«Ладно, — решил Макаров, — после разберемся. Забирай!»
Вокруг Ями Хилла зажегся полукруг телепорта, и невидимые руки утащили незадачливого генерала в темноту. Макаров огляделся по сторонам, прикидывая, стоит ли тратить время на коллекцию произведений искусства.
Раздался жуткий вой, и комната тут же наполнилась густым желтым дымом.
«Беги! — услышал Макаров истошный вопль своего корабля. — Фиксатор!»
Макаров сделал шаг и почувствовал, что дым на самом деле не дым, а желе. Следующий шаг дался Макарову еще труднее, а на третьем он почувствовал, что рвет в клочья какую-то чертовски прочную материю.
«Эй, эй, — скомандовал он кораблю. — Телепортируй меня отсюда!»
«Есть», — ответил корабль.
Макаров стряхнул с рукава кусок желтого дыма, который преспокойно повис в воздухе, и перевел дух.
— А теперь, — сказал он, — убираемся куда подальше! И немедленно!
Вспыхнуло белое пламя, жар обволок тело. Макаров поморщился и вдруг услышал утробный стон.
Повернувшись на звук, он увидел, как Ями Хилл двумя щупальцами поднимает свою большую голову. Глаза спрута смотрели в разные стороны, но двигались по направлению друг к другу, явно пытаясь сфокусироваться на Макарове.
— Где-е? Кто-о? — перевел корабль нечленораздельное мычание Хилла.
— Вы — Ями Хилл, — сообщил спруту Макаров.
— Я-то Хилл, — ответил спрут и громко икнул. — А вот ты кто?
— Агент Мак Ар, — представился Макаров. — Вот сообщение от Дона Спира, — он протянул спруту прозрачный диск. — Посмотрите!
Ями Хилл вздрогнул и попытался подобрать под себя хотя бы одно нижнее щупальце. Прицелился, потянулся за диском и обхватил его со всех сторон, сложив щупальце в громадный кулак.
Из-под разбухших присосок выбился красноватый свет. Спрут подтащил добычу к себе и засунул клюв внутрь, поближе к диску.
— А-а, — прогудел он минуту спустя. — Значит, Дон сдержал обещание. Где мы?
— На корабле «Рифей», еще час назад принадлежавшем Звездной России, — ответил Макаров. — Дрейфуем в межгалактическом пространстве.
Ями Хилл наконец разобрался с нижними щупальцами и занял полусидячее положение.
— Значит, ты меня прямо из дома вытащил, — сказал он, уставившись на Макарова, словно впервые его увидел. — Как броню-то прошел?
— А никак, — пожал плечами Макаров. — Я прямо внутрь прыгнул.
— А не врешь? — Ями Хилл нервно сплел два нижних щупальца.
— Могу повторить, — сухо сказал Макаров.
— Не надо! — тут же ответил Хилл. — Нам нужно торопиться.
— Торопиться? — удивился Макаров. — Куда?!
— За следующим заложником, — ответил Хилл. Он помахал щупальцем с зажатым в нем диском. — Дон попросил меня подобрать варианты. Сколько сейчас времени?
— Двадцать семь десять, — прочитал Макаров с экрана. — Восемнадцатый день второго месанта пятьдесят две тысячи шестьсот двадцать седьмого сеза.
— Двадцать семь десять, — повторил Хилл. — А Конгресс открывается в тридцать-ноль-ноль… Нормально, успеваем.
— Куда успеваем? — спросил вконец запутавшийся Макаров. — Зачем нам Конгресс?
— Конгресс нам не нужен, — щелкнул клювом генерал Хилл. — Нам нужен политический деятель с максимальным соотношением «значимость/защищенность». К счастью, незадолго до твоего визита я просмотрел галактические новости и теперь точно знаю, кого мы должны захватить.
— Кого? — спросил Макаров. — На Конгрессе, насколько я понимаю, соберется целая уйма народу…
— Нам нужен только один эрэс, — уверенно заявил Ями Хилл. — Звездный Пророк!
Глава 16. Дележ добычи
Встречу на сегодня я назначил многим
И не собираюсь прекращать прием.
М. Щербаков
1.
Артем Калашников прикрыл глаза и печально вздохнул. Наркотик бадарамхазской пиявки окончательно выветрился из головы, оставив после себя путаницу в мыслях и смутное ощущение тревоги. Если я сейчас что-нибудь скажу, понял Калашников, я наверняка скажу что-то не то. Лучше уж помолчать.
Интересно, а если бы я был настоящим Звездным Пророком, что бы я сейчас сделал? Что больше пошло бы на пользу Галактике — моя позорная смерть или же не менее позорное отречение? Наверное, все-таки смерть; после отречения я стал бы слишком сговорчив и навряд ли сумел бы противостоять лоимарейской дисциплине. В таком случае, мне нужно поднять голову и гордо заявить о своем отказе? Или же молчать, как партизан, все шесть отпущенных дней?
При мысли о том, чтобы просидеть шесть дней привязанным к креслу, Калашникова бросило в дрожь. Нет уж, решил он. Зря я, что ли, в крематории тренировался?! Пора помирать!
Калашников открыл глаза и улыбнулся.
— У меня есть встречное предложение, — сказал он. — Вы меня отвяжете и отвезете обратно в гостиницу. А я, так и быть, посоветуюсь со своими чадами относительно возможного сотрудничества с Лоимарейской Империей.
Калашников закрыл рот, потом демонстративно зевнул и с любопытством посмотрел на Подметальщика Улья. Интересно, как именно он будет меня убивать? Опять мечом, или придумает что-нибудь позабавнее?
Узкий рот лоимарейца сложился пополам, придав его нечеловеческому лицу ужасно огорченный вид.
— Ройон, — вырвалось из прямоугольного рта мучительное жужжание. — Ройон!
«Человек, не имеющий никаких представлений о чести», — на этот раз очень точно перевел лирк. Калашников молча кивнул: именно что никаких.
Подметальщик Улья поднес правую руку к плечу и резко махнул ею в сторону. В тот же миг четверо других лоимарейцев оказались возле Калашникова, схватили его вместе с креслом и подбросили в воздух. Калашников почувствовал, как вокруг него сомкнулись невидимые захваты; кресло повисло в воздухе, поддерживаемое портативным транспортным антигравом.
— Уходим, — перевел лирк последний приказ Подметальщика Улья.
Ну вот, подумал Калашников. Опять не убили. Если дальше так пойдет, то я из этой передряги еще и живым выберусь!
Четверо лоимарейцев толкнули кресло к выходу, и Калашников поплыл к месту своего следующего заключения. В подземелье вспыхнул яркий свет — должно быть, лоимарейцы решили прибрать валявшиеся повсюду изрубленные трупы.
— Не стоит вам так выходить наружу, господин Урраджури, — произнес высокий человек, появившийся в темном дверном проеме. — Похищение эрэса на глазах у всей Галактики — это не просто преступление, это потеря лица!
Еще один, подумал Калашников, расплываясь в улыбке. Ну-ка, ну-ка!
«Гаррун Урраджури, — бесстрастно сообщил лирк, — это садовник генерального консульства Лоимареи в Бадарамхаз-Карамхе».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
