- Гребите, леди, гребите.
Мы справимся.
Через несколько минут они оказались у кромки тумана, и хотя акула кружила над ними, она не досаждала им. Как только они оказались за туманом, они почувствовали, как тяжесть свалилась с их груди, и им стало легче дышать. Трепет и тоска, которые они испытывали, исчезли. По дороге встречались тела, некоторые цеплялись за куски дерева или стулья, но все они были замерзшими, мертвыми и покрытыми инеем. Люди, твердые как лед, сталкивались со спасательной шлюпкой.
Женщина, сидевшая на шатком столе, издала слабый стон. Она была так далека от жизни, что не могла поднять ни рук, ни ног, но скользила почти замерзшими глазами по лодке и беззвучно умоляла помочь ей.
Они остановились рядом с ней и осторожно подтащили ее к лодке.
Несколько женщин упали в обморок, и все на борту закричали, когда ее замерзшая рука отломилась выше локтя, когда ее поднимали на борт. Посмотрев на место, где была ее рука, она не почувствовала боли, так как онемела. Женщины пытались понять, что произошло.
Хемминг наложил жгут на руку на случай, если она отогреется, но он не думал, что она выживет.
Он покачал головой:
- Я не знаю, что еще я могу сделать. Возможно, будет лучше, если она никогда не проснется от той боли, которую почувствует, когда… если согреется.
Перкис кивнул и положил руку и кисть на дно лодки под сиденье. Пока они гребли за туманом и ледяным полем, они оплакивали положение женщины, но забыли о Фризе, Смите, Комптоне и Эверетте, как будто их никогда и не было. Вместо этого они сосредоточились на десяти других людях, которых они вытащили из воды и которые остались живы в лодке.
Шестеро из них, спасенных из моря, выживут.
Хотя Мэдди Астор ничего не помнила об акуле и погибших мужчинах, она сохранила румянец на щеках, пока они с мистером Перкисом командовали спасательной шлюпкой, и у нее была не только цель, но и люди, от которых зависело, что она будет логически мыслить и действовать быстро и решительно. Возможно, дело было в беременности, но миссис Астор сияла, ее голос больше не был кротким и тихим, и она доверяла своим суждениям.
Некоторые умерли.
Некоторые возродились.
Глава 12: Шлюпка В
Разборную лодку В так и не спустили на воду, так как не было времени. Корабль все глубже погружался в воду, и вода, в свою очередь, захлестнула палубу, освободив шлюпку так, что она приземлилась прямо на Гарольда Брайда. Он вцепился в сиденья, боясь, что его затянет вниз, когда корабль погрузится в свою могилу.
Когда труба обрушилась, придавив множество людей, поднялась волна, которая смыла опрокинутую шлюпку и Брайда прочь от опасности и в середину сотен утопающих, пытавшихся найти выход из моря. Офицеры Лайтоллер и Уайлд нырнули с палубы как раз перед тем, как судно ушло под воду. Когда труба упала и вызвала большую волну, их отнесло почти на двести футов от обломков.
Лайтлер добрался до шлюпки B и обнаружил Брайда, выползающего из-под шлюпки.
- Рад тебя видеть, Брайд, - сказал Лайтколлер, принимая командование, - нам нужно забраться в шлюпку и выбраться из этой ледяной воды. Поторопись.
Брайд и Лайтоллер поднялись на борт. Они вытащили на палубу "Титаника" кока, пекаря, стюарда и машиниста. Лайтоллер огляделся по сторонам:
- Вы видите Мердока? Где Уайлд? Где капитан?
Джеффрис из третьего класса поднялся на борт:
- Мой спасательный жилет разваливался на части, и мистер Мердок, там, в воде, снял свой собственный и застегнул его на мне.
Он спас мне жизнь.
- Мердок, - крикнул Лайтколлер. В такой холодной воде человек оцепенеет и не сможет плыть; у Мердока было меньше пяти минут, прежде чем он утонет. Лайтлер уделил драгоценную секунду тому, чтобы с благодарностью и сожалением подумать о своем товарище.
- А Уайльд?
Следующий человек пролил свет на местонахождение первого офицера:
- Я видел, как мистер Уайлд плыл, но далеко не ушел, и он бормотал, что ему холодно.
