Вдалеке показалась темная точка. Большой, серый с белой грудью, пес мчался к нему во весь опор, держа в зубах выгоревшую до белизны пилотку. Присев, Ладов забрал у него головной убор и с грустной улыбкой потрепал по холке. После чего надел пилотку, отдал воинское приветствие знамени и, оглядевшись, ткнул пальцем в произвольное место, благо плац, почти везде, был одинаковыми.
— Тут… — в указанной точке возник, лихорадочно озираясь, «Осколок» в облике Ликтора, — Ну что? Поговорим?
— Хочешь поговорить? — «Осколок» замялся, продолжая вертеть головой и оглядываться, словно ища что-то, — Думаешь договорится со мной? Это разумно. Я могу дать тебе…
— Что..?
Ладов щелкнул пальцами и в них материализовалась уже прикуренная папироса. Глубоко затянувшись и подавив кашель, он прислонился спиной к флагштоку и сполз на теплый бетон. Пес, крутившийся рядом и потявкивающий на «Осколка», лег рядом, положив голову ему на колени.
— Ты так и не ответил…
— Я могу дать… — «Осколок» так и не мог найти, за что зацепиться, — Всё…
— Конкретнее…
— Я всемогущ!
— Учитывая, как быстро мы раскатали тебя и твое шапито, так себе «всемогущество», как по мне. Это уж не говоря о том, что ты своих «шестерок» ни в грош не ставишь. И не верти башней — отвинтится. Тут все равно нет ничего, что ты ищешь. Ни слабостей, ни амбиций, ни вины. Я это, уж извини, перерос. Буран вот есть, Родина есть… Всю не стал показывать — флагом ограничился. А, главное, больше, чем у меня уже есть, ты мне предложить не сможешь. Никто не сможет…
— Я могу вернуть это животное.
— А Буран меня и не оставлял. Он со мной навсегда и другого мне не надо. И Родины мне другой не надо. Хотя, ты, наверное, и не знаешь, что это такое..?
— В таком случае, — тело «Осколка» засветилось, обдавая все вокруг жаром, — Придется использовать тебя против твоего желания.
— Утухни… — Ладов стянул с головы пилотку и швырнул в «Осколка», которого ей прибило словно бетонной плитой, — Я тут хозяин и, без моего разрешения, ты и шагу здесь не ступишь.
— Да что ты за тварь..?
В голосе «Осколка» впервые прорезался намек на эмоции. Он с трудом выбрался из под тяжелого, словно танк головного убора и начал отползать с ужасом и удивлением от того, что умеет испытывать ужас, глядя на Ладова.
— Высший хищник мира смерти… Ты думал, что сможешь явится сюда, на мою землю и начать свои порядки устанавливать? — сделав затяжку, Ладов по волчьи оскалился, — Только хер ты угадал.
Тщательно затушив окурок, он, по привычке, убрал его в карман снаряжения и отдал псу команду: «Буран — держать!» Пес оскалился и, кинувшись вперед, с рычанием уперся «Осколку» лапами в грудь, демонстрируя свои зубы всякий раз, как тот пытался пошевелиться.
— Молодец, — Ладов закрыл глаза и вынырнул в реальность, — Молодец…
— Не понял, — дернул ухом Оперативник, — Повторите?
— Молодцы, говорю, парни… Чисто сыграно. Как по нотам… Где там остальные?
— Сейчас развалят недобитков и подтянутся…
— Хорошо…
* * *
Безвольно обмякшее тело Ликтора вздернули на ноги и поволокли к точке встречи, где их уже ожидал Старпом, который, увидев добычу, зааплодировал.
— Вынужден извинится за свое недоверие. Можно поинтересоваться — сколько раз вы имели дело с чем-то подобным?
— Как верно заметил один из моих парней: «Нас с нормальными беседовать не посылают». Работа у меня такая — дурных учить. Открывайте проход.
Следуя за Старпомом, отряд оказался в его укрытии. Бойцы доволокли Ликтора до зала с установками, где их уже ожидал Земцов. Эффект от «Тени» еще держался, но, даже по тому, как видимое вместо него облако темного дыма двигалось и жестикулировало, становилось понятно, насколько профессор возбужден.
— Я, смотрю, вы успели что-то найти?
— О, да… Мы, похоже, сделали открытие, которое перевернет наше представление о мире до Катаклизма!
