Немцы якобы использовали на Таманском полуострове 14 танков, из которых три было подбито днем 3 сентября нашими морскими пехотинцами. По германским данным, танков в десанте вообще не было.
Сейнеры и торпедные катера производили эвакуацию частей Керченской ВМБ. В течение дня 3 сентября из района озера Соленое было вывезено около 800 человек, из них 122 раненых.
В 23 ч 00 мин немецкая тяжелая артиллерия начала обстреливать пристани в районе озера Соленое. В 23 ч 30 мин немецкие торпедные катера выпустили 12 снарядов по скоплению наших кораблей в том же районе. Попаданий в корабли не было.
К 4 часам утра 4 сентября части Керченской ВМБ отошли на свои последние рубежи на Таманском полуострове. Личный состав стационарных батарей № 33 (три 203/50-мм пушки), №718 (три 130-мм пушки) и противокатерной батареи № 9 с прикрывавшими их подразделениями 2-й роты Керченской ВМБ и личным составом постов СНИС, общей численностью 388 человек, обороняли район мыса Панагия и Тамань.
На центральном участке в районе деревня Веселовка — хутор Артюшенко оборону держали: 305-й отдельный батальон морской пехоты, 17-я Отдельная пулеметная рота, 1-я рота морской пехоты Керченской ВМБ, рота, сформированная из личного состава Азовской военной флотилии, Особый морской отряд Керченской ВМБ и прожекторная рота — всего 1100 человек.
Перечисленные выше части поддерживались артиллерией этого участка Керченской ВМБ: полевой батареей № 532-а (два 152-мм орудия), зенитной батареей № 68 (четыре 76-мм орудия), зенитной батареей № 641 -а (два 85-мм орудия), зенитной батареей № 69 (четыре 76-мм орудия), зенитной батареей № 462 (два 76-мм орудия) и зенитной батареей № 463 (два 76-мм орудия). Две 45-мм пушки были установлены на автомашинах и по две таких же пушки — на горе Маркорта и у пристани озера Соленое. У этой же пристани находилась плавучая батарея № 4 (три 100-мм орудия).
В районе станции Благовещенская в обороне находились: рота Особого батальона морской пехоты, рота личного состава стационарной батареи № 464, 572-й химвзвод, полевая батарея № 532—6, зенитная батарея № 67—6 и два 45-мм орудия на автомашинах.
С рассветом 4 сентября противник начал наступление в направлениях на Тамань и станицу Вышестеблиевская, к 9 часам утра занял Вышестеблиевскую, а около 11 часов «его танки появились в районе Тамани и хутора Артюшеко»{150}.
К 16 часам стационарные береговые батареи № 9 и № 718 были взорваны, а личный состав отошел к береговой батарее № 33.
Далее процитирую «Хронику…»: «В ночь на 5 сентября продолжалась эвакуация частей Керченской военно-морской базы с Таманского полуострова. В 5 ч 33 мин была закончена посадка на суда главных сил. В 5 ч 35 мин командир Керченской военно-морской базы с оперативной группой штаба базы на сторожевом катере № 056 вышел из района посадки, и все корабли направились в Геленджик. За все время эвакуации на переходах потерь в корабельном составе не было.
Командир Керченской военно-морской базы донес Военному совету Черноморского флота, что с 2 по 3 сентября с Таманского полуострова было вывезено 5000 человек, в том числе в ночь на 5 сентября — 3200 человек; в боях части Керченской базы потеряли убитыми и пропавшими без вести около 150 человек и ранеными около 200; кроме того, свыше 200 человек осталось в окружении в северной части Таманского полуострова»{151}.
Сразу скажу, что данных о реальных потерях я не нашел, но данные «Хроники…» кажутся просто смешными. Отступать с 5200 боеспособных солдат, потеряв всего 150 человек убитыми и 200 ранеными, мягко выражаясь, несерьезно. Тем более что немецких танков там никаких не было, высадились лишь некоторые части одной германской и одной румынской дивизии. Да и вообще, как можно было допустить переправу немцев через Керченский пролив при таком перевесе сил Черноморского флота над германским быстроходными десантными баржами и торпедными катерами, да еще при наличии неподавленных береговых батарей калибра 130, 152 и 203 мм?
Между тем части немецкого 49-го горного корпуса под командованием генерала Конрада упорно продвигались через Кавказский хребет к Черному морю. В книге «Горные стрелки на всех фронтах» Алекс Бухнер приводит ответ одного стрелка на вопрос, с какой целью они совершают свой долгий марш через степи: «Чтобы выйти к Кавказу, повернуть за угол, ударить англичанам в тыл и сказать Роммелю: “Привет, генерал, мы здесь!”».
