где ее бывший обнимает «какую-то женщину». Она даже обратилась ко мне напрямую и предостерегла меня от отношений с ним.
«Чего ты сейчас от меня ждешь?» – написала я Адриану в два часа ночи и не получила ответа. И только сейчас, примерно десять часов спустя, мой телефон вибрирует, и я сразу отрываюсь от работы, чтобы прочитать сообщение.
Ну что ж, единственный вариант – расстаться со мной.
Он хочет свести меня с ума.
Стиснув зубы, я пишу Мелли и Лорну, не захотят ли они потратить обеденный перерыв на «кризисное заседание».
Через минуту я получаю от обоих согласие и очень благодарна им – ради меня они покинули рабочие места и решили, не задавая лишних вопросов, просто быть рядом.
Мы встречаемся у Лорна, потому что в его кабинете никому не помешаем. Мелли садится на подоконник у широко открытого окна, Лорн поворачивается к нам на своем стуле, а я стою посередине, как третья вершина треугольника.
– Речь о Сперлинге, – объясняю я, хотя они наверняка уже догадались. – Нас видели вместе.
Произнести эти слова было ужасно – я будто только что позволила всему этому стать реальностью.
Мелли хватает ртом воздух.
– Пока мое имя еще не узнали, но…
Остальное я не скрываю, ведь вполне возможно, что мои дни здесь, в издательстве, сочтены.
Я принесла с собой журнал и теперь сначала вручаю его Лорну. Он коротко смотрит на него, а затем переводит взгляд на меня:
– Не может быть! Адриан Шербурн? А на фото ты? Я вчера уже видел его в интернете, но не обратил внимания, что… черт… Ты хочешь сказать, он Брин Сперлинг?
– Уж не тот ли это Адриан Шербурн? Дай посмотреть!
Мелли протягивает руку, и Лорн пододвигается вместе со стулом, чтобы передать ей журнал.
– Послушайте! – испускаю я стон. – Откуда вы все знаете, кто он такой? Даже Челси его знает.
– Подожди, а ты этого не знала?
Лорн ошеломлен не меньше, чем моя соседка по квартире.
– Нет! Похоже, я единственный человек в мире, который никогда не был его поклонником.
– Я тоже на него не подписана, – кивает Мелли. – И я бы его не узнала, мне известно только имя. Ты рассказала об этом Челси?
– Я была обязана это сделать.
Сегодня я ее еще не видела и надеюсь, это означает, что пока она не собирается ничего предпринимать.
– Теперь она знает, и я все еще здесь. Это уже хорошо, правда?
Увы, «хорошо» в моем положении – это очень относительная оценка.
– Люди, этот парень – одна из причин, по которой я стал SMM-менеджером! – Лорн, похоже, все еще не может в это поверить. – Он так долго был моим кумиром! Остроумный, проницательный, умный. Пока они не начали выступать парой, он был очень хороший инфлюэнсер. И даже потом в нем всегда было что-то гениальное. Неудивительно, что он умеет писать!
– Никогда не смогла бы заниматься таким бизнесом, – бормочу я и, поймав взгляд Лорна, быстро добавляю: – За исключением, конечно, букфлюэнсерства[9].
В памяти, помимо моей воли, всплывают фотографии, которые я успела увидеть. Очень часто Аманда и Адриан публиковали записи, которые некоторые журналисты-сплетники критиковали как слишком чувственные. Есть видео, где они страстно целуются. Они опубликовали сцену помолвки в деревянной хижине у бирюзово-голубых вод ямайского пляжа и отвечали на десятки очень интимных вопросов фанатов о своих отношениях.
Огромный клубок противоречивых чувств давит меня изнутри: во-первых, тот, кто изображен на этих стильно подобранных фото, – это не мой Брин. И все же он будто меня предал. Хотя то время в его жизни давно закончилось.
Я пытаюсь сосредоточиться на «здесь и сейчас», на своей главной задаче – выяснить, как я могу разобраться с ситуацией и что я для этого должна сделать. Моя работа и моя любовь сейчас на грани срыва, и я сама оказалась очень близко к краю пропасти.
– А вот что его бывшая сказала об этой фотографии…
Выкрутив звук телефона на полную мощность, я включаю видео со страницы Аманды.
«Многие пишут мне из-за этой фотографии… Спасибо вам за ваши добрые слова и сочувствие. Со мной все в порядке, вы знаете, что я пережила трудные времена, но сейчас меня это не ранит. Только огорчает. Грустно, что Адриан снова причинит кому-нибудь боль. Что какая-то женщина опять в него влюбится. Кем бы ты ни была, если ты слышишь меня, хочу сказать тебе – держись от него подальше. Не ради меня, а ради себя. Он может казаться таким привлекательным, таким совершенным… Но под этой маской он не более чем человек, который всегда думает в первую очередь о себе. Возможно, ты думаешь, что выиграла джекпот, но на самом деле рядом с ним ты можешь только проиграть».
Тут я ее выключаю. Обращение Аманды ко мне на этом заканчивается, хотя она продолжает монолог еще три минуты. Я его выучила уже почти наизусть.
– Вау. – Лорн смотрит на меня с сочувствием.
Мелли переводит дыхание и складывает журнал так, чтобы мы не видели фотографию.
– Адриан не пытался объясниться. В отличие от меня он просто позволил, чтобы все это с ним произошло.
Я колеблюсь. Потому что понимаю: они подумают, будто я отчаянно пытаюсь объяснить все это ошибкой, ведь мои чувства не допускают ничего другого. Тем не менее мне очень нужен их взгляд со стороны, чтобы укрепить свою теорию. После первого смутного «а что, если?..» она все настойчивее и настойчивее проникала в мое сознание, и теперь я почти уверена в правильности своего предположения.
– Я считаю, что все это одна большая ложь. Фейковые новости, распространяемые с целью ему навредить.
– Ради тебя я бы очень хотела, чтобы так и было. – Уже один мягкий тон Мелли не оставляет сомнений: она не думает, что это возможно.
– Не хочу тебя расстраивать, но видео с Фэй не выглядит фейком. Есть ли какие-то основания для таких подозрений?
Понятно, что Лорн настроен более чем скептически, но его вопрос – идеальное начало для моих аргументов.
– И даже несколько! Его книга о парне, на которого клевещут, и это приводит к ужасным последствиям. Кроме того, разрыв с Амандой был для него шоком – вероятно, она не доверяла
