Читаем без скачивания Кровь драконов - Робин Хобб

– Зачем ты так, Элис? Это же опасно! Что бы ни говорил Рапскаль и что бы ни делали остальные, мы ведь знаем, что камни памяти могут с нами сотворить! Сколько их было, жителей Дождевых чащоб, утонувших в грезах? Может, Старшие и способны применять камни без угрозы для себя, но мы-то – нет! Я понимаю, что ты хочешь здесь все исследовать, но прикосновения к камням ты должна предоставить другим. Что могло заставить тебя совершить такую глупость? Кельсингра?

– Город тут ни при чем, – ответила она. Он ощутил, как она берет себя в руки. Она уже могла стоять нормально, но не захотела покидать кольцо его объятий. – Лефтрин! Речь идет о ребенке, о малыше Фроне. И детях Беллин, так и не рожденных. И о… – Она замолчала, а потом сделала глубокий вдох и решилась: – И о твоем ребенке, которого я захочу когда-нибудь родить. Ты слышал, что нам сказал Меркор. Если мы будем жить рядом с драконами и Старшими, то трансформируемся. И со Скелли будет то же самое. Дети будут появляться на свет измененными, но те, кто не стал Старшим и не обрел своего дракона, умрут в преклонном возрасте – как обычные люди. Если есть другой вариант, нам необходимо его найти, милый. Любой ценой.

Ее слова захлестнули и затопили его, как ливневый паводок. Он привлек Элис к себе теснее: голова его закружилась от возможностей, которые прежде казались ему нереальными.

– Я расчищу колодец, – пообещал он ей. – Я достану ведро, чтобы оно не мешало. Большего я с уверенностью сказать не могу.

– Серебро – это недостающее звено, – проговорила она, уткнувшись ему в грудь. – Необходимо именно Серебро. Ты вернешь Старшим всю магию целиком.

«Звучит устрашающе. – Он обвел взглядом хранителей, подошедших ближе и слушающих Элис. – Юнцы, овладевшие магией! Что они станут с ней делать? Применять ее – мудро?»

Он нахмурился, признавая свою надежду глупой.

Малта встала и в сопровождении Рэйна подошла к ним. Губы у нее были обветрены и искусаны, волосы напоминали солому. Младенец пищал, не переставая.

– Спасибо тебе, – сказала она. – Я благодарю тебя за все твои попытки нам помочь.

Лефтрин не сомневался в ее искренности, но невероятная усталость и глубокое горе сделали ее речь блеклой. Казалось, она благодарит Элис за чашку чая, а не за то, что она рисковала собственным рассудком.

Лефтрин сделал шаг назад, взяв Элис за плечи.

– Беллин! – рявкнул он. – Уведи ее на корабль. Накорми чем-нибудь горячим и проследи, чтобы она легла спать у меня в каюте. Пусть хотя бы эту ночь проведет вне города! – Лефтрин умолк и посмотрел на колодец совершенно иначе, чем прежде. – Я его расчищу, – еще раз пообещал он Элис.

Элис что-то протестующе пробормотала, но не стала сопротивляться, когда Беллин взяла ее за руку и повела прочь. Когда они уже отходили, Лефтрин услышал, что Беллин глухо произнесла:

– Ох, Элис! Если бы чудо было возможно!..

«Рыбалка» продолжалась целый день. Канат был длинным, и призрачного света огненных камней едва хватало. Седрик тоже сделал безрезультатную попытку. Сто раз, тысячу раз крюк проскальзывал рядом с ручкой ведра, не зацепляя ее. Хранители и члены команды – все пробовали по очереди. Каждый терпел неудачу. Когда Сильве наконец его подцепила, она издала торжествующий крик.

– Продолжай натягивать! – крикнул Карсон, но при этом он широко улыбался.

Они сгрудились у колодца и затаили дыхание. Юная Старшая крепко держала канат, сохраняя его натяжение, пока Карсон медленно выбирал слабину той части, что была переброшена через блок.

– Держу! – сообщил он, и Сильве аккуратно отпустила веревку. Она попятилась от края колодца и потянулась, прогибая поясницу. Лектер без приглашения подхватил канат у Карсона за спиной.

– Медленно и равномерно, – посоветовал ему Карсон, и Лектер кивнул.

Все видели, с каким усилием двое мужчин тянут канат. Ворот скрипел – и Лефтрин присоединился к ним, чтобы помочь.

– Застряло в пересохшей грязи, – предположил Карсон, задыхаясь.

Лефтрин согласно хмыкнул. Ворот заскрипел громче – и Сильве тихо взвизгнула, когда всех троих резко шатнуло назад.

– Вы его упустили! – горестно воскликнула она.

Однако она ошиблась. Чуть дергаясь, канат принял на себя вес ведра.

– Не давайте ему провисать! – скомандовал Карсон. – Не спешим. Неизвестно, насколько прочно ведро подцепилось. Стараемся, чтобы ведро не касалось стенок: от удара оно может соскочить. Тогда все придется начинать заново.

Седрик наблюдал, как хранители перехватывают канат, поднимая древнее ведро на поверхность.

Солнце уже склонялось к горизонту, когда показалось ожерелье с огненными камнями, – и за ручку ведра поспешно ухватилось сразу несколько человек.

– Просто повезло, что проклятущая веревка выдержала! – воскликнул Лефтрин.

Они перенесли ведро через край колодца и поставили на площадку. Хранители окружили его. Рапскаль угадал правильно: размер емкости был рассчитан на то, чтобы из него мог пить дракон. Ведро было с любовью изготовлено из темного дерева, выстеленного чеканным металлом.

– Серебро! – ахнул Татс.

Седрик онемел от изумления. Карсон положил руку ему на плечо и устремил взгляд туда же, куда смотрели ос-тальные.

Стало понятно, что ведро долго лежало на дне колодца под углом. Внутри оказалось нечто вроде слежавшегося осадка. А с него стекало Серебро, собираясь на дне неровной лужицей. Седрик затаил дыхание. Да. Теперь он понял то, о чем говорил Меркор: загадочное вещество было кровью драконов. Невероятно!

К нему стремительно вернулось неприятное воспоминание. Он скрючился в темноте, пожираемый жадностью и на-деждой, и, взрезав дракону шею, поймал струю крови. Тогда она не была Релпдой, его сверкающей медной королевой. Она была грязно-коричневым животным, умирающим на берегу реки, – и он думал только о том, что если сцедит ее кровь и продаст ее, то купит себе новую жизнь. Он разбогатеет и будет купаться с Гестом в роскоши – в какой-нибудь далекой стране. Он собрал кровь в бутылку и предоставил драконицу ее судьбе. Но теперь он вспомнил, как кровь завихрилась и плыла в бутылке – алая на серебристо-красном фоне. Она не прекращала двигаться у него перед глазами ни на секунду.

Да. В ведре плескалось Серебро: сейчас он наблюдал за тем, как оно поблескивает на дне, словно живое существо, пытающееся сбежать. Такая маленькая лужица – и какое благоговение она им внушила! Серебро собралось в идеальный круг и внезапно вздулось – будто пузырек масла на воде. Там оно и замерло – и в то же время в нем переливались оттенки жемчуга и перламутра…

– Какая красота! – выдохнула Тимара.