Я слышал выстрел, сэр; я ничего не видел и не знаю. Если он воспользовался пистолетом, я не назову его трусом, сэр, а скажу только, что он выбрал более быстрый путь на небеса, чем остальные бедолаги в воде.
Они подняли на борт еще несколько человек, всех классов. Когда их стало больше тридцати пяти, Лайтоллер с грустными глазами и унылым видом негромко сказал, что они не могут взять больше ни Мердока, ни Уайлда, ни капитана.
- У нас нет выбора. Если мы возьмем на борт еще кого-то, мы все погибнем.
Его работа заключалась в том, чтобы спасти как можно больше людей.
Он готов отдать за них свою жизнь.
- Это был не капитан Смит, сэр. Я видел, как он гордо стоял на мостике, и так и остался там, как настоящий капитан. Он чуть не пошел ко дну вместе с ней, сэр, но в последнюю секунду нырнул в холодную воду.
Лайтоллер, человек, не склонный к эмоциональным вспышкам, тем не менее, вынужден был протереть глаза. Он приказал мужчинам грести руками, поскольку, если все пловцы ухватятся за перевернутую шлюпку, они упадут в воду и погибнут.
Вокруг них люди умоляли о помощи. Душа Лаитоллера болела от того, что он не помог им.
- Мне очень жаль. Мы не можем взять больше людей. Мы найдем другую шлюпку и отправим их на помощь, - сказал Лайтоллер.
Мужчина, замерзающий в воде, ответил:
- Я понимаю.
Удачи тебе, парень, и да благословит тебя Господь.
Лайтлеру вдруг почудилось, что человек, который только что говорил, был капитаном Смитом.
- Капитан? Капитан Смит?
- С Богом.
Голос был еще дальше.
Лайтоллер понял, что это был его капитан. Он стоял на перевернутой лодке и плакал.
Мистер Грейси плакал беззастенчиво. Его отец был бригадным генералом армии Конфедеративных Штатов и участвовал в битве при Чикамауге. Он погиб во время войны в Виргинии, и мистер Грейси как раз закончил писать книгу о своем отце и кровавой битве. В качестве развлечения он оставил семью дома, совершил грандиозное турне по Европе и уже собирался вернуться домой в Алабаму, когда на корабле произошла трагедия.
В ту ночь он проводил одиноких дам к спасательным шлюпкам, помог Лайтхолдеру удержать мужчин, которые хотели захватить шлюпки, убедил Лайтхолдера разрешить тринадцатилетнему мальчику сесть в спасательную шлюпку, перерезал канаты, удерживающие разборные шлюпки, и многое другое.
Когда корабль затонул, он ухватился за лестницу, и его потянуло в глубину. От давления воды у него заболели уши. Он отпустил руки, схватился за уши, вынырнул на поверхность и нашел ящик, за который цеплялся, пока не добрался до перевернувшейся шлюпки. Он не знал, как ему удалось выжить до сих пор, и боль была такой невыносимой; он задавался вопросом, было ли это тем, чего он хотел.
- Брайд, был ли послан сигнал QED? Кто-нибудь ответил?
- Да, мистер Лайтоллер. Он был отправлен, как и было приказано. Мы получили много ответов, сэр. "Карпатия" находится ближе всех и будет здесь примерно через четыре часа.
- Четыре? - Лайтоллер снова чуть не заплакал от отчаяния. Как он мог убедить этих людей продержаться так долго?
Заставив себя сосредоточиться на ситуации, он разработал план так, чтобы все оказались лицом к корме и выстроились в две колонны. Им было приказано противостоять волнам, работая ногами в унисон. - Пусть мы не выйдем сухими из воды, но мы выживем.
- Сконцентрируйтесь, как сказал мистер Лайтоллер, - подбадривала Грейси.
Джек Тайер, которому было всего восемнадцать лет, с облегчением вздохнул, оказавшись в спасательной шлюпке: он не ожидал, что выживет, когда стоял на палубе в компании более тысячи человек и слушал, как оркестр играет вальс.
В основном люди вели себя спокойно. Пассажиры первого класса спокойно сидели в шезлонгах, второй класс собирался небольшими группами, а третий бесцельно слонялся по палубе. Священника окружало около сотни человек, которые слушали, как он проводит последние обряды.
