ноги вокруг туловища Леды, продолжая держать на ее горле локоть. Где-то на задворках разума до меня доплыла вялая мысль, что я ее душу, что еще минута, и ее лицо распухнет. И еще одна мысль, страшнее предыдущей: почему она такая слабая? Действительно девушка-цыпленок. Как она могла убить тех людей? А вдруг Леда говорит правду, и она на самом деле никого не убивала? Вдруг… это сделал кто-то другой? Вдруг внутри Леды кто-то живет?
Она крутила головой и царапала пальцами мою руку. Я как никогда ярко чувствовала, как течет по венам кровь, как вздулись мышцы. Если надавить сильнее, – поняла я, – просто сломаю Леде гортань. Эта мысль отрезвила. Когда я расслабилась и разжала руки и ноги вокруг ее туловища, сквозь болезненную пульсацию в ушах услышала ее остервенелый кашель.
Вскочив на ноги, я подождала, когда поднимется Леда, но она не спешила. У нее не было сил, чтобы спешить. Сперва она встала на четвереньки, тяжело дыша и сплевывая кровь на ковер детектива Дина. Когда-то на этом ковре был болотно-зеленый орнамент, который теперь превратился в серый с темными пятнами крови Леды с одной стороны, и с кровью хозяина квартиры, впитавшейся в кромку, с другой.
Я лишь успела перевести дыхание, когда Леда опять сбила меня с ног, и мы упали в кожаное кресло и перевалились назад. Мои ноги оказались наверху, Леда скатилась на мою грудь и принялась изо всех сил лупить меня кулаками. У нее не было никакой физической подготовки, только дикая, необъятная ярость. Ее ногти рвали мою кожу, пальцы тянули волосы в разные стороны. Я вскрикнула, когда не успела поставить блок, и Леда заехала кулаком в мое больное ухо.
Вместе с болью во мне взорвался фейерверк. Следующий удар я блокировала, резко откинула руку Леды в сторону и сжала ее горло свободной рукой. Чувствовала, что она пытается сглотнуть, но не отпускала. Сморгнув пот и кровь, застилавшие глаза, я сжала левую руку в кулак и резким движением ударила Леду в подбородок. Она вырвалась из моей хватки с яростным воплем, и я попыталась схватить ее, но не успела – Леда дотянулась до одной из статуэток детектива Дина и заехала мне по макушке. На этот раз удар пришелся слева. Хрустальные крошки посыпались мне за шиворот, впиваясь в кожу сотней игл, на глазах от гнева и боли выступили слезы.
Я откатилась в сторону, когда Леда с визгом швырнула в меня осколок статуэтки. Тогда я схватила валяющийся на полу торшер и оловянной ножкой заехала ей в живот. Леда заскулила и сложилась пополам, и я двинула ей в колено основанием лампы и услышала очень противный хруст сломанной кости. Наполненный ужасом и болью вопль Леды и мое пыхтение смешались в один яркий звук, когда я схватила ее за плечи и повалила на пол.
Пот и кровь полностью затуманили зрение. Разбитыми кулаками я наносила Леде Стивенсон удар за ударом в грудь и туловище, а она яростно сопротивлялась, пытаясь меня сбросить. У нее были острые кости. Мое тело стенало от боли, ее тоже. Ее кожа покрылась красными пятнами, как и моя. Наши тела кровоточили.
И вдруг что-то изменилось. Леда перестала закрывать лицо локтями, раскинула руки в стороны и попыталась вздохнуть. Подо мной ее грудь зашлась в хриплом кашле. Ее глаза с трудом открылись.
– Я ведь говорила, – шепнула она, и ее грудь вновь содрогнулось. – У тебя глаза убийцы, Кая.
Леда? – хотела спросить я. Хотелось уточнить, она ли это, она ли распласталась на полу под моими коленями, но внезапно перед глазами все поплыло. От металлического запаха крови затошнило. Я сглотнула. Подождала, пока взгляд прояснится, и, когда вновь посмотрела на Леду, она положила на мою щеку окровавленную ладонь.
– Я хотела тебя спасти, Кая. – Она сморгнула слезы. То ли от боли, то ли от жалости. А может, и от того, и от другого. Ее пальцы соскользнули с моей щеки. Рука с грохотом упала на пол.
Что? Я победила? Мне удалось вернуть ее? Кто смотрит на меня из-за стекол ее голубых глаз?
– Я хотела тебя спасти, но у тебя его глаза.
У тебя глаза убийцы, – вспомнила я слова перепуганной Леды из прошлого.
Я почувствовала первобытный страх. У меня не просто глаза убийцы. Когда Леда произносила это, она имела в виду что-то другое. Она имела в виду, что у меня глаза ее отца. Она все время пыталась сказать, что мой взгляд – это его взгляд.
И внезапно что-то произошло. Когда я готова была соскользнуть с нее, когда готова была сдаться прежде, чем мы обе умрем и полиция обнаружит уже три трупа в квартире детектива Дина, – перед этим случилось что-то еще.
Что-то, что я не сразу смогла понять.
Казалось, тело Леды Стивенсон подо мной вдруг трансформировалось, оно стало сильнее, выпирающие ребра покрылись мышцами и больше не давили в мои бедра, а в глазах появился до страха знакомый блеск. И вдруг она произнесла хриплым голосом, растянув окровавленные губы в улыбке:
– Я знаю, что причинит тебе боль, малышка.
Господи, да ведь это же голос из прошлого, это тот самый голос, который преследовал меня после убийства Сьюзен и… и даже до ее смерти. Голос, который мерещился мне повсюду. Голос Неизвестного, который беспрестанно вопил в моих ночных кошмарах: «ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ!» Этот голос был известен дальним уголкам моего сознания, и вот я услышала его вновь. Голос был рожден Ледой Стивенсон. С ее губ слетела усмешка, как в самом страшном ночном кошмаре. И как в ночном кошмаре, я не могла двигаться.
Тело отказалось мне повиноваться, оно налилось свинцом. Какой-то изощренный таксидермист набил меня опилками и другими подручными материалами.
Я не могла пошевелиться, глядя, как Леда обнажает зубы в улыбке. Изо рта высунулся язык, и с него к подбородку стекла капля крови. Я, как зачарованная, проследила за ней. Затем попыталась подняться на ноги, но не смогла. И все же, несмотря на то, что собственное тело мне больше не подчинялось, я не могла не почувствовать жесткую шершавую ладонь на пояснице под свитером. Леда крепко вцепилась в косые мышцы моего живота, а затем подняла вторую руку и всадила в меня нож.
– У тебя глаза убийцы, Кая, – произнесла она шепотом.
Оказывается, их было слишком много.
Слишком много девочек по имени Леда Стивенсон.
И мне не удалось победить их всех.
* * *
Внезапно я очутилась за рулем маминого автомобиля и услышала со стороны заднего сиденья голос Джорджи:
– Кая!
Я бросила недоверчивый взгляд в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что мне не почудилось. Но она и вправду была там. Кудрявые каштановые волосы торчали во все стороны, на губах играла
