Отто выпрямился. В его глазах вскипала фиолетовая демоническая энергия, и темные прожилки поползли по руке, преобразуя ее, придавая жуткие, неестественные черты. Отто использовал могущество овладевшего им демона в свою пользу. В сгустившемся полумраке вспыхнули фиолетовые когти. Его искаженное болью и одержимостью лицо вселяло в сердце ужас, и все же Люмин не могла не восхититься его выдержкой: даже в таком состоянии Отто боролся с демоном, не позволяя ему взять верх над телом.
— Мне не о чем жалеть, Кевин, — отчетливо произнес Отто.
«Кевин?» — удивилась Люмин. Она посмотрела на Вильдальмандара, и он, словно почувствовав это, бросил в ее сторону быстрый взгляд.
Это было мимолетное мгновение, но когда их глаза встретились, Люмин поразило осознание, которое прежде постоянно от нее ускользало. Как же она не разглядела этого на Пестром острове? Она знала, что с Вильдальмандаром что-то не так, что он отличается от остальных людей, но возможно, тогда он позволил ей увидеть лишь маленькую частицу правды.
Его звали Кевин. И он, как и сама Люмин, прибыл в Тейват извне, оставив за спиной сотни миров.
— Она уже пытается выжечь себя из этого мира, — ответил Кевин. Он держался спокойно, и его глаза, оторвавшись от Люмин, теперь внимательно следили за малейшими движениями Отто. — И в своих попытках она сожжет Инадзуму дотла. Ты не сможешь контролировать это. Но ты все еще можешь спасти тех, кого ты ради призрака своей любви обрекаешь на гибель.
— Отойди, — процедил Отто, не слушая его. — Я должен догнать ее. Я должен быть с ней.
Кевин качнул головой.
— Скажи, где Кольцо Изнанки. Только уничтожив устройство, можно ослабить Синьору и положить этому конец.
С коротким вскриком Отто бросился вперед, и в воздух взметнулись фиолетовые когти. Кевин с легкостью ушел от его удара и атаковал сзади, но инстинкты Отто, зараженного демоном, работали стремительно. Он развернулся. Когти столкнулись с клинком, и по лезвию пробежали электрические разряды. Кевин, вскрикнув, отшатнулся, и Люмин хотела броситься на помощь, но тут на ее плечо легла твердая рука.
Обернувшись, она встретилась взглядом с Сяо.
— Он пытается выиграть нам время, — сказал он. — Нужно догнать Синьору.
Сжав древко Нефритового Коршуна, Сяо намеревался уже исчезнуть в черно-зеленом всполохе, но Люмин придержала его за локоть.
— Ты в порядке?
Глаза Сяо пылали в полумраке, на лбу выступили капли пота, а под повязкой на плече пульсировал мертвенный фиолетовый свет. Руины Тэнсюкаку насквозь пропитались демонической энергией. Она черным туманом стлалась под ногами, стекала по обломкам камней, просачивалась сквозь доски уцелевшего пола, а самое главное, проникала в разум, и даже Люмин уже слышала ее навязчивый голос.
Сяо был отмечен демоном, и она не представляла, что он сейчас испытывает.
Но вот его ожесточенный взгляд смягчился, и он, подняв руку в порванной перчатке, сжал запястье Люмин.
— Разрыв артерий земли, — кратко объяснил он. — Будучи ожившим мертвецом, Синьора все еще связана с ними, и теперь, когда она целиком состоит из жидкого пламени…
— Она выжигает их, — догадалась Люмин. — И ты чувствуешь это.
Сяо кивнул. Люмин прижалась лбом к его плечу. Она была бы рада заключить его в объятия, но у них не было на это времени.
Сяо тоже это знал.
На несколько коротких секунд они застыли, словно пытаясь напоследок насладиться всем тем, о чем им даже не требовалось говорить. Сяо сжимал запястье Люмин. Она вжималась в его плечо. Через миг они отпустили друг друга, но этот миг стал для обоих вечностью.
Не сговариваясь, Сяо и Люмин бросились к выходу, но у бывших дверей в нерешительности замерли. Порожденные воскрешением Синьоры, в Тэнсюкаку со всех сторон стекались демоны. Путь наружу предстояло отвоевать. Еле слышно вздохнув, Сяо выставил перед собой копье. Люмин призвала меч. В ноге пульсировала боль, но она заставляла себя игнорировать ее.
Слишком многое теперь стояло на кону.
— Я возьму тех, что справа, — сказал Сяо.
