тут творится? — он замер на пороге. — Это ещё кто?
— Не знаю, как он сюда пробрался, господин, — смущённо прокашлялся один из солдат. — Мы дежурили чин по чину — мышь бы не пролезла.
— Да тут не мышь, а целый вигилант, — Изверг, закатав рукава, подошёл к мертвецу — под кожей левого предплечья расплавленным рубином блеснула эстера. Зачем-то тронул пальцем подошвы стоптанных сапог, выглянул за окно. — Прелестно. А Отто вы куда подевали?
Беатрис опустила глаза.
— Ясно. Отмучился, значит, — сдержанно кивнул Изверг.
И всё.
А вот Валь ревела навзрыд. Отто было до ужаса жаль. Если бы рядом оказались настоящие врачи, а не эти козы бессмысленные…
— Как он нас нашёл? — продолжал бубнить солдат. — Мы ж свет погасили, всё как вы велели. И что за вор такой? Хотят грабить — грабят втихую, а не стекло выносят.
— Прости, но что с подарками? — прошептала Беатрис. — Вы их нашли?
— Конечно. Их уже везут в Кальтестранд на экспертизу.
— Поверить не могу, что через пару дней всё закончится, — вздохнула наместница.
Изверг снял паутину с рукава Беатрис. Зачем-то заглянул в лампу.
— Закончится, — эхом отозвался он.
7
Утром Изверг уехал хоронить Отто, забрав оставшихся солдат. Сидеть без дела было совсем тошно, и Валь, отыскав в подвале крупу, соорудила некое подобие каши.
Беатрис от варева отказалась.
— Спасибо за всё, милый, — слабо улыбнулась она. — Но мне пора. Пойду я.
— Вас же схватят на первом перекрёстке! — ужаснулась Валь.
— Схватят — и хорошо, — на бледных щеках наместницы вспыхнул румянец. — Тогда они перестанут громить город.
И ушла.
Дальше — хуже.
Ближе к полудню Валь догадалась заглянуть в комнату к учёным девицам. Проклятых девок, кем бы они ни были, и след простыл. На ветру плясала привязанная к балюстраде балкона лестница из разорванных простыней.
— Да что ж такое, — взвыла Валь. Тоже сбежать, что ли? Какой спрос с письмоводителя?
— Не надо!
Слова сами собой сорвались с языка. Чужие слова.
— Вальгарт?
— Да, — прошептали губы. Валь знала, что старший в роду всегда может поговорить с младшим — но что это будет… так?
— Это ты натворил? — крикнула она. — Отравил людей, чтобы подумали на медичек? Валь, да как ты вообще мог?
— Да ты что? — возмутился он. — Это ж какой сволочью надо быть!
Он не врал — не мог врать. А ещё ему было плохо, страшно и тоскливо — точь-в-точь как и ей самой.
— Сестрёнка, слушай, времени мало. Ты должна привести Раймара в один дом у Южной заставы. Жёлтый особняк с фронтоном — почувствуешь, когда окажешься рядом.
— Ты будешь там?
— Да, — не сразу ответил брат. — Не только я.
— А кто? Лотар, упырь этот? Зачем ты вообще с ним связался?
Он не ответил. Пожалуй, и к лучшему — в коридоре раздались знакомые шаги.
— А, вот вы где, — Изверг обвёл взглядом комнату. — Девицы, значит, нас покинули?
— Да. Но я слышала, как одна из них говорила про дом у Южной заставы, — машинально прибавила Валь.
— Очень интересно, — кивнул он.
Серое, почти мёртвое лицо. Рукава, испачканные в земле. Какой бы дрянью Изверг ни был, сейчас его не получалось ненавидеть.
— И леди Беатрис… Я пыталась её остановить, но она ушла.
— Ясно.
Он швырнул на стол скомканный лист. Поморщился:
— Можете не отворачиваться. Это всего лишь список привитых. Вычеркнутые фамилии — те, кого не допустили к процедуре.
— Повезло им. А…кто не допустил?
Он не ответил. Не разуваясь, рухнул на диван и закрыл глаза.
Ну и пожалуйста.
* * *
Валь, конечно, и не подумала бы возвращаться в эту комнату — но с наступлением сумерек в доме отчётливо запахло дымом. Даже если пожар далеко отсюда, при таком ветре огонь может перекинуться в два счёта.
Она постучалась в дверь. Дёрнула за ручку — заперто. Делать нечего, пришлось забираться в комнату через балкон (хоть в чём-то учёные девицы преуспели: верёвочная лестница не оборвалась).
Валь осторожно шагнула через порог, вглядываясь в полумрак. Теперь сомнений быть не могло: дымом несло именно отсюда. Вот только огня не было и в помине. Смятый листок по-прежнему лежал на столе; Изверг спал, свесив руку с дивана.
А навстречу этой руке из угла ползла ненормально густая и живая тень.
Валь отпрянула в сторону. Лунный луч выхватил мутные белки глаз, яростный оскал на сожранном огнём лице. Цепляясь за воздух и надсадно дыша, тварь вытягивала себя из темноты.
— Пошла вон! — заорала Валь, бросаясь наперерез тени. — Вон отсюда!
Под руку подвернулся кувшин — она выплеснула воду твари в рожу. Существо отпрянуло, заскребло пальцами по паркету.
Раймар глухо застонал. Валь обернулась — вторая тварь, скалясь, вцепилась в руку Изверга и тащила его в темноту. Ткань тлела под обугленными пальцами.
Не помня себя, Валь выхватила из-за голенища кинжал, рубанула тварь по запястью — и с ужасом уставилась на знакомое оплавленное кольцо с тёмной искрой рубина.
Другое существо уже спешило на выручку, утробно воя. Валь отпихнула его ногой и рванулась к Раймару.
— Да проснись ты уже! Проснись! — она отвесила Извергу оплеуху.
Тот рывком сел на диване. Закашлялся.
Валь распахнула окно, отплёвываясь от раздирающего горло дыма. Дёрнулась, уловив за спиной какое-то движение — но нет, сейчас тени были просто тенями.
Твари исчезли.
— Спасибо, — проговорил Изверг немного погодя. — Но зачем?
Валь не ответила. Что тут ответишь?
— Предсмертные проклятия — штука такая: вашим родственникам довелось сгореть один раз, а мне — каждую ночь. Когда-нибудь я не успею проснуться, и они своё получат. Но это честно. Я заслужил, и мне платить. Только не пойму, вы-то отчего плачете?
— Такого никто не заслужил, — всхлипнула Валь.
Он подошёл к ней. Вытер с щеки гарь вперемешку со слезами.
— Дурочка, — вздохнул он. — Я же дверь запер. Дождалась бы… а, ладно. Где там, говорите, эти девицы спрятались?
— Сейчас, что ли, пойдём? — опешила Валь.
— А почему нет?
8
В предместье было относительно спокойно, но кровавые звёзды добрались и сюда, подобно сыпи усеяв стены. За ними подтянулись и другие проявления лихорадки: выбитые стёкла, брошенная посреди улицы детская туфелька, блестящая россыпь гильз, чьи-то тени в подворотнях.
Ничего. Они поговорят с братом и вместе что-нибудь придумают. Вражда враждой, но сейчас людей надо спасать! А уже потом — обсуждать, что лучше смотрится на гербе Небельвальда, крылатые кошки Империи или кровавые звёзды.
— Тогда тоже так было? — спросила Валь негромко.
Изверг скривился:
— Понимаю: вам, сударыня, нужен моральный ориентир. Например, рассказанная сквозь зубы история о зверствах вашего покойного батюшки. Нет уж, извините. Играть с вами в этические поддавки я
