моё предположение – злодей хотел крепко запугать сообщество ИГР, создать у Иных ощущение, что коварная невидимая смерть поджидает их в каждой капле дождя, в каждом луче солнца, во флаконе духов, в чашке налитого из автомата кофе. И у него чертовски хорошо получилось сделать это! А человек, серьёзно напуганный, – это человек легко управляемый.
– Тоже правило из твоего бизнеса? Какой прелюбопытный у тебя бизнес! – с сарказмом ответствовал Вэнрайт, но по сути аргумента возражений не вынес.
Возражений не нашлось и у патологоанатома, с недоумением разглядывающего горстку пепла в свете яркой лампы. Всякое живое существо, даже представитель ИГР, состоит из органических тканей. Когда знатоки Иных рассказывают, что в момент смерти вампира его тело рассыпается прахом, они несколько преувеличивают: на самом деле тело вампира лишь через несколько часов после гибели начинает молниеносно разлагаться, будто время поставили на ускоренную перемотку, и быстро доходит до стадии скелета. Однако в данном конкретном случае ни о каком скелете и речи не шло...
Как известно, при кремации органика выгорает с образованием паров воды и углекислого газа, которые благополучно улетучиваются и в составе праха уже не фигурируют. При обычной кремации органика выгорает не полностью, иногда даже анализ ДНК удаётся сделать по сохранившимся в пепле частичкам, – обратить тело в горсть чисто неорганических остатков довольно трудно. Однако на сей раз к патологоанатому доставили именно их.
– Если убийца впрямь изобрёл зелье, позволяющее сжигать сложные углеводороды настолько дотла, то его перед казнью следует представить к Нобелевской премии. – Такой репликой встретила Кэтрин пришедшего в морг токсиколога. – Уникальный метод сберегающей природу, стопроцентно экологической утилизации! Капнул зелья, на солнце вынес – и всё, одни минеральные удобрения в остатке. Все «зелёные» должны аплодировать ему стоя и провожать в камеру смертников с оркестром.
– Совсем ничего не нашла? – разочарованно протянула Аманда, натягивая перчатки и окутывая прах ведьминскими заклинаниями. Плотно пообедав с Габриэлем в столовой полицейского участка, где все косились на залётного графа, она вернулась к работе в благодушном настроении, твёрдо намеренная мигом разгадать все секреты таинственно погибшего вампира.
– Отчего же, фосфат кальция, как видишь, имеется в значительном количестве, – ехидно обвела рукой останки некромант. – Ещё есть оксиды кальция, немного солей натрия и калия, а всего остального уж совсем чуть-чуть. Что сожгли – сказать не возьмусь, но вариант списанной на утилизацию колбасы меня вполне устраивает.
– Меня тоже, – мрачно согласилась Аманда и поворошила рубашку с брюками, лежащими отдельно. – Каким образом тело так могло сгореть в огне, что осталась совсем не тронутой одежда?
– О, есть мифическая гипотеза, что солнце убило только вампира. На одежду, разумеется, солнечный свет столь пагубно не влияет: у меня никогда не загоралось платье в ясный день, и туфли, не поверишь, тоже ни разу не полыхнули.
– А не мифическая гипотеза звучит коротко: «никак»?
– С тобой неинтересно разговаривать – ты всё наперёд знаешь, – укоризненно покачала пальчиком Кэтрин.
– Кто-то подсыпал золу в одежду вампира и устроил огненное шоу, призванное убедить случайных свидетелей, что тот сгорел от солнца? В итоге мы наблюдаем усиление паники среди Иных, начавшейся из-за возгорания фениксов и драконов. Страх перед изобретениями современной науки зародился среди представителей ИГР после применения людьми ядерного оружия, а теперь его успешно всколыхнули вновь. Жаль, у нас нет доказательств, что этот пепел не является прахом вампира – я тоже отличительных черт в нём не нашла.
– Увы, если довести останки до такого состояния, то вампира не то, что от человека – от кошки не отличишь. Ладно, тут исследовать нечего, давай поболтаем о приятном: чужачка улетела восвояси.
– Боже, есть ли в Атланте хоть один Иной, совершенно не заинтересовавшийся её прилётом? Кажется, меньше всех им заинтересовался Габриэль, – насмешливо прокомментировала Аманда.
– Оптимистичный настрой одобряю, но у нас местных демониц пруд пруди, а глава рода –