— Один приближается сзади, — предупредила Люмин. — Большой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Знаю. С ним разберемся потом.
Он приготовился к атаке, но не успел сделать ни шагу — перед глазами вспыхнула огненная птица, и в полумраке, яростно взмахнув двуручным клинком, появился Дилюк. Энергия Пиро поразила фиолетовые сердца, и по ряду демонов прокатилась череда взрывов.
Сзади полыхнула голубая вспышка — это Кэйа, расставив руки, с поддержкой Тартальи обратил демона в ледяное крошево.
— Идите, — велел Дилюк. — Мы возьмем демонов на себя.
Воспользовавшись передышкой, он торопливо затянул рану на руке обрывком собственного плаща.
— Остановите Синьору, пока она не превратила Инадзуму в пепел, — добавил Кэйа. От Люмин не укрылось, как он быстрым жестом прикрыл проявившийся на шее ледяной след.
— А вы найдите Кольцо Изнанки, — велел Сяо. — И уничтожьте.
Он не обращался ни к кому конкретно, но услышавший его слова Аято кивнул, словно посчитав уничтожение Кольца Изнанки личной ответственностью. Из-за этого устройства пострадали его горячо любимая сестра и лучший друг, и теперь Аято хотелось собственными руками разорвать этот порочный круг боли.
Аякс опустил лук, встретился взглядом с Люмин, и она верно истолковала умоляющее выражение его лица.
— Пойдем. Только чур без самодеятельности. Не смей рисковать жизнью.
— Ну что ты, — усмехнулся Аякс. — Лишь тот, кто выжил, может считаться победителем, верно?
Сяо, многозначительно хмыкнув, обернулся зеленым всполохом и возник уже у остатков горящего моста. Люмин бросилась следом. Аякс несся рядом беззвучной тенью, и их с Сяо безмолвная поддержка придавала ей сил. Из темноты вынырнуло обеспокоенное лицо Паймон. Она хранила непривычное молчание, но летела вперед уверенно, смело глядя в лицо страху.
Люмин гордилась ею.
Она гордилась всеми своими друзьями. Они действовали на пределе своих возможностей, но даже теперь, окруженные демонами, потрясенные воскрешением Синьоры и разрывом артерий земли, не сдавались.
Друзья нагнали Синьору у статуи Тысячерукого Стоглазого Божества. Она уже пересекала мост, и крепкие доски, противостоявшие непогоде и войнам десятки лет, занялись пламенем. С моря налетал штормовой ветер. Подхваченные им, огненные языки вздымались вверх, тянулись пылающими макушками в почерневшее небо.
Аякс взбежал по помосту у статуи и, вскинув лук, натянул тетиву. На кончике стрелы собралась энергия Гидро, такая мощная, что Аякс с трудом удерживал ее в руках.
— Вперед! — велел он. — За Синьорой!
Сяо обхватил Люмин за талию и метнулся в обход пылающего моста через обрыв. Под ними вспыхнула черно-зеленая полоса. Сердце Люмин пропустило удар, внутри все перевернулось — на миг они застыли над расщелиной, и под ногами бесновалось вздыбленное бурей море. Но вот Сяо сделал над собой усилие и перенес их вперед.
Люмин перекатилась через плечо, ободрала локоть, но тут же подскочила и бросилась следом за Синьорой. Вокруг нее ревели огненные стены. Пламя нещадно жгло обнаженную кожу, намеревалось перекинуться на жилые дома, где спали сраженные Кольцом Изнанки жители Инадзумы, но тут в воздухе просвистела, потрескивая от накопленной мощи, заряженная Гидро стрела. Небо разорвалось, и на мостовую опрокинулся водопад. Он усмирял свирепое пламя, не позволяя ему приблизиться к деревянным постройкам.
Люмин обернулась через плечо. Аякс все еще стоял на помосте, выпуская одну стрелу за другой, и его глаза горели неистовым огнем, а Глаз Бога источал свет — такой ясный, что казалось, будто сгустившаяся над Инадзумой тьма отступает.
Упругие капли, попадая на разгоряченную, пепельно-серую кожу Синьоры, с шипением превращались в пар, и это причиняло ей боль, замедляло ее.
— Это твой шанс! — прокричала Паймон.
Люмин стиснула рукоять клинка и метнулась вперед, но дорогу ей преградил демон. Она швырнула Гео колонну, но от неожиданности промахнулась, и демон, даже не обратив внимание на атаку, потянул к ней фиолетовые когти.
