Неизвестно, чем бы это могло закончиться для Ники, но тут подоспела вменяемая прислужница и с немалым трудом оттащила сумасшедшую от Ники.
- Прекрати сейчас же, Наталья, отпусти женщину! Совсем ты ума решилась, у храма драку затеяла, где ж это видано, позорище! - причитала она, пытаясь утихомирить юродивую.
Неожиданно сумасшедшая ее послушалась, хотя и не успокоилась, - бормотала неразборчиво свои ругательства, оборачивалась на Нику и зыркала на нее злыми маленькими глазами, пока не скрылась за углом часовенки.
Ника без сил опустилась на крыльцо и прислонилась к бревенчатой стене. Сегодня все глумятся над ней - и злобный батюшка, и ненормальная прислужница! За что? Что она сделала плохого? Миллионы людей ходят в церковь раз в год и считают себя православными, вот Надежда Васильевна, например! И никто их не оскорбляет, когда они хотят окрестить ребенка или отпеть покойника. Она всего лишь просит освятить дом - что в этом странного или оскорбительного для веры?
Ника не сразу заметила, как кто-то ласково гладит ее по плечу. Подняв глаза, она увидела старшую из женщин - та присела рядом и виновато улыбалась Нике. Видимо, она чувствовала себя неловко и, как могла, хотела загладить выходку товарки.
- Попробуйте не сердиться на Наталью. Я вижу, несчастье у вас какое-то, а тут еще она со своими выдумками… А у вас где дом-то, я что-то вас ни разу в поселке не видела, или вы недавно приехали?
- Да у меня дом не в поселке, а дальше, по дороге на Кривицы, или как они там называются… Где дорога вдоль реки идет, коттеджный поселок строится. «Лунная Долина» называется, слышали, наверное? - уточнять, кто затеял строительство, Ника не стала. И правильно сделала, так как собеседница посмотрела на нее чуть не с ужасом и даже, как показалось Нике, отодвинулась в сторону. Заметив это, Ника замолчала и вопросительно уставилась на нее, ожидая объяснений.
- Так вы оттуда? - ахнула она.
Ника не отвечала, продолжая выжидающе смотреть.
- Ой, милая, плохое место выбрала дом-то строить, ой плохое! У нас и детишек туда не пускали спокон веку, еще я девочкой была, мне мать строго-настрого запрещала в том месте появляться. Нет, не будет там жизни, уезжать вам надо, пока беды какой не приключилось. И девочки давешние, которые вчера с вами приезжали, тоже там живут? Вот беда какая, как же вас так угораздило-то?
Похоже, Долина хорошо известна в поселке, и слава эта недобрая.
- И что такого плохого в этом месте, объясните вы мне? Все твердят - плохое место, а толком никто ничего сказать не может!
- А то и плохо, что никто жить там не может. И никогда никто там не жил. Рассказывают, еще до революции монастырь там хотели построить. Целый год пытались строиться, но ничего не вышло. Мор среди монахов пошел, кто от болезней умер, кто убился, кто утонул - почти никого в живых не осталось. Тогда и прокляли это место и жить там людям заказали.
- Интересно это все, конечно, только на сказку похоже больше, чем на правду, - вздохнула Ника.
- Сказки это или не сказки, а что жить там нельзя - это точно. Монастырь строили - истинная правда, никакого вранья. Все в поселке об этом знают. И вот что я вам скажу: отец Артемий - батюшка молодой, силы свои хотел попробовать, крепость веры проверить. А старый батюшка правильно вам отказал. Уезжать оттуда надо, а не дом святить. Потому как нельзя христианским душам там жить, и все тут. А почему - этого я не знаю, да и знать не хочу. А вам советую: уезжайте, пока не поздно, и доченек своих увозите.
Ника ничего не ответила и отвернулась. Все твердят ей одно и то же, как будто сговорились!
- Да не могу я уехать! Некуда мне ехать! - неожиданно вскрикнула она. - Никто не понимает, никто не хочет помочь!
Женщина снова погладила ее по плечу и сочувственно покачала головой. Ника поднялась, вытирая слезы, и собралась идти к машине, но все же обернулась, чтобы поблагодарить добрую женщину, и увидела, что женщина хочет сказать ей что-то, но не решается. Помедлив минуту, она все же подошла к Нике и, привстав на цыпочки, быстро прошептала ей в самое ухо:
- Вы вот что, коли мне не верите, так у старухи Бутовой спросите. Если она не знает, то и никто не знает. Она гадалка, ей чуть не сто лет уже, и кому и знать-то как не ей! Беру грех на душу, к ворожее вас посылая, но ведь если что с вами или с девочками случится, грех еще больший выйдет! Живет она в самом последнем доме по улице Лесной, номера на доме нет. Потому что этот дом вроде как нежилым считается и ни к какой улице не относится. Как Лесная кончается, дорога сужается и начинается будто тропа, по ней и идите, пока на поляну не выйдете. На машине не проехать вам будет, сразу говорю, так что пешком идите. Утром не ходите, дверь не откроет, вечером идите. И денег не берите с собой, ни в коем случае, ведуньи деньгами не берут, но одарить бабку надо. Уж сами придумайте чем: продуктов, ткани какой купите. С пустыми руками к ней никак нельзя, еще сглазит, не приведи Господи! А теперь пойду я, да и вы поезжайте себе с Богом!
Сказав это, женщина быстро удалилась, как будто испугавшись своего совета, и оставила Нику в полнейшем недоумении.
Ника села в машину, скинула ненавистный платок, из-под которого во все стороны торчали растрепанные волосы, и привела себя в порядок. Местные священники, оказывается, суеверны, словно неграмотные старухи. Нет, она не пойдет к ворожее, или как там ее… Она сделает все как задумала, недаром нечисть сидела тихо, ожидая появления отца Артемия!
Алексей, как ни странно, воспринял ее просьбу прислать батюшку очень спокойно и одобрительно и пообещал перезвонить, когда сможет об этом договориться. Узнав, что она не дома, он очень расстроился: оказывается, ремонтная бригада давно выехала и должна была уже час как прибыть на место. Времени у них в обрез: завтра утром приезжает Петухов, надо хотя бы создать видимость того, что со столовой все в порядке. Вдруг он захочет осмотреть дом? Две запертые комнаты - это слишком подозрительно. Про спальню всегда можно сказать, что там не прибрано; в конце концов, это не то место, куда следует заглядывать посторонним. Но про столовую этого не скажешь, и ремонтники будут работать до утра. Ника покачала головой, но решила, что толпа мужчин в доме избавит ее на эту ночь от кошмаров и видений.
На следующее утро, часов в двенадцать, Илье позвонил Кольцов.
- Илюха, у Залесского есть покупатель на дом, он хочет тебя видеть.
- Залесский или покупатель? - хмуро спросил Илья.
- Какая разница?
- Так пусть придет и посмотрит, - Илья зевнул.
- Слушай, не выделывайся. Иди, они оба на срубе.
- Ты знаешь, как я разговаривал с Залесским в последний раз?
- Не знаю и знать не хочу. Илюха, он до продажи дома нам всех денег не выплатит. Иди, сказал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
