Не враг — предатель, смерть которого должна быть максимально жёсткой. Не поединок — казнь. Амулет с тихим шорохом рассыпался песком, не справившись с внезапным всплеском силы. Гребни развернулись, гипнотизируя и подавляя. Ядовитые клыки мешали закрыть рот, так что вырывавшееся из глотки шипение звучало почти постоянно.
Чёрный словно на стену налетел. Кажется, такого развития событий он не ждал. В его сознании перемешались жажда убийства, заложенное в инстинктах преклонение перед радужным и столь же глубоко вбитая преданность новым хозяевам. Вся эта мешанина окончательно снесла серпентеру крышу.
Дико не то взвыв, не то закричав, он бросился на меня. Оба лезвия превратились в смазанные серые росчерки и затормозили в чешуе, проламывая и разрывая её. В мутнеющих желтых глазах безумная пелена медленно истаивала, уступая место разуму.
— Надо же, — тихо прохрипел он, — а я в сказки не верил…
Его кровь, пошедшая горлом, окатила руку и грудь. Напряжение постепенно оставляло, давая в полной мере ощутить боль, до этого момента казавшуюся как-то… несерьёзной, что ли? Пришлось опустить с-кешер, не в силах удерживать повисшее на оружии тело. Голова шла кругом — пропущенный удар в спину оказался весьма коварным. Да и в самом начале меня хорошо задели.
Каким-то чудом оставаясь в сознании подобрал альхон и закрепил на шее как мог, не до красоты и гармоничности было.
Внезапно в и без того раскалывающейся голове раздался панический зов Кайра:
«Эл, ты где?! Скорее иди сюда, здесь такое!!!»
Ох, демоны вас полюби скопом и в отдельности! Да что ж это за день такой бесконечный!!! Как же меня это всё достало. Хватит, наигрался. Не хотят по-хорошему, будут делать, как Я скажу, но тогда чхать хотел на всё остальное!
Сил на телепортацию просто не осталось. Пришлось нырнуть в протекавшую рядом реку и, активно работая хвостом (что вызывало совсем не радужные ощущения), доплыть до нужного места. Там, последним рывком, буквально выбросил себя на берег. Поднялся, сжимая в руках оружие и давая полной мерой оценить мой гнев, раздражение и боль. Так, кто теперь против?!
Они молчали, не в силах сказать хоть слово. Ну ещё бы, пусть только попробовали. Рессы, все четверо, склонились первыми, признавая за мной абсолютное право повелевать. Миксааш и Лайрасар, полуприкрыв глаза, последовали за ними. А затем по площади словно волна прошла — шаск за шаском сворачивали хвосты тугими кольцами, упирая руки в пол. Слышался только тихий шелест чешуи, всё остальное проходило в полном молчании.
Последним остался Лорд зелёных. Он пытался вскинуть голову, сохранить гордость, но мой взгляд словно обрёл вес. Под ним Шаэр'Кетте распластался по гранитным плитам, нервно подрагивая хвостом. Ничего, я этот «митинг» тебе ещё припомню. Как приду в себя.
Последним усилием вскинул над собой с-кешер, издал пронзительный высокий свист и… свернулся в клубок, проваливаясь в долгожданный сон. Вот так всегда — как неннадо, так веки просто чугунные, а как время есть — так бодрость из ушей плещет.
В общем, убью того, кто разбудит раньше положенного. Дайте, гады, хоть выспаться напоследок…
* * *
Лорд Миксааш находился в полном… хм… в замешательстве. Конечно, он знал, что с Элхаром не всё просто, но чтоб настолько! Появление радужного из воды было, несомненно, к месту. Арс едва собственный хвост кусать не начал, когда из возникшего портала на набережную шлёпнулись Хас и Орин.
В чем-то он прекрасно понимал своего извечного противника. Во-первых, когда твою дочь доставляет чужой змеелюд, позвякивая обрывками кандалов, а она без сознания — хорошего мало. Врагов у обоих кланов предостаточно, так что угроза вряд ли была шуточной.
Во-вторых, едва придя в себя, серпентера так вцепилась в своего спасителя, что втроём не отдерёшь. Всем всё сразу стало понятно. Конечно, с одной стороны Раах'Тасса радовался за своего сына. Шаорелин весьма достойная шас-саари для создания семьи.
А с другой сочувствовал зелёному — практически за семидневье «потерять» обоих детей это что-то да значит. Сперва Кайр стал рессом, теперь же и дочь чётко показала, с кем хочет остаться. Кажется, именно из-за этого у Арса чешуя дыбом встала[25]. Он едва не устроил всеобщую драку. Точнее — всевоинскую. Вряд ли бы остальные кланы вмешались.
Но небольшая ехидная мыслишка на тему «Так ему и надо!» не хотела оставлять Миксааша. Ведь сколько Шаэр'Кетте кичился своими детьми? Мол, и такие они у него, и эдакие. В общем — самые-самые, а у остальных так, неудачные попытки.
Так что появление радужного было как нельзя кстати. Во всяком случае, масштабной войны удалось избежать. Только вот сам факт наличия змеелюда подобной расцветки был не менее ошеломителен.
Если честно, то черный испытал ни с чем несравнимое облегчение, когда осознал, кого именно видит. К чему конкретно это относилось — подтверждению власти Кессера, надежде на возрождение рода или открывающимся перспективам — непонятно. Но подобную радость Раах'Тасса испытывал, дай Келес раза четыре в жизни, не больше.
Правда, когда новоявленный Ла'Ссаайре плавно сполз на землю и свернулся клубком, у змея чуть сердце не остановилось. И, судя по вытянутым лицам — не у него одного. Во всяком случае, признаваться, что столкнулся лбом с Лайрасаром, бросившись на помощь, он не станет. Рессы оказались возле своего ла'элларис быстрее всех. Радужного осмотрели, быстро перетянули раны и утащили в комнату.
Миксаашу осталось только послать за Лордом Целителей и присмотреть за порядком. Точнее, оставить для этого своего брата, последовав за шустро передвигающейся процессией. После подобного «явления» вряд ли началась бы серьёзная драка. Скорее малочисленные стычки на тему кто больше уважает клан Правителей.
Исслар Кха'Арисс оказался рядом. Он тоже предчувствовал неприятности, поэтому подтянул своих подданных поближе. Это же бесплатная (ну, или оплаченная пострадавшими) практика! Шас-саари редко устраивают массовые побоища, так что подобное действо, а так же возможные травмы, явно заинтересовали серого.
За право же лечить самого тот готов был собственноручно общипаться налысо, причём без обезболивания! Да что там, за возможность прикоснуться хотя бы к краю одежды Элхара могла разгореться настоящая война. Быстрей бы Ла'Ссаайре очнулся…
Но до конца мечтаниям Целителя сбыться было не суждено. Как только затянулись основные (и довольно глубокие) раны, так пациент, наплевав на всеобщий интерес, во второй раз свернулся клубком. Болезненные удары хвостом по рукам явно намекали, что изменять своё положение он не собирается. К тому же хоть и тихое, но весьма угрожающее шипение заставляло задуматься, стоит ли беспокоить спящего?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
