class="empty-line"/>
Джок выглядел одновременно довольным и смущенным теплым приемом и ответил с сильным шотландским акцентом, не испорченным годами приключений в Африке. “О, я совершенно права. А Священный ибис по-прежнему остается лучшим маленьким пароходиком на Голубом Ниле, хотя теперь его называют Дурхан-сама. Мадам платит хорошее жалованье.”
Райдер повернулся к даме под вуалью, которая дружелюбно наблюдала за их воссоединением, и очень низко поклонился.
- Бахита, до меня дошли слухи о твоей болезни, и я рад снова видеть тебя здоровой, - сказал он.
- Она склонила голову набок. - Слава Аллаху, всемилостивейшему, я был благословлен. Болезнь унесла с собой всю мою красоту и тщеславие.”
Эмбер быстро заморгала. Итак, это была знаменитая Бахита, торговка древностями и женщина, сумевшая накопить огромное состояние и влияние в мире жестоких, опасных мужчин. Когда-то она была любовницей Пенрода и помогла спасти их обоих от Османа Аталана. Часть Эмбер была благодарна ей и сожалела о том, что она так много потеряла, но часть ее радовалась тому, что Бахита больше не была красивой, потому что она знала, каково это-быть с Пенродом, пробегать руками по его телу, притягивать его к себе. Сама мысль об этом заставила глаза Эмбер наполниться горячими, ревнивыми слезами.
Она сумела сделать реверанс и сказала довольно сдавленным голосом: Ты помог мне спастись. Спасибо.”
Бахита взяла ее за руку, и Эмбер подняла глаза, чтобы заглянуть в ее широко раскрытые темные глаза. Что бы ни сделала оспа с ее удивительно красивым лицом, эти глаза все равно были прекрасны.
“И я рада познакомиться с тобой, Аль-Зара. У тебя было хорошее имя, и я бы сделала все, чтобы служить другу Пенрода Баллантайна.”
- Ты знаешь . . .- Эмбер говорила очень тихо. “У тебя есть какие-нибудь новости о нем?”
•••
Билл Питерс появился во дворе Кортни примерно через час, разыскивая Райдера. Он нашел Шафран сидящей снаружи с ребенком на руках. Она тихо болтала с некоторыми дамами из свиты Бахиты, радуясь, что снова говорит по-арабски и обменивается историями о детях и их заботе. У них также было несколько превосходных идей о том, как восстановиться после трудных родов.
Билл ждал на некотором расстоянии, пока она не заметила его и не подняла глаза с приветливой улыбкой.
“Я пришел сюда в поисках вашего мужа, миссис Кортни. Простите, я не хотел вас беспокоить.”
“О, вовсе нет, - весело ответила Шафран. Пенелопа чихнула у нее на руках, потом счастливо вздохнула и снова закрыла глаза. - Райдер познакомился со старым другом, и они пошли рассказывать друг другу разные истории. Сегодня мы его больше не увидим. А наша подруга Бахита рассказывает Эмбер сказки о Пенроде Баллантайне, что заставляет их обоих плакать, так что они делают это внутри, пока у нас здесь есть удобный вечер.”
Билл нахмурился. - Баллантайн. Я знаю это имя.”
Шафран подняла ребенка на плечо и похлопала его по спине. “Да, он был героем войны и все такое прочее. Он и Эмбер были помолвлены некоторое время, прежде чем мы приехали на шахту.”
“Я думал, он собирается жениться на дочери какого-нибудь аристократа.- Беспечно сказал Билл.
- Что, Леди Агата? Нет, он никогда ее не любил. Пенрод тоже любил Бахиту, но Эмбер - единственная женщина, которую он когда-либо любил.”
Малышка начала суетиться, и Шафран обратила свое внимание на ребенка, восхищаясь ее маленьким совершенством, густыми ресницами и мягким пушком волос. Когда она снова подняла глаза, Билла уже не было.
Немного погодя появилась Бахита и увела с собой свою свиту. Шафран удивилась, когда Эмбер не вышла проводить ее, и отправилась на поиски. Она обнаружила свою сестру, свернувшуюся калачиком у стены хижины и пытающуюся подавить рыдания шарфом.
- Эмбер! Что это? Ты что, заболела?”
Эмбер сглотнула и посмотрела на сестру опухшими глазами. - О, Саффи! Бахита говорит, что Пенрод мертв!”
Шафран почувствовала, как силы покидают ее ноги, и тяжело опустилась на землю рядом с сестрой, одной рукой прижимая к себе хрупкий вес Пенелопы, а другой нащупывая пальцы сестры.
- После того как он разорил герцога, он исчез в Каире, и люди, которым она доверяет, сказали Бахите, что он умер в одном из опиумных притонов! - Воскликнула Эмбер. - Если бы я только вернулась, когда у меня была такая возможность . . . Я могла бы спасти его.”
- Вернуться назад?- Удивленно спросила Шафран. “Что ты имеешь в виду?”
Она собрала всю историю по кусочкам из заплаканного рассказа Эмбер: как она купила билет и села на корабль, но снова сбежала, когда поняла, что Дэн - предатель.
“Я думала, что как только шахта будет в безопасности, я вернусь обратно. Но теперь уже слишком поздно!”
- О, Эмбер. Мне так жаль, - сказала Шафран и позволила своим слезам упасть вместе с сестрой на утоптанную землю пола. “Но ты спасла нас - меня, Райдера и шахту. Мне так жаль, что ты не смогла спасти и Пенрода.”
Эмбер с трудом сглотнула. “Я все время вспоминаю эту строчку из итальянского романа "Помолвленный": Questo matrimonio non s'ha da fare, né domani, né mai. Это преследует меня.”
“А что это значит?- Спросила Шафран, наклоняясь ближе, так что их лбы соприкоснулись.
- Этот брак не будет заключен ни завтра, ни когда-либо еще. Эмбер отстранилась и закрыла лицо руками. - О, Саффи, это было не так уж много, но у меня была лишь маленькая надежда, и теперь она исчезла.”
•••
Они провели несколько недель в Аддис-Абебе, пока Шафран приходила в себя после родов, писала портрет императрицы и тратила несколько своих драгоценных долларов. Город был полон всевозможных интересных вещей, доставляемых предприимчивыми торговцами, и в то время как Эмбер спокойно держалась на своем участке, Шафран рылась в их запасах в поисках дешевых кастрюль для приготовления пищи, ураганных ламп и ящика недорогого виски. Остальные деньги они потратят на ртуть.
Шафран постепенно восстанавливала свои силы, но Эмбер выглядела больной и бледной, и Шафран несколько раз ловила ее плачущей, когда думала, что никто не видит. Шафран сказала Райдеру и Биллу, что Пенрод мертв, и попросила их вернуться в шахту не торопясь. Эмбер нужно было время, чтобы прийти в себя после этой новости, и она надеялась, что
