«Требуется работник по прочистке канализаций. Сколько сделаете – столько и заплатим» – гласило первое объявление.
«– За бочку дерьма – один медяк», – прокомментировал ворон.
Роман хмыкнул и начал читать дальше.
«Нужны работники для добычи камня. Жилье. Питание».
«– Проще сразу продаться в рабство», – подсказал Чет.
«Ищу помощника для строительства домов и сараев».
«– Это уже поинтересней», – сказал Факелов, поправляя сползшую на глаза шапку.
«Помощь в уходе за женщиной в возрасте. Условия работы после разговора. Спросить Артура».
«– Туманное объявление», – равнодушно произнес Роман и побежал глазами дальше по неровным строчкам.
В конце каждого объявления указывалась улица и номер дома. Об оплате – ни словечка.
«На будущую весну требуются работники для посева зерновых».
Следующие два объявления были написаны заметно раньше других. Дешевая краска начинала опадать.
«Требуется торговец в продовольственную лавку».
«Требуется продавец для торговли тканями».
Роман вздохнул. «Везде одно и то же, – подумал он. – Самая паршивая работа – в объявлениях. Помню, еще мама жаловалась». Воспоминание о матери растеклось по груди неприятным холодком. Поморщившись, он двинулся прочь от трактира.
«– Ничего не выбрал?» – поинтересовался ворон.
«– Не из чего», – буркнул Роман.
Для себя в голове он окрестил испытания так: седьмое – «человек-животное», восьмое – «духовный вампир», а девятое – «возжелать». Сейчас Роман примерял все прочитанные объявления к этим выражениям. «В канализации я сам стану духовным вампиром, возжелать там нечего. А гадят люди ничем не лучше и не хуже зверей. Может только более целеустремленно. Связывать Путь с дерьмом – желания никакого, – размышлял Факелов. – Каменоломня – почти тоже самое…»
Не пройдя и полсотни шагов, Роман остановился. С довольной улыбкой, словно кот к миске со сметаной, он пошел обратно к корчме.
«– Придумал?» – спросил Чет.
Роман слегка пожал плечами. Подойдя к вывеске, он бросил на нее беглый взгляд и вернулся на дорогу. Пропустив красномордого детину, Факелов направился к бодро идущему деду. Пожилой мужчина вздрогнул и ускорил шаг.
– Подскажите, пожалуйста, – начал Роман.
Дед облегченно вздохнул и остановился.
– Где улица Дворцовая?
– Иди дальше по дороге. Первая улица будет Хлебная, потом Торговая, а уж за ней – Дворцовая.
– Длинные улицы?
– Через весь город тянутся, – с ноткой гордости ответил прохожий.
– Благодарю, – кивнул Роман.
Улицы тянулись с юга на север, ярмарка находилась в центре города, с легким смещением к востоку. Трактиры стояли почти на каждом пересечении улицы с поперечной дорогой. Роман, привыкший к почти хаотичной расстановке домов и беспорядочному пролеганию улочек, удивлялся «правильности» города. Все улицы соединяли между собой три основных дороги: центральная, по которой он сейчас шел, северная и южная.
Центральная пролегала через площадь с ярмаркой. Южная начиналась от восточных ворот, а третья дорога проходила мимо дворца и впадала в западные ворота, сдвинутые ближе к северу.
«– А что там на Дворцовой?» – снова спросил Чет.
«– Дворец, наверное», – легко ответил Роман.
Факелов бросил взгляд на дом – «Хлебная, 83». Перейдя через широкую улицу, где легко разъедутся две королевские кареты, Роман посмотрел на торец дома напротив – «Хлебная, 84». Ему была нужна «Дворцовая, 36». На всех улицах, через каждые полсотни шагов, виднелись красиво срубленные, с широкой треугольной крышей колодцы.
День не так давно перевалил за середину, потому большинство прохожих были либо дети, либо старики, либо пьяницы.
На пересечении центральной дороги и Торговой улицы раскинулся постоялый двор. Хозяин явно не бедствовал. С обеих сторон трехэтажного дома возвышались сараи, в которых многие не побрезговали бы жить. Из одного из них раздалось конское ржание. Возле стоявшего посреди двора колодца возились двое мальчишек, а на крыльце курил трубку седобородый мужик. Роман решил, что ужинать и ночевать придет сюда.
Видимо, на Дворцовой дома и дворы были побольше. На торце терема значилось всего лишь число 51. Факелов свернул налево и, убедившись, что номера идут на уменьшение, снова ускорил шаг.
С первого взгляда становилось ясно, что хозяева кичатся богатством и положением. Каждый старался выделиться, показаться зажиточнее соседа. У одних Роман заметил колодец с ручкой из серебра.
«– Либо недавно поставили, либо хорошо охраняют, – заметил Чет. – Воры такого не прощают».
Роман хмыкнул.
«– Их же соседи и наймут воров, – сказал он. – Простой люд сюда вообще не суется, наверное».
«– Если только поработать».
Факелов прошел оставшиеся три дома и приблизился к резной, покрытой лаком калитке. Влево и вправо тянулся каменный, раскрашенный затейливым узором забор. Роман толкнул калитку, та бесшумно отворилась. Факелов зашел во двор и огляделся. Слева возвышалась запорошенная снегом беседка, а рядом с ней располагался обложенный камнем небольшой пруд. Сейчас его покрывала толстая корка льда. Справа стояла тройка деревьев, накрывающая голыми ветвями роскошную лавку. Чуть дальше за ними виднелся колодец. Двор пустовал, и Роман двинулся по расчищенной плиточной дорожке.
«– Неплохо живут», – равнодушно произнес ворон.
Факелов остановился у обитой кожей двери и дернул за веревочку, которой впору обвязывать волосы принцессе. Раздался едва различимый перезвон. Через полминуты, когда Факелов хотел позвонить вновь, дверь распахнулась.
Глава тридцатая
– Я к Артуру, – сказал Роман смуглому мужчине лет тридцати.
– По поводу работы? – усмехнулся тот.
Роман кивнул, хотя так и не понял причины веселья.
– Заходи, я Артур. Ты не первый, кто пришел, но, надеюсь, последний, – сказал мужик, протягивая руку.
– Роман, – представился Факелов. – Я тоже надеюсь.
– Сразу предупреждаю, работенка нервная и своеобразная.
– Привыкну потихоньку, – улыбнулся Роман.
Артур покачал головой.
– Я тут с пяти лет тружусь – и не привык. А раньше проще было, – значительно проговорил он. – А сейчас помощник понадобился. Вдвоем с женой не справляемся.
– А что так?
– Старуха сварливая. Да ты сильно не вникай, может она тебя не примет еще, – сказал Артур. Затем махнул на вешалку и добавил: – Шубу-то повесь. И мешок с оружием оставь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
