ГРАЖДАНЕ МИРА!
ВАШЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО ДЕРЖИТ ОТ ВАС В ТАЙНЕ СРЕДСТВО ПРОДЛЕНИЯ ЖИЗНИ В СЕМЬ РАЗ. ЕСЛИ БЫ ВЫ ПОЛУЧИЛИ ЕГО, ТО ЖИЛИ БЫ ВСЕМЕРО ДОЛЬШЕ. ВСЕМИРНЫЙ СОВЕТ И ВЫСШИЕ ЧИНОВНИКИ ПРОДЛЕВАЮТ С ЕГО ПОМОЩЬЮ СОБСТВЕННЫЕ ЖИЗНИ, ЛИШАЯ ЭТОЙ ВОЗМОЖНОСТИ ВАС. ВОТ ЕГО ФОРМУЛА.
Конечно, на бессмертную прозу это не походило. Дункан предпочел бы сочинить нечто более грамотное на досуге. Но, поскольку время поджимало, он остался доволен, что сумел хоть это из себя выжать.
Самым сложным и долгим занятием оказался ввод формулы в компьютер. Иммерман надиктовал ее по памяти, а потом компьютер по команде Дункана вывел формулу на экран. Дункан поправил кое-что и продолжил запись:
ГРАЖДАНЕ МИРА!
ВАШЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО ЛГАЛО ВАМ ТЫСЯЧУ ОБЛЕТ. НАСЕЛЕНИЕ МИРА СОСТАВЛЯЕТ НЕ ВОСЕМЬ
МИЛЛИАРДОВ, А ТОЛЬКО ДВА. ПОВТОРЯЮ — ДВА МИЛЛИАРДА. ИСКУССТВЕННОЕ РАЗДЕЛЕНИЕ
ЧЕЛОВЕЧЕСТВА НА СЕМЬ ДНЕЙ БЕССМЫСЛЕННО. ТРЕБУЙТЕ ПРАВДЫ. ТРЕБУЙТЕ ВОЗВРАЩЕНИЯ
К ЕСТЕСТВЕННОМУ РАСПОРЯДКУ ЖИЗНИ. ЕСЛИ ПРАВИТЕЛЬСТВО СТАНЕТ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ — ВОССТАВАЙТЕ! НЕ ДАЙТЕ УСПОКОИТЬ СЕБЯ ЛОЖЬЮ!
ВОССТАНЬТЕ!
ЛИЧНОЕ СООБЩЕНИЕ ДЭВИДА ДЖИМСОНА АНАНДЫ,
ОН ЖЕ ГИЛБЕРТ ЧИНЬ ИММЕРМАН. ЗАВЕРЕНО И ПЕРЕДАНО ДЖЕФФЕРСОНОМ СЕРВАНТЕСОМ КЭРДОМ.
Когда чиновники увидят имя Кэрда, они просто впадут в бешенство. И пускай. Пусть знают, что он жив.
— Прикажи повторить команду и сообщение, — сказал Дункан Иммерману.
Донесшийся из стенного экрана треск заставил его обернуться. Дверь в холл была выбита или скорее просто распахнута пинком. Сник дала предупредительный выстрел в пустой проем. Вряд ли они попытаются ломиться в дверь. Скорее всего они прорежут стену одновременно в нескольких местах и попытаются окружить Сник, зайдя одновременно в несколько комнат. Они будут осторожны — им ведь неизвестно, сколько обороняющихся на самом деле. Но и их поджимает время. Через десять минут после полуночи город оживет. Большая часть граждан прямо из каменаторов отправится спать, но рабочие и ганки первой смены выйдут на службу. Если хоть один из обитателей этих суперапартаментов выглянет на улицу, то немедленно известит ганков — если, конечно, его нимфовцы не пристрелят.
— Прикажи этому пульту больше не принимать никаких приказов ни от тебя, ни от кого-либо еще, — велел Дункан.
— Зет и а-у-т, — выговорил Иммерман.
— Это код отключения?
— Да.
Дункан еще раз брызнул Иммерману в лицо туманом правды и отнес советника на диван.
— Прощай, дед, — произнес он. — Ты заслужил каждую каплю тех неприятностей, в которые я тебя втравил. Лучше бы ты оставил меня в покое. Но я рад, что ты этого не сделал.
