к другу своему, Рубеусу Хагриду, с дурною вестью.
Естественно, он сразу узнал Гарри, как же иначе-то. Не стал обзывать Мальчиком-Который-Выжил, и на том спасибо.
— О, Флоренц, тебя не ждал, — Хранитель Ключей вышел наружу. Поттер поспешил за ним, чтобы не мешать ему закрыть поплотнее дверь. — Чегой, говоришь, случилось?
— Племя нашло единорога павшего от человечьей руки, — хмуро ответил кентавр. Его слова заставили напрячься и Рубеуса. — Племя не смогло схватить тварь, молодые повстречали его, не смогли повергнуть или захватить.
Хранитель Ключей совсем помрачнел и, кивнув Флоренцу, скрылся в хижине.
— А почему тварь? — уточнил Гарри.
— Вывернут будто был человек этот, мальчик из рода Поттеров, — не стал скрывать кентавр. — Пусть и укутан был в плащ, и стояла ночь, но зрение наше остро. Свёрнутая голова, поломанные руки… Злобный дух то был, натянувший человечье тело. Племя поёт легенды о подобных тварях.
Гарри нахмурился, пытаясь сообразить, что напоминает ему это. Будто он видел где-то что-то подобное, но это было уже давно…
Поттер сбился с мысли, когда Рубеус снова появился, держа в руке огромный даже для себя арбалет. Скорее маленькую баллисту даже, не то чтобы мнение Гарри кто-то спрашивал. Следом появился и не менее хмурый герр Кляйн с волшебной палочкой наперевес. Клык крутился у них под ногами.
— Гарри, давай-ка ты в замок, — сказал Рубеус. — Мистер Кляйн за яйцом-то приглядит, а тебе тут сейчас делать нечего. И вообще пока лучше не приходи, пока мы этого убивца не схватим.
— Всё так плохо? — нахмурился мальчик.
— Последний дело — убивать единорог, — отозвался герр Кляйн вместо смотрителя Хогвартса. — Nein-nein-nein, мы должны отыскать подобный ублюдок. Герр Хагрид прав, здесь опасно для ребёнок, герр Поттер.
— Эт точно, — кивнул Рубеус. — Никто в своём уме не будет трогать единорогов, самые отчаянные идиоты на эт не пойдут. Набрать немного рога или там шерсти — то можно, да, коли он сам позволит. Но ежели убить — так тебя самого и прикопают, как узнают. Даж на призрака управа найдётся, коль такое ему в голову придёт. Так что ежель такой негодяй тебя, Гарри, увидит, хорошим это не кончится. Я тебе напишу, как мы порешаем эт проблему.
— Хорошо, — вздохнул мальчик.
Было уже понятно, что спорить бесполезно. Хотя Гарри бы не отказался поговорить с Флоренцем подольше. Может, тогда бы удалось вспомнить, где он видел "переломанную тварь"?
* * *
Как ни странно, Гарри даже успел вернуться до конца Истории Магии. Естественно, профессор Бинс даже не обратил внимания на появление ученика. Наверняка и его отсутствие прошло незамеченным. Ну и конечно Поттеру досталась один из передних столов, которые давно уже никто не занимал по своему желанию.
Заунывный речитатив призрака вернул мысли к самому профессору. Слова герра Кляйна очередным кусочком в этой мозаике, даже последним, пожалуй. Складная получается история.
Катберт Бинс был археологом, крайне увлечённым своим делом. И даже собирающимся в "сердце Сахары", упоминание о котором было в каждой из тех автобиографий. И никто там так и не побывал. И если уж Бинс с прапрадедом герра Кляйна оба пошли работать в школы, что-то им для экспедиции не хватало. Учитывая, что в том же Хогвартсе считали за почесть работать мастера своего дела, можно было предположить, что дело либо в немалых зарплатах, либо в каких-то знаниях.
Гарри поставил бы на деньги. Вряд ли экспедиция — дешёвая удовольствие, тем более в некое неизвестное полумифическое место.
А потом Бинс внезапно умирает. Замдиректора, будучи главным в школе в те дни, уговаривает его остаться, скорее всего опять же опираясь на деньги. Что он на самом деле собирался делать — никто так и не узнает. Ведь директором стал Финеас Блэк, а он все договоренности просто проигнорировал. Что до самого Бинса — так Гарри уже понял, что призраки время воспринимают совершенно иначе, чем живые. А профессор Истории Магии явно предвкушал свою долгожданную экспедицию, и потерялся в своих мыслях.
Осталось решить — а что, собственно, делать?
— Урок окончен! — объявил профессор Бинс и собрался как обычно уйти сквозь стену.
Наверное, стоило отложить всю новую информацию и хорошенько ещё раз обдумать. Да и вообще, возможно, стоило поговорить с профессором Дамблдором — кто ещё будет потом разбираться с исчезновением учителя Истории Магии? Директор может даже сможет отговорить от поспешного шага.
Но сколько тогда ещё страдать бедному призраку? Ну, не то чтобы он страдал, конечно, скорее пребывал в радостных мечтах, не особо обращая внимания на окружающее. Но всё равно в этом было что-то мёрзкое и отвратительное, и Гарри совершенно не хотел разочароваться в себе и старике, если это продолжится.
— Сэр, разрешите вопрос? — Поттер не дал призраку скрыться. — Про сердце Сахары.
Знакомые слова явно заинтересовали профессора Бинса. Он даже сфокусировал взгляд на Гарри.
— Да, что вы хотели, эм-м-м… мистер Блэк?
— Поттер, сэр, Гарри Поттер, — счёл за нужное поправить мальчик. — Я слышал, мистер Кляйн нашёл его.
Ну, это была по факту ложь. По пути к замку Гарри действительно вспомнил упоминание в автобиографиях археологов фамилии магозоолога — видимо, это и был его прапрадед. И упоминался он не просто так, а как единственный человек, решившийся на экспедицию к этому самому мифическому сердцу Сахары. Видимо, он не дождался весточки от своего друга Катберта Бинса и решил рискнуть сам. Увы, его опыт лишь подтвердил невозможность достичь легендарной области. Несколько учеников Кляйна погибли, да и сам он был не в лучшем состоянии, когда экспедиция всё-таки выбралась из пустыни. И никаких результатов, даже хоть какого-то подтверждения существования сердца Сахары как такового.
— Что? — поразился профессор Бинс. — Стефан бы никогда на это не пошёл! Он бы, конечно, дождался меня! Вы чего-то путаете, мистер… эм-м-м… Гаттер?
— Поттер, сэр, — поправил его Гарри.
— Ай, не важно, — отмахнулся призрак. — Я тут всё равно только до конца года, какой смысл всех запоминать?
Ну, что-то такое мальчик и предполагал.
— Ваш год уже давно кончился, сэр, — вздохнул Гарри. — Вы уже сто лет преподаёте Историю Магии в Хогвартсе.
— Но… — растерялся бедняга, у которого рушилась вся картина мира. — Нет-нет, Нил бы точно… Дурацкие у вас шуточки, юноша! Я сейчас же пойду к директору! Как вас, ещё раз?
— Гарри Поттер, сэр, — ответил мальчик. Ему было искренне жаль заблудившегося в своих фантазиях на всю сотню лет призрака. — Нил — это тот заместитель директора, который с вами разговаривал? Его не повысили тогда, директором стал Финеас Блэк, а ему было плевать на ваши договорённости.
— Блэк? Нет-нет, кто пустит этого негодяя на место директора,
