какие подати надо платить крестьянам, сколько человек надо выделить на те или иные работы – ремонтировать мосты, дороги, укрепления. Иван Васильевич признал этот порядок несправедливым и переменил. Разработал и разослал «смердьи грамоты» (смердами называли простых крестьян). Те деревни и земли, которые не входили в боярские вотчины и церковные владения, объявлялись «государевыми». Городам они больше не подчинялись, налоги платили государству. Они разделялись на волости, управлять ими назначали волостелей, а те подчинялись наместнику.
В городах это новшество очень не понравилось. Псков вообще чуть не взбунтовался. Ведь до сих пор было: – если надо в городе что-нибудь построить, починить стены, улицы, созвали крестьян, собирали с них деньги. Теперь все расходы ложились на самих горожан, и трудиться надо было им самим. Жители городов обижались, шумели, что это неправильно, слали делегатов к великому князю. Нет, он свой указ не отменил. Зато крестьяне радовались. С какой стати им приходилось отдуваться за всех? Славили государя, взявшего их под собственную власть и покровительство. А крестьян на Руси было подавляющее большинство.
Крепостного права в нашей стране не было. Все крестьяне были свободными. Не нравится жить и трудиться в одном месте – можно уйти в другое. Но были и рабы-невольники. Они в то время были во всех странах и Европы, и Азии. На Руси их называли «холопы». В неволю попадали пленные. В холопы обращали за долги, за какие-то преступления. Были и такие, кто сам записывался в холопы – прислуживать хозяину, а он будет о тебе заботиться, кормить. Случалось, что и жульничали. Богатый человек даст бедняку что-то по мелочи. А потом заявляет, ты мне долг не вернул. Всё, ты мой холоп. Или даже наврёт, что тот ему должен. Попробуй, докажи, что не так. С этим Иван Васильевич тоже наметил разобраться.
Сперва он обратил внимание на крупных столичных бояр. У некоторых были обширные вотчины – наследственные владения. Их предков великие князья за успехи награждали, и сами они потом земли покупали. Сотни сёл, тысячи деревень. Но они загордились, стали вести себя, как удельные князья. У каждого пышный двор, целый полк воинов. И как раз они-то обзаводились многочисленными холопами. При дворе подневольные слуги и служанки, чтобы любое желание исполняли. Дружинники – военные холопы, чтобы повиновались безоговорочно.
Иван Васильевич рассудил, что это нехорошо и опасно. Такие частные полки служили не Руси или государю, а персонально своему хозяину. А если он изменит? На сторону врага перейдёт? Его полк пойдёт за ним, как уже было во время мятежей, заговоров. Да и вообще армия должна быть единой, выполнять приказы одного воеводы. А боярские отряды получались сами по себе, подчинялись лишь хозяевам. Какая тут дисциплина? А со временем боярские вотчины превратятся в новые удельные княжества, захотят вести себя самостоятельно.
Нет, такие стремления Иван Васильевич решительно пресёк. Повелел богатым боярам распустить свои дворы и личные войска. Они спорили, протестовали. Недовольных возглавили два брата Морозовых, они при дворе занимали главные посты. Но великий князь не позволил им раздувать возмущение. Не хотите слушаться – посадил обоих в тюрьму. Одумались, что выступать-то не стоит, попросили прощения – выпустил. А всех воинов из боярских полков он взял на службу к себе. Были подневольными холопами – стали государевыми детьми боярскими. Получали поместья, хороших коней, оружие.
Но Иван Васильевич понимал и то, что отдельных указов и распоряжений по тем или иным вопросам недостаточно. Живут, например, люди в каком-то городе. А потом купцы поехали торговать в другой город. Или чиновников, военных перевели в другой город. А там законы совсем иные. Нет, государство стало одно, значит, и законы должны быть общими, везде одинаковыми. Великий князь собрал при дворе специальную группу опытных чиновников: дьяков, подьячих. Поручил им разыскивать в архивах и летописях древние сборники законов Киевской и Владимирской Руси, изучать законы разных княжеств, республик, вошедших в его державу. Изучали и церковные правила, обычаи. Выбирали лучшее. Соединяли вместе. Что-то подправляли, дорабатывали.
В 1497 году был составлен и принят «Судебник» – первый в нашей стране полный свод законов. Ни в одном государстве Европы такого ещё не было. В «Судебнике» были собраны прежние указания Ивана Васильевича, кто и как должен управлять страной, городами, областями. Совет бояр при великом князе объявлялся высшим законодательным и судебным органом. Взятки и подношения, дорогие подарки начальникам и судьям категорически запрещались – такого тоже ещё не было нигде в Европе, там это считалось обычным и нормальным.
В «Судебнике» определялось, кто может владеть землёй. Были частные вотчины – боярские, церковные, монастырские. Вся остальная земля являлась государственной. Часть её считалась «чёрной», там крестьяне платили налоги в казну. Другую часть великий князь раздавал в поместья – во временное пользование дворянам, детям боярским, чиновникам, в оплату за службу. Там крестьяне вместо налогов работали на помещика, обеспечивали его и семью. Но подтверждалось, что все крестьяне на Руси свободные. От одного владельца земли могли перейти к другому, если сочтут, что там лучше. Для этого они должны были уплатить «пожилое» – за то, что пользовались участком земли. Иван Васильевич учёл, что нельзя место жительства менять в любое время. А то вдруг весной надо пахать или летом на полях урожай поспевает, а крестьянам вздумается уйти. Государь установил для таких переходов единый срок по всей стране: за неделю до Юрьева дня и неделю после, с 19 ноября по 3 декабря. В этот период урожай собран, вот и иди куда хочешь.
«Судебник» установил и чёткий порядок, кого считать холопами. Просто так объявить, что человек стал невольником, отныне не допускалось. Для этого требовалось получить особый документ у наместника или в боярском суде. Те холопы, которые не трудились где-то в деревне, а прислуживали в городском хозяйстве своего господина, у него в доме, освобождались из неволи. И если враги захватили холопа в плен, а он сумел сбежать, тоже становился свободным.
В «Судебнике» перечислялись и разные виды преступлений, положенных за них наказаний. На следствии, если не было бесспорных доказательств, требовалось опросить население. Для оправдания или обвинения человека надо было набрать 5–6 показаний «добрых людей» – то есть честных, с надёжной репутацией. Причём всё равно каких – дворян, детей боярских, простых горожан или «добрых крестьян». Их показания считались равноценными. Вот это для тех времён было уж совершенно необычным. В любой западной стране голоса крестьян ничего не значили по сравнению со знатью.
Необычным было и другое. В тех же западных странах каждый князь, барон, пан, рыцарь, городское начальство