Он пробежал по коридору, подскочил к двери в свою комнату — та все еще была закрыта, но кодовая фраза отперла замок. Там Дункан еще раз опрыскал туманом Каре-бару, а затем позвонил на ближайшую станцию органиков.
— Тут несколько убийств, в комплексе Д-7 125-го уровня, — крикнул он, игнорируя отчаянные требования назваться. — Убийцы пытаются пробиться в квартиру! Быстрее! Они хотят убить нас!
Сержант побагровел от ярости. Уже пришло его время завершать дежурство и залезать в каменатор. Только в самых крайних случаях ему дозволялось забираться в чужой день.
— Ваше сообщение записано, — выговорил он. — Офицеры будут на месте через три минуты. Назовите номер вашего удостоверения! В чем дело? — И, глянув куда-то вбок, добавил: — Такая квартира не Значится в списках. Что вы несете?
— Квартира 7-Д, уровень 125, — повторил Дункан. — В списках ее, может, и нет, зато в доме — есть. Найти нетрудно. Быстрее же! Убивают!
Он отключил экран. Теперь участковый ганк попытается найти источник передачи. И ничего не добьется — командные цепи перекроют все возможные каналы поиска.
Дункан по очереди вывел на экран изображения всех комнат. В стене медпункта было почти прорезано отверстие; в стенке примыкающей к ангару кладовой уже зияла дыра. Но чтобы выйти из этих помещений, нападающим придется еще вырезать замки.
Дункан вызвал Сник.
— Встречаемся у входа в ангар. Они будут там через минуту! Если мы их не перехватим, они ворвутся в ангар!
Пантея оказалась у дверей ангара первой, поскольку Дункану пришлось задержаться, открывая двери столовой. Пробегая через коридор, Дункан увидел, как Сник стреляет в только что появившееся отверстие в двери кладовой. Раздался вопль.
— Скоро здесь будут ганки! — заорал Дункан. — Я вызвал их пять минут назад!
Единственным ответом ему послужили стоны.
Сник подошла к двери ангара. Она снова выстрелила сразу же после того, как вылетел замок, и вновь раздался дикий вопль.
— Ганки на подходе! — заорал Дункан. — Через пару секунд они будут здесь!
— Ну да, — после короткой паузы произнесла женщина с другой стороны двери. — Вызвал ты их, как же.
Ударивший в отверстие луч прожег дыру в противоположной стене.
Дункан на четвереньках прополз мимо двери, ниже уровня отверстия. По его сигналу стоявшая сбоку от двери Сник выстрелила еще раз, под углом. Дункан, приподнявшись, тоже выстрелил, но с другой стороны. Кто-то застонал.
— Да мне плевать, хоть весь мир рухни! — проревел Дункан. — Плевать и чихать! Я не шучу про ганков!
Он отошел на несколько шагов и подал короткую команду стенному экрану. Теперь на экранах в кладовой и ангаре появится запись его звонка в полицию. Жаль, что он раньше не додумался показать ее.
Из-за двери доносились тихие голоса спорящих. Может, уйдут, а может, и нет. Но если у них осталась хоть капля ума, они понесутся к лестнице со всех ног.
По сигналу Дункана Сник выбила дверь, потом отпрыгнула, пропуская его вперед. Выскочив на порог, Дункан дал очередь, но живых в комнате уже не было — только два трупа лежали на полу; одного разрезало почти напополам.
До полуночи оставалось десять минут. На экранах сверкало последнее предупреждение — не только для этой комнаты, но и для всего города. Ганки, должно быть, ругаются вовсю. Проигнорировать его вызов они не вправе, но мозги им промывали хорошо — невольное дневальничество нелегко им дастся. Если они вообще не запаникуют.
Дункан приказал единственному экрану, который не полыхал апельсиновыми буквами — на нем проигрывалась запись звонка в полицию, — открыть потолочный люк. Медленно разошлись створки, открыв звездное небо и впустив в ангар прохладный ночной воздух.
— Оставь пушку, — приказал Дункан, опуская лестницу.
Беглецы взобрались на крышу. Мосты и башни оранжево мерцали; завывали сирены. Створки люка, повинуясь приказу, сомкнулись ровно через шестьдесят шесть секунд.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
