- Так, может быть, не будем трепыхаться и перейдем в новое качество вместе с Природой? - зловеще предложил Лон Дайк.- Против природы не попрешь. Посмотрим - что там да как там, да кто мы такие.
- Вам хорошо говорить, у вас нет детей, и вы и так одной ногой уже там, в новом качестве,- резко ответил ему Капельцын.- Мы должны заботиться о человечестве, как о своем зоологическом виде. Вот и все.
- Ах, заботиться о человечестве!
- Да, ах, заботиться о человечестве. Все остальное побоку, кто мы такие да куда мы идем - меня не интересует. Надо использовать единственный шанс продолжать работу. Navigare necesse est, vivere non est necesse. Вам перевести с латыни?
- Не надо.
- Переведите для меня,- попросил я.
- Мореплавание необходимо, сохранение жизни необязательно,- перевел Капельцын.
- Вы правы, профессор. Но все равно ничего не выйдет,прокаркал Лон Дайк. И добавил, снимая налет безнадежности: - Но все равно что-то надо делать.
Лон Дайк встал и пожал Капельцыну руку. Отношения бессмертных между собой иногда бывали напряженными, но до раздрая ни разу не доходило - что бессмертным делить?
КСТАТИ.
ЛЮБИМЫЕ ЛАТИНСКИЕ ИЗРЕЧЕНИЯ АКАДЕМИКА КАПЕЛЫДЫНА.
Записать и выучить. Вообще, неплохо бы подучить латынь.
Memento - Помни.
Memento mori - Помни о смерти.
Memento vivere - Помни о жизни.
Memento servitudinem - Помни о рабстве.
Memento patriae - Помни о родине.
Memento, quia pulvis es - Помни, что ты прах.
ОПЯТЬ ФУТБОЛ.
ВЫБОР ОСНОВНОГО СОСТАВА К ФИНАЛЬНОЙ ЧАСТИ ЧЕМПИОНАТА ВСЕЛЕННОЙ.
Давно не писал в "Отчетах" о наших футбольных сражениях. Они продолжались своим чередом, но у меня не было ни сил, ни времени вникать в подробности тренировок и посещать матчи. Мне просто докладывали о том, что происходит в конюш... это была уже не конюшня, а спец-команда СОС для проведения решающей операции "Белая Ночь".
Даже перед обычной игрой Лобан нервничает, не может определиться с составом. Тренер, как гадалка, приглашая игрока, должен видеть линию его жизни в команде. Мучительно выбирает. Наконец, перед обедом называет состав, но некоторые, пробудившись после "мертвого часа", узнают, что они теперь уже в запасе, на полигон же выходит третий вариант, и лишь по ходу матча, заменив игроков, Лобан возвращается к первоначальному замыслу, который самым правильным и оказался,- т. е. победным. Что уж тут говорить о подборе спец-отряда для спасения Вселенной!
Наверно, надо верить своему первому впечатлению.
Лобан знает, что нужно тому или иному игроку,- знает лучше самого футболиста. Заглядывает в комнату Брагина, тот лежит, отдыхает.
- Давай, Брага, вставай, сколько можно лежать?
Но тут же в коридоре увидел фон Базиля: - Чего ты все ходишь? Иди полежи.
Лобан думает в движении, ему не лежится и плохо сидится, мысли нужно разболтать в голове. Когда он говорит: "Пойду пройдусь", значит, он пойдет думать.
- Пойду пройдусь.
Он избегает ходить по людным улицам, но если уж ему приходится идти,- к примеру, в магазин за яблочками, морковкой и хлебом,- то он идет в глубокой задумчивости, сгорбившись, опустив голову и втупив глаза в асфальт. Но он ни о чем не думает. Он идет, как дезертир сквозь строй. На него все смотрят, оглядываются, тычут пальцами, забегают сзади, чтобы заглянуть в лицо, пытаются взять автограф. Он знаменитость, а все знаменитости и есть дезертиры с людных улиц.