97-я и 101-я легкие пехотные дивизии шли через лесной Кавказ к Туапсе, а 1-я и 4-я горные дивизии — к Сухуми. Жаркие бои завязались за Клухорский перевал, расположенный на высоте 2800 м, от которого начиналась старая Сухумская военная дорога. На участке 1-й горнострелковой дивизии майор фон Гиршфельд со 2-м батальном 98-го горнострелкового полка осуществил смелый бросок к самому входу на перевал, который блокировал 815-й батальон 394-й стрелковой дивизии. Взять рубеж с фронтальной атаки было невозможно. Но Гиршфельд показал русским, как умеют воевать в горах немцы. Гиршфельд связал наши части боем по фронту и обошел их по отвесным горным склонам, после чего ударил в тыл. Самая высокая точка Сухумской военной дороги находилась в руках немцев к вечеру 17 августа. Но дальнейшее продвижение немцев замедлилось, и к вечеру 19 августа они были вынуждены остановиться в 10—12 км ниже Клухорского перевала.
В пропагандистских целях генерал Конрад приказал водрузить имперский красно-черный флаг со свастикой на Эльбрусе. Чтобы никого не обидеть, в восхождении приняли участие солдаты из 1-й и 4-й горных дивизий, которых возглавлял капитан Грот. 21 августа флаг и штандарты обеих дивизий были установлены на вершине Эльбруса на высоте 5600.м.
Но вернемся к битве за перевалы. Полковник фон Штеттнер с 1-м и 3-м батальонами 91-го горнострелкового полка овладели перевалами Санчаро и Алустаху, расположенными на высоте 2500 и 3000 м. Таким образом, немцы преодолели главный горный хребет, и теперь дорога лежала вниз — к перевалам у подножия и в субтропические леса района Сухуми.
Майор Шульце с 3-м батальоном 91-го горнострелкового полка штурмом взял Бгаларский перевал и оказался непосредственно над лесистыми склонами, резко обрывающимися к прибрежной равнине. Берег — главная цель — находился всего в 20 км. А командир 91-го горнострелкового полка полковник фон Штеттнер находился в долине Бзыби в 30 км от Сухуми. Майор фон Гиршфельд со своими солдатами стоял в долине Клыча, в 40 км от берега.
97-я пехотная дивизия генерал-майора Руоффа с боями пробилась на расстояние 50 км от Туапсе. В составе этой дивизии сражались бельгийские добровольцы из бригады СС «Валлония» подполковника Люсьена Липпейра.
В прибрежных кавказских городах царила паника. Советские, партийные власти и часть населения бросились эвакуироваться. Основным средством эвакуации был флот.
С 19 часов 31 августа из Новороссийска было вывезено 5501 человек гражданского населения, 6520 военнослужащих, из них 1400 раненых; 4255 т продовольствия, 2637 т грузов Черноморского флота, 1288 т грузов Северо-Кавказского фронта, 1967 т заводского оборудования, 195 т прочих грузов. Всего вывезено 12 021 человек и 10 342 т грузов.
С 16 по 31 августа из Туапсе было вывезено 2394 гражданских лица, 1313 военнослужащих, 7554 различных груза и 15 846 т жидкого топлива.
По отчетным данным штаба Черноморского флота, в течение августа 1942 г. по коммуникациям между портами кавказского побережья прошло 458 транспортов морского флота и 198 военных транспортов. Для их охранения боевые корабли сделали рейсов: эсминцы — один, сторожевые катера — 466, торпедные катера — 34. Мелкие суда (шхуны, сейнеры, катера-тральщики) для перевозки грузов и людей сделали 255 рейсов.
Кроме того, для перевозки людей и наиболее ценных грузов были привлечены боевые корабли. Крейсера сделали 11 рейсов, эсминцы — 20, канонерские лодки — 6, сторожевые корабли — 2, базовые тральщики — 10 и подводные лодки — 5 рейсов. Всего за месяц было перевезено 34 504 человека и 61 259 т груза.
Командование Черноморского флота от греха подальше решило перепрятать линкор «Парижская Коммуна». Вечером 12 сентября линкор вышел из Поти и за ночь перешел в Батуми.
1 сентября была предпринята попытка помочь огнем корабельной артиллерии защитникам Новороссийска. В 22 ч 30 мин лидер «Харьков» и эсминец «Сообразительный», вышедшие в 7 ч 25 мин из Батуми в район Новороссийска, обстреляли скопления сил противника в районах станиц Неберджаевской и Нижне-Баканской. «Харьков» выпустил 200 снарядов, а «Сообразительный» — 150 снарядов. Результаты стрельбы были неудовлетворительными, так как корабли начали ее в 22 ч 30 мин, а не в 23 часа, как было намечено планом операции. Причем корабли не имели уточненных данных о положении своих и неприятельских частей. А в 23 часа «Харьков» и «Сообразительный» уже оставили район Новороссийска и пошли в Батуми.
Советские горе-историки оставили массу «черных дыр» в истории обороны Кавказа. Одна из них — приезд 23 августа в Сухуми члена Государственного Комитета Обороны Л.П. Берия. Как писали за маршала А.А. Гречко безвестные «черные перья»: «Вместо конкретной помощи, в которой нуждались командование и штаб 46-й армии, Берия заменил целый ряд ответственных работников армейского и фронтового аппарата, в том числе и командующего армией генерал-майора В.Ф. Сергацкова»{152}.
