Читаем без скачивания Порочный круг - Уилбур Смит

– Мистер Бэннок, сэр, Абу-Зара – ближайший центр на Ближнем Востоке, где есть запчасти для нашего швейцарского транзистора EX12-AYRAN.

Юрий знал, что Карл ничего не понимает в техническом жаргоне. Последовало недолгое молчание, затем Карл сердито спросил:

– Какое ожидаемое время прилета, Волков, мерзавец?

– Семьдесят два часа, сэр, если хотите, чтобы я подождал, пока отремонтируют рацию. Это не считая времени полета.

– Вы взяли пассажиров в Бангкоке? – спросил Карл.

– Да, сэр, мистер Бэннок. Все со мной.

Гектор представил себе, как Карл истекает похотью, стремясь скорее заполучить свои сексуальные игрушки. Юрий улыбался, тоже наслаждаясь моментом, но продолжал говорить виновато и угодливо:

– Я могу полететь без рации и быть в Казунду через десять часов, если разрешите, мистер Бэннок, сэр. Естественно, я не смогу выполнить обычную радиопроцедуру при подлете к Казунду.

– Без радиоконтроля диспетчер не выпустит вас из Абу-Зары, старый содомит!

– Я могу договориться, сэр. У меня есть связи в диспетчерской, но понадобится некоторый бакшиш. Он просит тысячу долларов США.

– Ладно, Юрий Волков, заплатите ему и поживей тащите свою вонючую русскую задницу сюда, слышали? Надо было вас уволить, старый пердун!

Радиосвязь внезапно оборвалась.

– Теперь понятно, почему вы так любите и уважаете своего учтивого босса, Юрий. – Гектор встал и потрепал летчика по плечу. – Вы хорошо постарались убедить его. Оставайтесь с экипажем на базе до нашего возвращения. Потом я заплачу вам, как договорились. А потом вас отвезут в Дубаи, и там вы сядете на любой рейс до любой точки планеты, где захотите исчезнуть. Я даже оплачу ваши билеты.

Гектор и Пэдди тщательно разработали процедуру погрузки. Те войска и оборудование, которые в Казунду покинут борт первыми, здесь, в «Заре-13», должны были подняться на борт последними.

Тем не менее прошло около двух часов, прежде чем Гектор принял решение отправляться и Берни и Нелла Вослу заставили тяжело груженый «Кондор» оторвать колеса от земли. Машина поднялась в освещенное луной небо. На высоте пятнадцать тысяч футов над пустыней Берни повернул самолет на юго-запад, чтобы пересечь Большой Африканский Рог, а оттуда лететь к озеру Танганьика и королевству Казунду на его западном берегу.

Гектор так рассчитал взлет, чтобы прибыть в Казунду через час после рассвета. Это был компромисс. Если прилететь рано, как только света станет достаточно для посадки, весьма вероятно, что Карл и Джонни не вылезут из постели и не выйдут на поле встречать своих тайских гостей. Лучше всего было бы, если бы оба объекта были на поле, когда опустится хвостовая рампа «Кондора» и из трюма посыплются бойцы «Кроссбоу».

Если «Кондор» запоздает и им придется ввязаться в бой с людьми Джонни и Сэма Нгевеньямы, существует вероятность, что бой затянется до ночи. А в темноте хозяева получат очевидное преимущество.

Теперь карты были сданы, и оставалось только лететь навстречу рассвету – и врагу.

Гектор знал, как хотел бы провести эту ночь. Однако единственным укромным местом на перегруженном борту оказалась маленькая кладовка между кухней и туалетом, в которой Настя держала Юрия Волкова. Гектор объявил ее своей личной территорией и, как только приглушили свет и люди стали устраиваться на ночь, взял Джо за руку и отвел туда.

Внутреннего замка на двери не было, но они подперли ее своими телами. Перегородки были тонкие, но Гектора и Джо не волновало, слышны ли их крики. Места, чтобы лежать рядом, не было, но Гектор и не собирался ложиться. Жесткий пол показался им мягче пуховой перины. Ночь была долгой, но для них она промелькнула незаметно. Они летели в мрачную долину смерти, но шепотом говорили о долгой жизни и вечной любви. К утру они не отдохнули, но чувствовали себя свежими и сильными и верили, что так же бессмертны, как их любовь друг к другу.

Когда зазвонил будильник в часах Гектора, они покинули свое убежище и вместе прошли вперед, к дверям кабины. Берни, сидевший в кресле второго пилота, обернулся и улыбнулся им.

– Хорошо спалось?

Он подавил улыбку.

– Замечательно, – ответил Гектор. – Просто замечательно. Сколько нам еще лететь, Берни?

– Меня не спрашивайте, – пожал плечами Берни. – Я только водитель. Спросите штурмана.