При переездах и перелетах, в автобусах и вагонах, в переполненных космопортах и на вокзалах Лобану тоже несладко.
Это тяжело, по себе знаю - хоть я не столь знаменит, но тоже хожу по улицам, не вертя головой по сторонам. Случается, на меня нагло набрасывается какое-нибудь ошалевшее тиффозное Неуважай-Корыто (или, наоборот, робко подходит охрипший от уважения незнакомец) и начинает советовать, какого игрока поставить на очередную игру. Первых я тут же посылаю куда надо, а вторым вежливо объясняю, что они меня с кем-то спутали.
Но я о Лобане. Он пошел пройтись. Ему надо подумать над основным составом. Он еще не знает, что его ждет. Он не знает, что Матч Смерти продан Хаиту на корню. Лучше бы никогда не узнал.
ЧТО МЫ ИМЕЕМ.
Состоялось совещание по составу. Кто остался в конюшне?
У нас никого не осталось. Молодая, настоящая конюшня - у Хаита, другие - в спец-отряде, их нельзя задействовать. Остались старики. И сопляки. Лобан должен выбирать из них.
Я уж отведу душу перед концом света и вспомню старичков. (Молодых, которых пробует Лобан, я плохо знаю.)
ИРАКЛИЙ ТОРРИЧЕЛЛИ. ТОРРО.
Торричелева пустота - это не о нем, Ираклий к ней ни при чем. Великий игрок.
У громадного Ираклия мышцы ног очень мощные, а маленькая стопа (размер обуви 38) позволяет ему бить по планете почти без замаха, резким.щелчком - в этом секрет его страшнoro удара. В "оборотне", когда все раздваиваются, Ираклий безукоризнен, но продолжает задумываться в "спокойные" моменты игры.
БАЗИЛЬ ФОН БАЗИЛЬ. Просто БАЗИЛЬ.
Под стать Ираклию. Хотели было заменить Ираклия на фон Базиля, но сейчас об этом и речи нет. Будут играть оба - волнолом и чистильщик - у нас нет игроков их класса.
МАКАР.
О нем я много писал. Еще напишу. Счастливый человек Макар. У него словно нет нервов. "Какая разница кого обыгрывать? Федералы так федералы". Всегда бутылка с брютом за рамкой. Какой-то любопытный зарамочный фужер - из тех, кто сшивается там с фотоаппаратом,- подобрался к бутылке, хлебнул и чуть не скис от оскомины. Все голкиперы употребляют по ходу матча что-то взбадривающее - кофе или чай, немного алкоголя или марихуаны. Макар же прикладывается к брюту. Еще бы, когда лично в тебя целятся из 500-тонной дуры-мортиры и стреляют зажигательным 200-калиберным снарядом, который ты должен взять или отразить, надо взбодриться. Капитан команды и единственный человек в конюшне, в котором я уверен на все сто. Играет просто и надежно, без фокусов, так и надо. Всегда в серой поношенной кепке с антифотонным козырьком и со всевидящей пуговицей на макухе. Наверно, и спит в кепке.
Рассудителен, молчалив, но может на любом полигоне корректно, не нарываясь, потолковать с арбитром, умеет дать краткое и толковое интервью фужерам, произнести тост на дипломатическом приеме. Арбитры, тиффози, все, даже английская королева, его уважают. Профессиональный недостаток (если это можно назвать недостатком голкипера) - нервничает в рамке, когда ему бьют пенальти. Нужны ли все эти качества для нашей сантехнической спец-операции? Да. Но Макар - голкипер, а не виртуозный технарь-оборотень, как Племяш.
У нас нет хорошего второго вратаря. Жаль, что продали Чайника Ханту!
РАФАЭЛЬ ОФОНАРЕЛЛИ. ФОНАРЬ.
Я уже писал о нем. Будет играть. Часто будем играть от него, от Фонаря.
ВАН ДЕР СТУУЛ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
