* * *
Оказавшись на коленях, Мартин выбросил меч вперед, пронзая одного из орков, а затем отчаянно рванул его назад, чтобы отразить атаку еще двоих. Руки теперь так болели, что их то и дело сводило судорогой, и очередной орк, высокий и мощный уттук, с легкостью отбил в сторону клинок вагина. Другой с ухмылкой занес меч, но тут просвистевший мимо головы Мартина боевой топор врезался орку в горло, и черная кровь фонтаном ударила в небо. Затем Краг выскочил из-за Мартина, снова занес топор и погрузил его глубоко в бок уттука. Но в спешке воевода вагинов обнажил собственный бок. Какой-то орк кольнул мечом, и красный от крови клинок его меча пронзил Крага прямо на глазах у побелевшего от ужаса Мартина. Боевой топор выпал из руки Крага, и он опустился на колени. Атакующие орки испустили торжествующий рев и устремились вперед, уже предвкушая победу. Но тут красный туман словно бы окутал Мартина. Взревев от безумной ярости, он подхватил упавший топор и нанес убийце Крага такой удар в грудь, что топор едва не срубил орку верхнюю треть туловища, пуская обильные струи крови. Мартин развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть на губах Крага удовлетворенную улыбку от столь скорого отмщения, а затем глаза вагинского воеводы закатились и он осел на землю.
Тут Мартин вдруг сделался настоящим берсерком. Он рубил, косил, кромсал топором, и ни один орк не мог устоять на его кровавом пути. В красном тумане бешенства он смутно сознавал, что Клайра и весь ее отряд проносятся по дамбе, врезаясь оркам во фланг, дальше был провал, а потом до него вдруг ясно дошло, что повсюду враг беспорядочно бежит с поля боя. Мартин увидел, как к нему подходит Дин, в руке у него - окровавленный меч, а на лице победная улыбка, но тут голова его совсем закружилась, и он потерял сознание.
* * *
На склоне горы орки и остеры тоже позорно бежали. Гномы выстояли, хотя не раз были близки к бегству и хотя великое множество крепких фигур с раздвоенными бородами лежало мертвыми и ранеными. Те же из них, кто еще мог сражаться, теперь устремлялись вниз к Беломорканалу, ибо видели, что сидорцы по-прежнему бьются с врагом не на жизнь, а на смерть, и понимали, что битва все еще может повернуться в любую сторону.
* * *
Иссимусу и его сподвижникам уже казалось, будто они сражаются с целым морем врагов. Немногие из гвардейцев остались в живых, а те, что еще стояли, готовы были вот-вот рухнуть от изнеможения. Один за другим они падали, пока вокруг генерала не остались лишь Ронан, Тусона, Тарл и еще пять человек, а орки все напирали и напирали. Хотя остальные совсем выдохлись, меч Ронана по-прежнему летал, нанося убийственные двуручные удары, и ни один враг не мог ему противостоять. Пали трое гвардейцев, затем четвертый, а затем вылетевшее из оркских рядов копье пронзило грудь Иссимуса. Задыхаясь, он повалился на спину, и стоящий рядом с ним знаменосец бросил штандарт, чтобы баюкать умирающего генерала у себя на коленях. Тогда Тарл подхватил знамя и с вызовом им замахал, но тут вылетевшая из ниоткуда стрела вонзилась ему в плечо. Пронзительно вскрикнув, Тарл упал на землю, и последнее, что он увидел, пока глаза его закрывались, было то, как Ронан с Тусоной спина к спине отчаянно бьются в кольце врагов.
* * *
Неожиданно Гебраль раскрыла глаза и потрясено огляделась. Нуждаясь для успешного противостояния Шикаре в полной концентрации, она все же держала последний остаток своей Силы настроенным на Тарла и услышала его мучительный вскрик. Увидев, что Идол и Кулачина лежат мертвыми на траве, Гебраль вздрогнула, а потом нетвердо поднялась на ноги и обвела взглядом остальных. Теперь им предстояло справляться без нее. А ей надо было спасти одного человека.
* * *
С неимоверным трудом собирая остатки силы, Тусона всадила меч в горло массивного уттука слева от нее, но не раньше, чем он своей булавой успел нанести Ронану скользящий удар по голове. Ошеломленный Ронан опустился на колени, и Тусона встала над ним, готовая при необходимости его защищать, но вдруг получилось так, что орков вокруг них словно бы и не осталось.
Затем неподалеку раздался негромкий хлопок, и рядом с раненым Тарлом материализовалась Гебраль. Тусона одарила ее усталой улыбкой, но когда она опять повернула голову вперед, то увидела, как по грудам трупов к ним шагает Шикара. На лице у колдуньи застыло выражение гнева и разочарования. Ватной от усталости рукой Тусона попыталась поднять меч, но к ужасу своему обнаружила, что не может двинуть и пальцем. Должно быть, Шикара наложила на нее какие-то чары, и теперь она оказалась беспомощна. Как Тусона ни пыталась, она не могла заставить свои застывшие мышцы откликнуться.
Наконец Шикара остановилась в нескольких метрах от нее, и лицо ее сделалось жестким от сосредоточения. Краем глаза Тусона увидела, как сидящая рядом с Тарлом Гебраль подняла руку, а кольцо у нее на пальце засветилось изумрудной зеленью. Похоже, между двумя женщинами происходил ментальный поединок. Тусона поняла, что Гебраль сдерживает Шикару, но по напряжению на ее лице было видно, что долго она не продержится, и победная улыбка уже играла на губах темной колдуньи.
Тусона лихорадочно попыталась вырваться из хватки, в которой Шикара ее держала, но тщетно. А затем у нее и вовсе пропала надежда. Внезапно из груды трупов вырос оркский лучник. Скривив рот в оскале, он стоял там, и к луку его была прилажена стрела. Шикара нагло ухмыльнулась.
- Пристрели ее, - приказала она лучнику. - Не воительницу. Вон ту мелкую и костлявую, которая там с кольцом на пальце сидит. Ее пристрели.
Тусона беспомощно наблюдала, как орк невесело ухмыляется, а потом поднимает лук и с безошибочной точностью сажает стрелу Шикаре между лопаток. С изумленным вскриком та опустилась на колени, и Тусона почти физически ощутила, как ментальная сила Гебрали высвобождается из хватки раненой колдуньи. Внезапно она обнаружила, что снова может управлять своим телом. Собравшись для одного последнего усилия, Тусона проковыляла вперед и всадила острие своего меча в глотку Шикаре. Какое-то мгновение колдунья смотрела прямо ей в глаза. Тусона почувствовала, как Сила этой женщины борется, стараясь в свою очередь высвободиться из хватки Гебрали, но затем глаза Шикары закатились, и ее безжизненное тело осело на землю.
Несколько мгновений Тусона устало опиралась о меч и втягивала воздух в натруженные легкие, после чего решила оглядеться. Ронан уже сел прямо и обалдело мотал головой. Гебраль обнимала раненого Тарла, но Тусона видела, что он все еще дышит, а став свидетельницей чудесного исцеления умирающего осла, она не считала, что Тарлу что-либо угрожает.
В нескольких шагах от нее оркский лучник осел на землю среди трупов и жалобно захныкал. Держа меч наготове, Тусона угрожающе к нему подступила.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
