Рэп опять кивнул, начиная понимать, почему его собеседники так неохотно обсуждают все, что связано с Четверкой.
– Вы хотите сказать, что колдунья, которую я видел…
– Вы видели волшебницу, – прервала его мать Юнонини, – и это могла быть сама Блестящая Вода, но мы не можем этого знать!
– Так или иначе, она не могла остановить войска, идущие сюда?
Мать Юнонини остановилась у огня и взглянула на старика, прежде чем продолжить свою лекцию.
– Во всяком случае, так говорят. Эти солдаты – часть императорской армии, и помешать им значило бы вызвать гнев Восточного волшебника, а остальные тут же поддержали бы его. Одну вещь я знаю точно, мастер Рэп: вокруг Пандемии много волшебников и волшебниц, но никто не сможет устоять против Четверки, действующей заодно.
Минуту Рэп играл крошками на столе. Старая Юнонини явно что-то недоговаривала.
– Я должен идти, – пробормотал Хононин. – Иначе подумают, что я болен, и толпа любопытных старых женщин будет шнырять здесь с кастрюлями супа. – Но он остался сидеть на месте.
Рэп поднял глаза на мать Юнонини.
– А какие еще есть силы? Драконы? Юнонини поджала губы, но затем кивнула.
– Да, они живут в Стране Драконов и подчиняются волшебнику Юга. Если драконы залетают в другие земли, император вынужден обращаться к Южному волшебнику, чтобы загнать их обратно.
– Даже если он сам их и выпустил! – сказал конюх с ехидной усмешкой.
Юнонини нервно поморщилась.
– А что, нет? – возмущенно воскликнул старик. – Два года назад драконы разорили целый город на Виннипанго. Это через пол-Пандемии от Земли Драконов, и они не тронули ничего на своем пути! А вы не верите, что их послали туда специально! Вы знаете, что волшебники часто вмешиваются в дела государств, так почему хранитель не может использовать свою силу, когда ему это надо?
– Я никогда не встречала волшебника…
– Глупость! Я никогда не встречал Бога, но я верю в Богов. И я верю преданиям. Мой дед однажды пошел посмотреть на повешение, где-то в Пилринде, так вот, когда они вздернули этого человека, он просто исчез! Растаял, как туман! Петля так и осталась болтаться пустой. Какой-то колдун спас его.
Мать Юнонини скривила губы.
– Я никогда не отрицала того, что колдуны существуют и используют колдовство. Это известно всем. Однажды моя школьная подруга видела, как бедная безумная женщина бросилась с крыши. Она должна была упасть на улицу, где было много народу, но кто-то в толпе был, вероятно, колдуном, так что она полетела вниз медленно, как лист с дерева.
– А чем владеет волшебник Севера? – спросил Рэп. Юнонини так долго колебалась, что старик ответил за нее, подтвердив догадки Рэпа:
– Там джотунны. У армии – земля, понимаешь? У драконов – огонь. А у джотуннов – море, то есть вода.
– Это уже не так явно, как было в Темные Времена, – добавила женщина, – но джотунны – до сих пор лучшие в мире моряки. И они не всегда ограничивают свою деятельность только торговлей.
Рэп не сомневался, что его собственный отец был не только работорговцем, но и разбойником.
– Все, что близко от моря, находится в пределах досягаемости джотуннов, – сказала Юнонини. Именно об этом и думал Рэп.
– То есть если армия импов войдет в Краснегар, а тан Калкор приведет джотуннов, тогда… Что тогда? Юнонини тяжело вздохнула.
– Тогда да будет с нами Добро! Я не думаю, что Четверка станет вмешиваться в мелкие междоусобицы – небольшие войны идут постоянно. До тех пор, пока не будет задействовано колдовство, волшебники могут не обращать внимания. Но если легионы императора столкнутся с джотуннами – ну, тогда вполне возможно, что волшебники вмешаются, очень даже возможно! Блестящая Вода – гоблинка, а вы говорите, что импы убивают гоблинов. Весной они могут начать воевать с ее джотуннами – здесь, в Краснегаре. – Она вздрогнула, представив себе это, и сделала знак святого равновесия.
– Я должен идти, – еще раз сказал конюх.
– Да. – Мать Юнонини расправила плечи. – Я тоже. А вы, мастер Рэп, и ваши… товарищи… должны оставаться здесь и не попадаться никому на глаза. Жалко, что по этой улице ходит столько народу.
– Какая специальность у волшебника Запада? – упрямо спросил Рэп. Неужели вмешательство волшебников было так опасно? Они могли бы даже помочь, как Блестящая Вода помогла ему. Они могли бы развести в разные стороны импов и джотуннов.
– Говорят, погода. Так вы думаете, что Иносолан будет здесь уже завтра? – размышляла мать Юнонини. – Она пойдет прямо к отцу. Я прикажу докторам уменьшить дозу лекарства, чтобы он был в сознании… если он будет жив к тому моменту. И тогда они оба окажутся в опасности.
– Оба?
Она мрачно кивнула.
– Считается, что если поделиться словом, его сила уменьшается. Если это слово поддерживает в нем жизнь, то он может умереть, когда скажет его. А Иносолан будет в опасности, потому что знает его.
Минуту они все раздумывали над этим, и затем Юнонини сказала:
– Если вы настаиваете на том, чтобы остаться в городе, то нужно найти вам более надежное убежище, мастер Рэп.
– Я буду рад, если он поживет здесь, – сказал старик, но при этом он смотрел на Флибэга с антипатией, которая явно была взаимной.
– У вас нет даже замка на двери! Но где еще мы можем спрятать его в таком небольшом месте, как Краснегар? Да еще две тысячи легионеров вот-вот появятся здесь!
Хононин поднялся на ноги.
– Я не могу подсказать другого места.
– Однажды мне рассказывали о таком месте, куда никто никогда не заходит, – сказал Рэп. – Вот если бы вы могли отвести меня туда!
2
Пламя свечи колебалось и вздрагивало в ночи, бросая неверный свет на лицо умирающего короля. Он выглядел изнуренным, желтоватое лицо напоминало череп, волосы и борода совсем поседели. Даже во сне Холиндарн беспокойно метался под одеялом. Занавески балдахина были задернуты, оставляя небольшую щель у подушки. При короле дежурила сиделка, терпеливо ожидающая утра, когда закончится ее смена. Со своего места она не видела дверь в комнату, и входящий тоже не мог видеть ни ее, ни больного – если, конечно, он не обладал ясновидением.
Мать Юнонини подошла, чтобы поговорить с ней и посмотреть на умирающего, ее лампа отбрасывала пляшущие тени на стены комнаты. Служительница была идеальным помощником для тех, кто решил незаконно проникнуть во дворец, так как она могла проходить всюду, подчиняясь только Богам. Двое юношей и собака вошли вслед за ней и беззвучно проскользнули мимо кровати.
Языки огня в камине лизали куски торфа, и вся комната был наполнена едким запахом. Занавески на одном из окон колыхались от ветра, проникающего в приоткрытое окно. Усыпленный лекарствами, король стонал в забытьи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