— Это все прекрасно — пациента куда?
— Не знаю — думаю надо спросить у гражданина, который придумал делать из него батарейку.
— Так — что с ним дальше делать? — Ладов обернулся на Старпома, — Как из него энергию отжать?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Убить…
— Люблю простые решения. Но зачем его тогда было подавлять? Можно было сразу положить, без этого всего.
— Да. И он бы перескочил в другой носитель. Который надо было бы еще найти. Или выкинул еще какую-нибудь подлость.
— Интересно. А сейчас?
— А сейчас, будучи лишенным воли и ведомый только инстинктами, насколько это слово применимо к таким созданиям, он выберет ближайший носитель адекватной емкости. То есть — один из этих конденсаторов.
— И как мы поймем, какой именно?
— Я же сказал — ближайший. Так что кончать его надо в том углу. С торца конденсаторной батареи. Я тут уже приготовил тесак. Кто умеет рубить головы?
— А почему просто не пристрелить?
— Потом объясню. Желающие есть? Нет? Ладно — тогда я сам.
Оттащив Ликтора в угол и проверив заточку тесака, Старпом отточенным ударом обезглавил жертву и все присутствующие почувствовали характерный запах как после грозы. На полосе, нанесенной на боку одного из конденсаторов, проступила надпись.
— Это что-то значит? — поинтересовался заметивший изменение Ладов.
— Судя по всему, сигнализирует о его зарядке. Я, честно говоря, не знал про наличие индикации, но если она еще работает — это хороший знак. Умели же раньше делать надежные вещи…
— Как его теперь снять?
— Тут есть замки, думаю надо их отстегнуть и он вынется.
— Сколько в нем веса?
— Пара тонн, как мне кажется.
— Мы можем загнать сюда погрузчик?
— Без проблем…
— Тогда доставим эту штуку на корабль и, пока с ней разбираются, закончим остальные дела.
— Я, кстати, подумал над предложением насчет Архива.
— И?
— Я организую вам доступ туда, вы мне организуете доступ в Реликварий.
— Что вам там надо?
— А что вам надо в Архиве?
Вместо ответа, Ладов достал из внутреннего кармана список и протянул Старпому. Оперативник, поколебавшись, сделал тоже самое. Старпом, не ожидавший такой откровенности, хмыкнул и пробежав оба списка глазами, удивлено хмыкнул.
— Не перестаете меня удивлять. Зачем вам это я даже спрашивать не буду — все равно не ответите.
— Потому, что сам не знаю. Но ученые, когда этот список составляли, чуть не подрались.
— Только сразу предупреждаю — Хранитель Знаний вряд ли позволит вам что-то вынести.
— Мы скопируем.
— Хорошо… Подождите меня здесь. Я попробую поторговаться с Уеманусом.
— Попробуете?
— Да. Думаю, мое предложение его заинтересует.
— Что вы собираетесь ему предложить?
— «Осколок». Дело в том, что он, как я уже говорил, это информация и энергия. Энергию мы используем, а вот от информационной составляющей надо избавится. Объяснять долго — просто поверьте.
— Архивариус может её уничтожить?
— Информация неуничтожима, но тут как с едой. Вот съели вы кого-то? Вещества, из которых он состоял, не уничтожены. Какие-то вы усвоили и они стали частью вашего организма, какие-то ушли в канализацию и напитали других существ. И, в общем и целом, этот кто-то, остался в круговороте природы. Просто по частям. Но как единый организм и личность уже не существует.
— Архивариус его сожрет?
— Что-то вроде того. А из головы сделает подсвечник. Любит он мастерить.
— А как вы собираетесь доставить ему эту «информационную составляющую»?
— Я не просто так настаивал на декапитации, — Старпом указал на отрубленную голову, — И носить её проще, чем тело целиком.
— То есть он там, в мозге?
— Пока да. Так, что, стоит поторопится, пока мозг свежий. Я покажу Архивариусу эти списки, вы не против? Просто Уеманус имеет пунктик насчет секретов и мне будет куда проще с ним договорится, если он увидит, что вас не интересует Вечность или подобные вопросы.
— Разумеется. Последний вопрос — как вы собираетесь туда проникнуть? На планах есть тоннель, но он, судя по всему, замурован, хотя я не очень понимаю, почему?
