Затем мальчик возвращался к трактиру с множеством новых клиентов из числа встреченных им прохожих.
Поздним вечером он пел и танцевал в трактире с обезьянкой Пикколо, позвякивая тамбурином.
Анжелика перераспределила обязанности. Мэтра Буржю, к которому вернулась его былая жизнерадостность, она отправила в общий зал, где по достоинству ценили его обширные кулинарные познания. Ее убедительные речи примирили ротисье со всеми «новшествами».
Он чувствовал себя увереннее в присутствии Одиже, который сам взялся за роль помощника. Анжелика не возражала. Она знала, что представления дворецкого о том, чем должна заниматься женщина, разделяет ее «дядя», и в то же время в присутствии Одиже хозяин трактира скорее соглашался с нововведениями своей «племянницы».
Сама хозяйка надолго исчезала в недрах кухни, где она, как все знали, собственноручно добавляла в блюда особые приправы, те самые тайные ингредиенты, секреты которых «гурманы» мечтали вырвать у нее во славу своих дней и своих «академий».
Ложка меда в коричневый соус, измельченный лук-шалот с жирным козьим сыром… Говорят, эти желтые репки с изысканным вкусом, которые подают к жареному мясу, отварены в крепкой грушовке. Добавляя последний штрих, Анжелика с улыбкой прислушивалась к шуму в зале.
И вот наступал час, когда она присоединялась к гостям.
Молодая женщина появлялась в маске. Она переходила от одного столика к другому, приветствовала знакомых, знакомилась с новыми клиентами и всех одаривала улыбкой.
Зал был переполнен. Слухи о трактире передавались из уст в уста. Где-то в Париже… дегустируют вина… новые блюда для гурманов… и… самое удивительное: у хозяйки таверны тонкий ум, прекрасная фигура, ее волосы можно увидеть лишь мельком, но это блондинка. Что скрывает красная маска?
Многих терзали сомнения, многие умирали от любопытства, многие заключали пари. Порой, снисходя до просьб, Анжелика снимала маску и со своего высокого помоста дарила улыбку дорогим гостям. Такой сюрприз вызывал восхищение и радостное потрясение у тех, кто видел молодую женщину впервые. Они были счастливы узнать, кто скрывается за знаменитой маской. Некоторые из мужчин на коленях признавались, что их изумлению и восторгам нет предела; коленопреклоненные поэты посвящали даме стихи.
«Никогда свет не видел женщины прекрасней…»
Анжелика радовалась, что ее облик не разочаровывал посетителей. Природа и отменное здоровье не только сохранили ее прелесть, но напротив, она еще больше расцвела. Бывшая госпожа де Пейрак недолго влачила жалкое существование. И если она еще злилась на свои руки, испорченные стряпней, зато цвет кожи не пострадал от жара печей. Но она тотчас забывала о руках, погружаясь в ставшую для нее привычной атмосферу всеобщего преклонения, неизменно возникавшую при ее появлении.
Защищенная красной маской, Анжелика чувствовала себя неуязвимой.
Легкость, с которой золото наполняло кошельки, принадлежащие мэтру Буржю и Анжелике, порой начинала казаться молодой женщине несоразмерной тем усилиям, которые они прилагали, чтобы превратить свое заведение в арену веселого праздника. В самом деле, все давалось им с легкостью.
Мысленно сравнивая тяжелый дебют в «Храбром петухе» с нынешним положением, Анжелика приходила к выводу, что за несколько месяцев ей удалось достичь поставленной цели и что отныне она свободна и находится вне опасности.
Те, кого она именовала своей «командой» или «общиной», были преданными, глубоко уважали, а некоторые — страстно любили свою хозяйку. Между тем посетители выказывали ей — возможно, излишне шумно, но искренне — восхищение и даже поклонение. Эти чувства, витавшие вокруг нее, как фимиам вокруг кадильниц, придавали Анжелике новых сил. И каждый вечер, в означенный час, она превращалась в божество, окруженное пестрой публикой, пришедшей насладиться отменными винами и прекрасным мясом. Причем именно она всех объединила и собрала здесь. Будущее больше не представлялось ей огромной стеной страха. Она преодолела последние препятствия, и скоро к ней вернется жизнь, для которой она предназначена. Наступит долгожданный день, когда она окажется там, где ее ждут роскошь и великолепие.
На своем небольшом возвышении Анжелика испытывала моменты искренней, ничем не омраченной радости просто оттого, что она жива.
Тем ужаснее оказалось происшествие, которое потрясло молодую женщину и едва не сломало ее, как соломинку.
Глава 20
Для трактира «Красная маска» это был счастливый вечер. Один из тех вечеров, когда, безмятежная под прикрытием своей необыкновенной маски, Анжелика могла со своего возвышения созерцать происходящее, оставаясь недоступной для любопытных глаз.
А для тех, кто трудился, спеша накрыть на стол, повернуть вертел над огнем или помешать суп в кастрюльке, да и тех, кто только что вошел в трактир — будь то завсегдатаи или новые клиенты, которые лишь понаслышке знали о царившей здесь удивительной обстановке, — было достаточно видеть, что в зале находится ОНА. Величавая, внимательная, знавшая всех посетителей в лицо, таинственная, волнующая незнакомка в маске, как однажды ей сказал пылкий поклонник, очарованный блеском ее красоты.
Каждый из присутствующих находил здесь, что хотел, все, что обещали рассказы о новом трактире на улице Валле-де-Мизер: изобилие деликатесов, чудесные вина, но прежде всего — тайну, окутывавшую хозяйку в блестящей красной накидке. Иногда в жаркой духоте, в тумане голубого табачного дыма и душистых парах, под той накидкой угадывались очертания плеча, которые помогали вообразить весь облик незнакомки…
В начале вечера Анжелика главным образом следила за проворностью и прилежанием слуг, за их готовностью угодить гостям, усевшимся за столики в надежде отлично провести вечер.
Флипо отвечал за жарку мяса. Он внимательно следил за приготовлением цыплят, гусей и каплунов, вовремя поворачивая вертел. Анжелика издалека наблюдала за Давидом, который с невероятной быстротой и ловкостью готовил по особому рецепту куропаток и перепелов: это блюдо пользовалось неизменным успехом, тем более что его было не найти в других заведениях.
Вооруженный длинной иглой, обязательным инструментом в руках профессионала, он сшивал начиненные фаршем тушки, причем уже один аромат приправ вызывал одобрение и восторг в рядах «гурманов».
Целая компания собиралась отведать сегодня это блюдо.
Давиду помогала небольшая, но ловкая команда; несколько парней и девушек ощипывали птицу, и работа спорилась.
