тысяча и одно доказательство" за авторством Лунатика.
В участке мы просидели непозволительно долго, всё как обещал Дикий. Слишком много проблем требовалось уладить, начиная с моего "свидания" с Народным Ангелом на крыше небоскрёба и заканчивая нашим присутствием в Индустриальном районе во время спецоперации. Отмазка в стиле "Мы искали бар" не могла ответить на все интересующие вопросы полисменов. Господин Невайно — главный обвинитель Стограда — оказался ещё дотошнее и настырнее лидера Ассамблеи героев. Он до последнего отказывался верить в удивительное стечение обстоятельств, на которое упирали адвокаты доктора Алерайо. Конечно же, Юлиус позвонил им сразу, как только нас привезли в участок, наполненный мелкими злодеями и бандитами всех мастей. Спасибо, что не в Каменную Вечность! Капитан Республиканской гвардии, которому Дикий вверил нашу транспортировку, едва не "перепутал" направление после жирного намёка моего босса на бесполезность и полную несостоятельность сил правопорядка Стограда.
Невайно догадывался, что Электрик отнюдь не случайно оказался возле "Триумфа" именно в тот момент, когда Народного Ангела видели в последний раз. Дикий это знал наверняка, но что толку? В текущих условиях ни о каком полноценном следствии не могло быть и речи, у полисменов хватало других более злободневных забот. Разумеется, нас бы никто не стал судить за убийство Ангела, даже если бы мы признались. Наоборот — президент обещал награду спасителю Стограда. Но нужна ли она нам? Знал бы кто настоящую историю Париса, нас бы уже сегодня навечно закрыли в Вечности. В любом случае, расследование ещё будет, но сейчас можно позволить себе выдохнуть. Кошмар последних недель закончился, незачем думать о новом.
К трём часам ночи беспорядки в Индустриальном районе окончательно сошли на нет. Жестокие действия героев принесли закономерный результат — злодеи, рассчитывающие на подмогу Народного Ангела и оставшиеся без неё, не сумели долго продержаться. Мститель-разрушитель исчез, и пока правда о его судьбе не стала достоянием общественности, вся столица замерла в тревожном ожидании пылающего плаща в небе. Новостные каналы никак не комментировали его пропажу, словно боялись спугнуть удачу. Даже Дикий не выступил с речью, чтобы остудить напряжение. В долгосрочной перспективе действия Париса были выгодны Ассамблее. Бесчеловечный факт, но он принёс реальную пользу. Последний год выдался для героев мрачным, крайне мрачным, они понесли людские и репутационные потери, на фоне которых преступность Стограда разрослась до невиданных масштабов. Без кардинальных мер усмирить её было невозможно, и если бы не вмешательство Народного Ангела, президент никогда бы не дал карт-бланш силовому решению. Цель достигнута, но предсказать, во что всё это выльется, ещё тяжелее, чем ответить на вопрос — жив ли кот Шрёдингера или нет.
***
Покинуть участок нам удалось не раньше вечера. Так как опасаться больше нечего, вернулись мы не в бункер номер четыре, а домой, в особняк на берегу океана. На такси. Лендер уже не помнил времени, когда за рулём был не он, и его жутко нервировала манера водителя — экспрессивного южанина с лицензией на чужую фотографию — жаться к скалам при каждом повороте. Мы плелись так медленно, что я успела выспаться. Злость на Слона за угон машины, которая было притупилась, вновь дала о себе знать. "Цезарь" не подлежал ремонту, но он всё же был на ходу...
Спокойствие загородного посёлка завораживало. Словно другой мир. Никакого тебе шума, пылающих улиц, суеты, свиста пуль и жалобных криков в исполнении кандидатов на получение от года исправительных работ до десятка лет за решёткой. Мир и безмятежность начала августа. Летние сумерки, синий час. Время, когда свет балансирует на грани тьмы, день на грани ночи, а пёстрые цветы отдают весь свой аромат теплому вечернему воздуху. Так медленно угасает свет, так постепенно убывает солнце, и длинные тени трепещут, предвидя растворение в ночном мраке.
Час сна в машине лишь частично снял усталость после напряжения последних дней. Я мечтала выпить чаю, принять горячий душ, рухнуть в кровать и проспать минимум сутки.
Ну и день рождения у меня выдался! На всю жизнь впечатлений. Сотовый телефон остался в бункере, мне пришлось купить новый в киоске напротив участка, самой звонить маме и объяснять, почему я не могла ответить на её поздравления. О предстоящей свадьбе решила рассказать ей чуть позже, через неделю или лучше две. Сейчас я просто физически не в состоянии выслушивать её восторги и планы организации церемонии.
Флавиусу послала письмо на электронный адрес. Пока короткое и без шокирующих подробностей, но с твёрдым обещанием исправиться в самое ближайшее время. И показать фотографии. Нам с ним давно пора встретиться за чашечкой кофе.
Вытащив запасной ключ из-под кирпича возле сосны, Ленд отпер дверь, первым вошёл внутрь и цепким взглядом обвёл комнату. Всё тихо. Никаких незваных гостей, желающих принести меня Народному Ангелу, и никаких кошек. Каждая вещь на своём месте. Мы покинули дом чуть больше суток назад, но казалось будто прошла целая неделя. Или всего пять минут. Здесь всегда так — место без времени. В комнатах тот же безумный беспорядок, в воздухе привычно пахнет кедром и дикими розами из сада.
Юлиус поднял с ковра деталь от радиометра, задумчиво покрутил её и бросил обратно. Переступив через кипу бумаг, я тут же скрылась на кухне. Первым делом кофе, только потом всё остальное.
— Потеря Париса невосполнима, но полным провалом проект "20.20" назвать нельзя, — заключил доктор. — Я сумел излечиться от оборотной стороны супериора и остался в живых, на очереди Ленд. А потом... О-о, сколько возможностей нам теперь открыто! У меня сводит пальцы от желания заняться работой прямо сейчас! Графики, анализы, материалы наблюдений... Какой дурень сказал, что в Рай можно попасть, только умерев?
— С таким подходом к жизни, ты долго не протянешь, док, — без энтузиазма отозвался Лендер.
— Не будь пессимистом! Лучше сдохнуть, но в процессе сотворения великого, чем остановиться в развитии на уровне "ну я ж не дебил и ладно". Тебе, кстати, тоже некогда прохлаждаться.
— Да уберу я этот хлам! Не делай вид, будто он тебе мешает.
— Чего? Мусор? — Юлиус будто сейчас заметил проблему. — Пусть себе лежит. Я о вашей с Ники свадьбе.
— А что с ней? — Я выглянула из кухни с чайником в руках.
— Надо побыстрее с ней разделаться. Терпеть не могу большие сборища людей, кому-нибудь обязательно придёт в голову напомнить про генератор гроз. А если я услышу кличку Депрессяка...
Его пальцы непроизвольно заискрили фиолетовыми вспышками. По моей спине
