Упомянула ли она в своем объявлении на сайте знакомств в качестве черт характера сострадание и готовность делиться? Или его привлекли ее пляжные фотографии – в бикини и с россыпью веснушек на плечах? Соврал ли он по поводу привычки курить, сообщил ли о своем знаке зодиака? Интересно, почему они решили встретиться, что именно в конце концов подтолкнуло их пообедать вместе? Что-то между ними явно было. Может, вспышка молнии? Нет, я думаю, дело было не только в этом.
Если верить Психотерапевту-по-телефону, всех нас тянет друг к другу на подсознательном уровне. Это больше, чем просто притяжение. Нас привлекает именно тот, кто соответствует нашим вкусам, кто создаст нам безопасную среду обитания, где мы сможем заняться, чем хотим. Я задумалась: а чем меня притягивает Стивен?
Он, несомненно, причинял мне массу неудобств. По большей части он не мешал мне идти своим путем, но заставлял добиваться своего. Он говорил мне, когда я вела себя глупо или была несправедлива. Мы часто спорили, а потом начинали дразнить друг друга. (Позже я узнаю, что это будет заканчиваться сексом. Этакая словесная прелюдия.) Впрочем, нас объединяло нечто большее: удачный момент знакомства. Я как раз научилась ценить себя, верить в себя, и мне не требовался для этого мужчина, который постоянно рассыпался в комплиментах. И поэтому я видела в Стивене самого Стивена, а не то, насколько я ему нравлюсь. Я больше не нуждалась в поддержке, я хотела просто быть рядом с ним.
Мне больше не был нужен обаятельный еврейский врач, выпускник дорогого университета, похожий на Джорджа Клуни. Подобные черты ищут в мужчине те, кто пока не обрел самодостаточность. А Стивен мне ровня, он – мой лучший друг, и я нравлюсь ему больше всего в те моменты, когда, к примеру, бросаю его в баре, чтобы догнать и сфотографировать незнакомца. Впервые за долгое время рядом со мной появился человек, которого хотелось сделать счастливым. И я стремилась сама стать как можно лучше – и для себя, и для него. А это предполагает работу над собой: необходимость обнажить кровоточащие раны и обрести исцеление.
Мой телефон запиликал: пришло сообщение. Даже не взглянув на дисплей, я была уверена, что это Стивен. Но, приглядевшись, я поняла, что это от Александры: «Мы с Далей и Шелли сидим в «Пастис», развлекусики-напивусики. Зрелище – блеск! Ползи сюда, красотка». Раньше я бы обрадовалась шансу выбраться в люди и поразвлечься, но сейчас решила остаться. Мне по-прежнему нравятся мои подруги, но теперь я разбавляю дружеские встречи одиночеством. Раньше, сидя в одиночестве в «Компасе» и любуясь парочкой за соседним столиком, я бы, наверное, в конце концов разрыдалась. Я бы перелистала свой дневник, заново изучила свой «жизненный план» и запаниковала бы из-за того, насколько от него отстала, повторяя: «Я же этого хочу, а у меня совсем мало времени!» Я испугалась бы, что терплю поражение.
Но сейчас, уютно устроившись в «Компасе», я поняла, что на часы обращать внимания не стоит, а по компасу надо щелкнуть, чтобы проверить, двигается ли еще стрелка... и хватает ли у меня мужества следовать туда, куда она указывает. Я раскрыла дневник на чистой странице. Мои желания не изменились: я по-прежнему хотела иметь мужа, детишек и дом в пригороде, но никому больше не завидовала, ведь все это у меня будет, со Стивеном ли, с другим ли мужчиной. Успех – это не вычеркивание исполненных пунктов «жизненного плана». Чтобы достичь успеха, нужно идти навстречу переменам, мужественно и не теряя изящества, распустив кудри и улыбаясь. И писать новый план я не собиралась: чистая страница дневника не для того, чего у меня пока еще нет. Она олицетворяет собой возможности.
Мой план можно было бы озаглавить так: «Как жить без плана», или «Как носить в маленькой сумочке большую стирательную резинку». Планы – это хорошо, но нельзя на них зацикливаться и пугаться перемен. Планы необходимо пересматривать, а чертежи – менять, чтобы пристроить к дому большой сад. А я как раз сейчас сажаю свой собственный сад, пусть даже в чертовом Центральном парке. Я закапываюсь ногами в теплую почву, я лелею и взращиваю все то, что у меня осталось, а осталось у меня очень и очень много.
Мой телефон снова ожил; на этот раз эсэмэска была от Стивена: «А что на тебе сейчас надето, Рыжая?» Я рассмеялась и ответила: «Улыбка».
