Пол кивнул в сторону телефона.
— Позвони ей, — посоветовал он. — Если она была так расстроена, возможно, потребует, чтобы ты немедленно приехала.
При виде глаз Слоан, загоревшихся надеждой, руки, робко потянувшейся к трубке, у Пола непривычно: сжалось сердце. Кажется, он тоже сейчас разревется! И не только из-за Слоан. Ему становится плохо при мысли о том, что настоящая убийца — именно Парис.
Разговор получился на удивление коротким, и Пол сразу понял, что все кончено.
— Гэри Дишлер, — мертвенно-спокойным голосом выговорила Слоан, — передал мне, что Парис и Картер не желают больше видеть меня. Он выставил на крыльцо наши вещи, и если мы в течение часа не приедем за ними, утром они окажутся в мусорной машине.
— Сейчас съезжу, — пообещал Пол, испытывая острое желание свернуть тонкую аристократическую шею старшей сестренке Слоан.
Девушка кивнула и снова потянулась к телефону.
— Позвоню маме и Саре. Они, наверное, с ума сходят от тревоги.
Департамент полиции, очевидно, бдительно охранял собственность Рейнолдсов: перед домом были припаркованы две патрульные машины, хотя охранников нигде не было видно. Впрочем, как и репортеров. Хвала Господу и за малые милости!
Связавшись с Дишлером по переговорному устройству, Пол въехал в ворота, захватил сумки и сложил их в машину. И лишь потом поднялся на крыльцо и позвонил. На пороге возник Дишлер.
— Как я уже сказал, — едва шевеля губами, процедил он, — ни вы, ни мисс Рейнолдс здесь больше не живете.
Он попытался было захлопнуть дверь, но Пол успел схватить его за шиворот и помахать удостоверением. Дишлер, разумеется, прекрасно осведомлен, где он служит, но нужно соблюдать все формальности, прежде чем приступить к делу.
— Ну а теперь, — прорычал он, — немедленно позовите Парис Рейнолдс.
— ФБР не имеет никакого права здесь шарить.
— В этом доме было совершено преступление, затронувшее честь временного сотрудника ФБР. Ну как, ссади поползете на четвереньках за Парис или дождетесь, пока я схожу к машине, позвоню и через час здесь будет твориться то же, что на яхтах Мейтленда?
— Стойте здесь, — негодующе фыркнул Дишлер и удалился, старательно прикрыв за собой дверь. Вскоре на крыльце появилась Парис в халате из светлой парчи. Холодное, замкнутое, словно прекрасная маска, лицо, гордо поднятая голова.
— Неужели вам мало того, что вы здесь натворили? — надменно бросила она.
Но Пол невозмутимо вручил ей карточку с номером своего сотового телефона.
— Позвоните, если наконец соберетесь сказать правду.
— Правду? Какую еще правду?
Полные губы скривились в презрительной усмешке.
— Почему вам так срочно потребовалось убрать свою прабабку?
Второй раз за эту ночь Пола застала врасплох женщина. Влепив ему внушительную пощечину, так что треск пошел по всему саду, Парис повернулась и хлопнула дверью перед самым носом ошеломленного агента.
Глава 45
— Может, попробуешь повидаться с Мейтлендом перед возвращением в Белл-Харбор? — нерешительно спросил Пол на следующее утро. Девушка так побледнела и осунулась за ночь, что, казалось, вот-вот лишится чувств. Похоже, у нее даже нет сил злиться на него!
Слоан положила косметичку в дорожную сумку и застегнула молнию.
— Да, но ни к чему хорошему это не приведет, — пробормотала она, не глядя на него. Она вообще старалась не смотреть в его сторону.
— Тебе станет легче, если я признаюсь, что чувствую себя препаршиво?
— Мне совершенно все равно, как ты себя чувствуешь и чувствуешь ли вообще.
Пол до сих пор не мог понять, почему у него так скверно на душе. Собственно говоря, неудивительно: она доверилась ему, честно выполнила задание, и он на самом деле симпатизировал девушке.
— Ладно, тогда хочешь знать, почему я вцепился в Картера и что привело меня сюда?
— С чего бы вдруг такое доверие?
— Просто хочу, чтобы все было ясно между нами. Слоан быстро вскинула голову, но тут же пожала плечами и отвела глаза. Пол сжал ее руку и вынудил сесть на кровать, а сам придвинул стул.
— Нам сообщили, что Картер отмывает деньги для южноамериканского наркокартеля, который переводит наличные в банк и фонд Рейнолдсов. Потом огромные суммы распыляются по счетам мелких вымышленных компаний, минуя, разумеется, налоговое управление, а затем снова переводятся в оффшорные банки картеля, где превращаются в чистые, законные денежки.
Девушка горько усмехнулась.
— Ты ничего не знаешь наверняка, — с неожиданной проницательностью заметила она. — Только предполагаешь, иначе давно добился бы ордера на обыск.
— Наш осведомитель по странной случайности погиб именно в тот день, когда должен был представить нам улики. Ты, надеюсь, знаешь, что такое картель. Там не шутят. Они куда умнее своих преследователей, и на их стороне лучшие адвокаты из престижных фирм, не говоря уже о продажных политиках вроде сенатора Мида. Я очень хочу прищучить Картера, но еще больше — обнаружить его связи с картелем.
— Но какое отношение все это имеет к Ною?
— Мейтленд — самый крупный вкладчик банка Рейнолдсов, на его счетах миллионы. Кроме того, он владеет роскошными яхтами, которые время от времени отправляются к берегам Центральной и Южной Америки…
— Как и суда компании «Холланд Америка», — вставила Слоан.
Но Пол пропустил мимо ушей саркастическое замечание и продолжил:
— В этих портах у Мейтленда немало весьма сомнительных деловых партнеров.
— Известных преступников, конечно, — съязвила Слоан.
— Нет, но не будем спорить. Вернемся к делу. Кому-то нужно переправлять наличные картеля в Штаты, а оттуда в банк Рейнолдсов. Думаю, эти функции возложены па Мейтленда. Кроме того, я считаю, он замешан в торговле наркотиками.
Слоан едва заметно кивнула и, поднявшись, подхватила сумки.
— Ты, разумеется, этому не веришь, — вздохнул Пол.
— Насчет Ноя — все ложь. Что же касается Картера… не знаю. Кстати, я была освобождена по твоему требованию. Но обвинения не сняты. Буду крайне благодарна, если ты все уладишь.
Пол поднялся, беспомощно глядя вслед девушке. Спокойное, не показное достоинство, благородство, моральные принципы… Редкая драгоценность. И ей настолько неприятно его видеть, что он искренне казался себе одним из подонков, о которых только что ей рассказывал.
— До свидания, — вежливо попрощалась она, обернувшись.
Пол, промолчав, едва заметно наклонил голову. Да и что он мог сказать?
Глава 46
Главная беда заключалась в том, что поместья в Палм-Бич, включая то, что принадлежало Ною, имели ворота с дистанционным управлением, проникнуть через которые посторонним не было никакой возможности.
