десятка людей... и мы могли бы их спасти. Всё равно у сульфарцев не осталось ничего, что могло представлять для нас хоть какой-то вред. Но этот приказ...
— Паршиво.
— Угу. Вильям, ты, это... прости, что я тут вспылила. Просто... Просто уже один раз обожглась и...
— И решила, что я решил найти себе очередное развлечение вдали от своей суженной? — с тихим смешком спросил Форсетти.
— Что-то вроде того. А этот проектор...
— Почему ношу его с собой?
— Да.
— Честно говоря, я сам не знаю, — признался он. — Поначалу, на эмоциях, несколько раз порывался выкинуть его, но так и не сделал этого. Как бы это объяснить... На Померании очень многие из наших потеряли друзей. Близких.
— Я слышала, что там было совсем паршиво.
Форсетти скривился.
— Это ещё очень мягко сказано. Мы сами едва не погибли. Кусок стапеля с «Трансильванией» внутри оторвало. Если бы не смогли выбраться из него, то гравитация уронила бы нас на планету или, что вероятнее, сожгли бы орудия планетарных крепостей. Но нам повезло. А вот многим другим... Манфреду вообще в этом плане паршиво.
— Это капитан «Цепеша»? — спросила Рен, и Вильям кивнул.
— Он самый. Мы с ним очень долго друг друга знаем. Друзьями были ещё с академии. Его крейсер участвовал в операции по захвату Звезды Дария. Ещё в самом начале войны. Но что-то пошло не так. Верди уделали его и его напарника. Он едва выжил. Потерял большую часть экипажа и корабль. А затем оказался отправлен на Померанию для восстановления. Как раз незадолго до того, как туда нагрянули Верденцы.
— Вот ведь...
— Ага. Из огня, да в полымя. Знаешь, после случившегося он сильно изменился. Раньше всегда был весёлым и общительным. Манф всегда обожал бегать за юбками. А сейчас... стал жёстче. Злее. Иногда смотрю на него и не вижу практически ничего, что видел в нём раньше.
Все мы изменились, про себя подумал он. Так или иначе.
— Поэтому и ношу его с собой. Наверное.
— Не хочешь забывать, что на «той стороне» такие же люди? — тихо спросила Рен.
— Что-то вроде того, — вздохнул Вильям. — Понимаю, глупо звучит. Мы воюем. Они наши враги. Но, всё-таки... точно такие же люди, как и мы. Если честно, то я до сих пор не понимаю, на кой чёрт всё это началось.
— Такова судьба тех, кому по должности не положено знать планы начальства, — тоскливо произнесла сидящая рядом с ним девушка.
И Форсетти был полностью с ней согласен. Царящие в нём мысли никогда бы не толкнули его на то, чтобы нарушить свою присягу. Для этого он являлся слишком хорошим офицером. И любил своё государство.
Просто хотелось, чтобы всё это оказалось не напрасно и у всего этого кровопролития имелась какая-то определённая цель. Не что-то эфемерное, обернутое в красивые, но мало что объясняющие слова.
Во что-то существенное.
Что-то, что сделает его родину сильнее.
И ему очень хотелось верить, что он доживёт до того момента, когда сможет узнать ответ на свой вопрос.
Глава 26
Флайер Сульфарской Демократической Республики пересёк периметр базы вместе со своим сопровождением из двух небольших ботов. Каждый нёс на своих бортах эмблему трёхголового льва Камаан ке Сена и нёс в себе личную охрану Рустала, следующую за ним куда бы тот ни направился.
Впрочем, тот факт, что их пустили сюда без каких-либо условий, не вызывал радости.
Сидящий внутри дорогой машины мужчина с раздражением обратил внимание на то, как системы защиты периметра базы продолжали отслеживать их даже после того, как пилотам дано было разрешение на посадку.
Не только автоматические турели, установленные на возвышениях вокруг окружающих бывший космопорт стен, но и патрулирующие периметр мобильные доспехи. Они проводили флайер и сопровождающие его боты стволами своих орудий.
Не возникало и тени сомнения.
Стоит только им сделать хоть что-то неожиданное, как вся эта огневая мощь обрушится на них, моментально ликвидируя любую возможную угрозу.
Лишнее напоминание о том, как поганые чужаки упивались своей властью.
Рустал едва не заскрежетал зубами от злости.
Подобное отношение бесило его настолько, что он едва себя сдерживал.
К сожалению, ничего поделать он сейчас не мог. Да и вряд ли сможет в обозримом будущем.
Суть ситуации такова, что в данный момент ему просто нечем давить на своих «партнёров». И тот факт, что они уже несколько раз меняли условия заключенной между ними, сделки раздражал его ещё больше. И сделать ничего с этим было нельзя.
Эти ничтожества с раздутым самомнением справедливо полагались на свою военную силу, диктуя правила Ему! Меняли их договорённости в тот момент, когда захотят, словно имели дело с неразумным ребёнком.
Впрочем, это совсем не означало, что подобная ситуация в будущем не измениться.
— Господин?
Раздавшийся рядом голос отвлёк Рустала от его мыслей.
Сидящий рядом с ним Абал выглядел спокойным, как скала. Но Рустал понимал, что это лишь видимость. Знавший его ещё мальчишкой, он прекрасно видел лёгкие нотки беспокойства, что прорывались сквозь превратившуюся в маску лицо спокойной и холодной уверенности.
— Всё в порядке, мой мальчик. Просто я немного устал за последнее время. Столько дел и переживаний...
— Конечно, господин. Но я всё равно не понимаю, почему мы должны пресмыкаться перед этими аджанби. Мы нужны им, а не наоборот.
Улыбнувшись, Рустал похлопал сидящего с ним мужчину по плечу.
— К несчастью, мы не всегда способны преодолеть те трудности, что появляются на нашем пути по воле судьбы, Абал. Запомни, мой мальчик, что иногда лучше договориться. Выждать подходящего момента. С подобными «союзниками» только глупец будет рассчитывать на взаимное доверие. Всегда стоит помнить о том, что тебя в любой момент могут предать и слепо верить им не стоит. Лишь себе и своим людям.
— Я понимаю, господин.
— Нисколько в этом не сомневаюсь. Твоя работа по искоренению этого повстанческого отребья была превосходной.
К его удивлению, в ответ на эту искреннюю похвалу Абал лишь недовольно скривился.
— Тело принца так и не нашли, — с раздражением посетовал он.
— Не переживай, мой мальчик, — применительно произнёс Рустал. — Я бы тоже хотел увидеть его голову, но судьба не всегда преподносит нам именно те подарки, которых мы так желаем. Я читал отчёты. Твой и твоих офицеров. Часть пещер всё ещё затоплена. Уверен, что его труп где-то там.
