— Не подскажете, товарищ, где Каневская ГЭС? — спросил Иван Иванович.
— Здесь такого нет, — ответил возница и поехал дальше.
— Иван Иванович, кто же так спрашивает, — сказал Вася и крикнул вознице: — А как попасть в столицу?
— Идите по этой дороге, только долго придётся идти, — прокричал возница и хлестанул лошадь.
— Вот видите, Иван Иванович, как нас далеко послали! Язык до Киева доведёт. Найдём столицу – будет и Канев, будет и Каневская ГЭС.
И они потопали в Фаэлию.
***
Розарии Дюмон надоело ждать Перчика в Фаэлии и она решила сбежать из-под присмотра матери и найти Перчика, где бы он ни был. Для этого юное создание сочинила письмо матери от своей тёти из Боро, в котором тётя Ненция слёзно просила свою сестру, маму Розарии, прислать ей племянницу на зиму, сетуя на своё одиночество. Вся сложность заключалась в копировании почерка тёти, а за образец Розария взяла старое её письмо.
Такая уловка, несмотря на её простоту, сработала и через неделю Розария, слушая напутствия матери, садилась в обыкновенную карету, нагруженную всем необходимым и укомплектованную, к тому же, возницей. Розария поцеловала на прощанье маму, чмокнула отца и с тем уехала.
Как только они выехала за городские ворота, она вдохнула воздух свободы и улыбнулась. Хорошо! Падали редкие снежинки, за окошком мелькали поля, рощицы и редкие деревни. Колёса выстукивали дорожную мелодию, и вскоре в этом стуке явно появилась новые аккорды: «Пер-чик, Пер-чик, Пер-чик». Розария развеселилась и подпевала вновь возникшую мелодию с любовью и непонятным томлением в груди.
***
Пойманному динозавру Лайни выделила самый лучший вольер. Слухи о невиданном существе распространились в Боро мгновенно, и перед вольером всегда находилась толпа восхищённых зрителей. Динозавр быстро привык к зрителям, к новой маме, которая кормила его, хорошо спал, и ловко выманивал у зрителей лакомства.
Это зелёное полутораметровое создание протягивало руку сквозь прутья ограждения и ждало, когда кто-нибудь положит в неё орех, сушёные фрукты, лепёшку, в общем, не брезговал ничем. Потом склоняло свою голову в поклоне, чем приводило в восторг зрителей.
Сергей, оторвавшись от работы, пришёл к Лайни, посмотреть её чудо. Увидел и удивился.
— Так это же эораптор, — воскликнул он, увидев динозавра.
— Откуда ты знаешь? — удивилась Лайни.
— Да мы когда с Элайни… — он замолчал, глянув на Лайни, — …с моей Элайни…
— Да ничего Сергей, — подбодрила его Лайни, — я всё понимаю. Давай, чтобы не путаться, тоже зови меня Лайни.
— Когда мы с Элайни оказались на планете динозавров, — продолжил Сергей, — так там эти эорапторы тучей бегали. Я когда-то на Земле этим делом интересовался.
— Понятно, — сказала Лайни, — так я на табличке напишу – эораптор.
Они помолчали, потом Лайни, подсела к Сергею поближе, взяла за руку и тихо спросила:
— Что-то долго они?
— Ага, — сказал, Сергей, — я тоже соскучился.
— Ох, Серёженька, — засмеялась Лайни, обняла и чмокнула его в щеку, — хоть тебя чмокну, вспомню своего. А то ты знаешь, что-то беспокоит меня, а что – не пойму.
— Всё будет хорошо, Элайни…— Сергей, засмеялся и сказал, — а что, Лайни – тоже звучит красиво.
Они обнялись и так постояли немного, вспоминая своих. А потом разошлись по своим делам.
***
Возле штурвала чаще всего стояла Леметрия, иногда давая рулить Парку, а Чери и Фогги добросовестно сидели под навесом на корме, наблюдая за окружающей обстановкой. Иногда. Когда глаза не туманились от поцелуев и что-то видели. Леметрия насчёт их высказалась однозначно:
— Я этим тронутым свою жизнь не доверю, и штурвала не дам.
Парк с этим безусловно согласен, особенно, когда урывал штурвал для себя. Ему, ко всему прочему, Леметрия доверяла намного больше, чем Чери, и с удовольствием отдала бы штурвал, только вот, что самой тогда делать – зариться на счастливчиков, как те целуются. Леметрия вздохнула – когда ещё они с Перчиком встретятся, да и очень смутило её, что Перчик – брат королевы Байли и брат, оказывается, Элайни.
А это для неё ох как меняет дело. Кто она ему и что собой представляет? Так, случайная знакомая, с которой обнимались, целовались – и что? Леметрии даже дурно сделалось.
— Иди, рули, — кивнула она, трущемуся рядом Парку. У того сразу глаза заблестели, как у кота на сметану. То хорошо, что с Парком получилось так замечательно – будет учиться в Академии Маргов. Нужно не забыть, родителям написать, а то они из-за этого шалопая переживать будут. Леметрия присела на лавочку у борта и смотрела на заснеженную равнину внизу. Зима. И на душе прохладно.
— Впереди нас флаэсина, — доложил Парк. Леметрия встрепенулась:
— Где?
— Вон там, — показал пальцем Парк.
— Ничего не вижу, — прикрывая рукой глаза, сказала Леметрия.
— Да ты ниже смотри!
— А-а-а! Ага, вижу! — Леметрия увидела далёкую точку на горизонте.
— Не догоним, — с сожалением сказала она.
— Догоним, я за ней давно наблюдаю, — уверенно сказал Парк, — она увеличивается.
— А что же ты мне раньше не сказал?
— Да ты слепая, — констатировал Парк, — ты бы её не увидела.
— Сейчас штурвал заберу, — улыбнулась Леметрия. Парк тоже улыбался на всё лицо – он знал, когда можно шутить с сестрой. Леметрия подумала, что может эта флаэсина фреи Арис и Манк Криона, тогда они выполнят приказ, и можно будет вернуться и доложить Байли, а заодно увидеть Перчика.
Хоть одним глазком. Хоть бы в пол глаза. Так бы взяла и задушила его, или зацеловала. Леметрия так погрузилась в свои будущие планы, что скоро тоже, как Чери и Фогги, смотрела вокруг своими большими карими глазами и ничего не видела. А Парк наблюдал и вскоре с уверенностью сообщил:
— Это флаэсина дяди Манка и тёти Арис.
Так и оказалось, Леметрия сама, присмотревшись, узнала. Только вот двигалась она довольно странно, как брошенный на воду листок, плывущий по течению. Когда подошли поближе, то рассмотрели, что на палубе никого нет. Что-то там случилось!
— Стань за штурвал, я на их палубу переберусь, посмотрю, — сказал Парк.
— Парк, будь осторожен, — сказала Леметрия, и легонько причалила к соседней флаэсине. Стояла тревожная тишина. Парк ловко перепрыгнул на другой борт.
— Леметрия, что там? — проснулась Чери. Леметрия пригрозила ей пальцем, заставив молчать. Парк обошёл все кругом – никого. Заглянул в каюту возле рулевой рубки:
— Ау, тут кто есть!
Из дверей выскочили голые и растерянные фрея Арис и Манк Крион.
— Парк, не смотри! — закричала Леметрия.