– Как наши дела, Нелла? – повернулся к ней Гектор.

– Сорок три минуты до цели. Большое блестящее впереди – озеро Танганьика.

Гектор и Джо, наклонившись над креслами пилотов, всматривались вперед.

Солнце только начало подниматься над горизонтом слева от них, и они летели в глубокой долине, образованной беспорядочным нагромождением кучевых дождевых облаков. Вершины облаков поднимались над их скромной высотой в пятнадцать тысяч футов, которую регистрировали приборы. Облачные горы были словно изо льда, серебряные с голубоватым оттенком.

В лучах восходящего солнца «Кондор» отбрасывал тень на сверкающие облачные склоны. Увеличенная и искаженная, эта летящая рядом с ними тень была окружена радужным ореолом.

– Посмотри! – воскликнула Джо и показала вперед, на нос «Кондора». На их высоте и прямо перед ними солнце, отражаясь от облаков, освещало темный силуэт орла-рыболова. Птица висела на широко распростертых крыльях и казалась неподвижной. Но, когда «Кондор» устремился к ней, она наклонила одно крыло и по косой полетела вниз. Орел пролетел так близко от оконечности их крыла, что они разглядели блеск агатовых глаз в желтой маске на голове и увидели отдельные перья на белоснежной шапке; эти отдельные перья прижимала к черепу скорость полета.

– Боже, какое великолепное создание! – радостно воскликнула Джо, когда орел исчез из виду, проглоченный невообразимо огромным пространством. Далеко внизу африканская саванна и лес были усеяны тенями облаков и переливались ярким солнечным блеском. Прямо впереди ослепительно сверкала поверхность озера.

Берни уменьшил скорость, начиная снижение, и между блестящими склонами облаков они устремились к земле. Стрелки альтиметров быстро вращались в обратном направлении, и над северо-восточным берегом озера они прошли на высоте девять тысяч футов.

– Двадцать одна минута до цели, – предупредила Нелла.

Гектор взял у нее радиомикрофон и поднес к губам. По внутренней системе оповещения самолета разнесся его голос.

– Подъем! Подъем, джентльмены! Опускайте члены и хватайте носки. Двадцать минут до цели.

Внизу на поверхности озера расползались тонкие щупальца тумана. Низко под ними летели стаи из сотен фламинго. Птицы следовали друг за другом единой цепочкой. Их то поднимали потоки теплого воздуха, то опускали более холодные струи, идущие вниз, так что розовая цепочка непрерывно извивалась над поверхностью озера. Все в кабине зачарованно смотрели на них.

– Пятнадцать минут до цели! – нарушила очарование Нелла.

И почти сразу Джо воскликнула:

– Вот он! Прямо впереди! Замок на холме!

Гектор взял микрофон и сказал:

– Ну-с, всем командирам групп включить приборы «Биркин». Мы будем на связи с Эммой в Хьюстоне.

И он кивком велел Джо установить связь.

– Ты меня слышишь, Эмма? – небрежно спросила Джо в микрофон, и ответ пришел немедленно:

– Слышу, Джо. У меня в прямом эфире оба объекта. И Большой, и Малый – в главной спальне замка. Как обычно, не одни. Все как будто спят. – Тон Эммы внезапно изменился, стал резче. – Подождите, Большой зашевелился. Встал с постели и идет по комнате на террасу. Теперь я его потеряла. Должно быть, вышел на террасу.

– Думаешь, он услышал самолет и вышел посмотреть? – предположила Джо.

– Да, почти несомненно, так и есть, – согласилась Эмма. – И остальные зашевелились. Да, я тоже слышу в наушниках шум ваших двигателей. Теперь все встают. Когда я в последний раз была в Вегасе, я и там не видела столько голого тела.

Карл Бэннок открыл глаза; его разбудило то, что Джонни Конго в постели с ним не было. За годы, проведенные вместе, он привык к басистому храпу и шумному дыханию Джонни. Это давало ему ощущение безопасности и полной защиты. Он сел в огромной смятой постели и сонно огляделся. Спальня величиной с бальный зал. Всего в центре этой комнаты двадцать четыре кровати, считая ту, в которой он лежит. И на всех, за одним исключением, обнаженные тела обоих полов разбросаны изобильно, как жертвы эпических кровопролитных битв. «Геттисберг и Аламо вместе»[38]. Он улыбнулся: эта картина развеселила его. В ногах у него лежала девушка, и ее тощий зад ненадолго пробудил в нем интерес, Но потом он коснулся своих гениталий: они еще опухли и горят после вчерашних излишеств.

– Пошла вон, шлюшка!

Он пихнул ее, и она свалилась с кровати, но не проснулась, все еще одурманенная наркотиками и алкоголем.