— Амертат может.
Но главным для Саватия было то, что эта загадочная женщина могла отвести их на запад. Настал момент, когда Амертат пришла к нему и сказала, что пора. Она вела Саватия и Сандру по незнакомому тоннелю, и то и дело к ним присоединялись всё новые и новые белокожие кровопийцы. Сандра и подумать не могла, что в подземелье обитает так много альваров. Они называли себя, и Сандра явственно понимала, что не имеет представления, к какому народу могут принадлежать все эти подземные жители. Их имена были столь пестрыми и непонятными, что закрадывалась мысль, будто все они получены уже здесь, в новом мире, где нет солнца. Только в имени Саватия и Чернавы угадывалось что-то славянское, но в именах Сырчана, Танасиса, Ромоло, Игдамная, Амертат, Лусинэ, Калиопи не звучало ничего знакомого.
Как и обещала, Чернава принесла Сандре накидку, что носил каждый подземный житель — с одной стороны чёрная материя, а с другой — белая, видимо, бывшая некогда чьей-то простынею. Единственное, что отличало одеяние Сандры от прочих женщин так это военная форма, а не белое лёгкое платье на голое тело.
В глухой непроглядной тьме отличать своих спутников друг от друга Сандра могла только по их голосам. Лишь с Калиопи и Лусинэ этого не получалось — отчего-то женщины не желали говорить, видимо, совсем не знали русского языка.
Вдесятером они шли, ориентируясь по дрожи земли над головой. Но бомбы порушили многие подземные ходы, из-за чего приходилось то и дело подниматься наружу. В безоблачные ночи Танасис указывал Амертат на звезды и та, соглашаясь, вела подземную компанию к очередному провалу в земле, за которым скрывался разбитый тоннель.
В этом походе Сандру поразила гнетущая тишина. Белые кровопийцы почти не говорили между собой, а только шли вперед, неведомо куда. Если бы Саватий не держал её за руку, Сандра бы давно потерялась и заплутала в подземных коридорах, без надежды выбраться наружу. Для неё оставалось загадкой, как все они видят в темноте, как ориентируются на незнакомом пути.
— Позволь увидеть тебя руками, — однажды попросил её Ромоло.
Сандра побоялась отказать, хоть и не поняла, чего он хочет. Мужчина тут же принялся её ощупывать. Сначала он водил ладонями по лицу и волосам, затем его руки опустились ниже. Когда его прикосновения стали слишком непристойными, Сандра не вытерпела и ударила его по рукам.
— Имей стыд, — прикрикнула она, — я вдова!
— Это хорошо, — тут же произнёс он. — Очень хорошо. Гипогеянцу нельзя ложиться со смертным. Тебе нельзя быть женой смертного.
Это было произнесено с таким укором, что Сандра невольно почувствовала себя преступницей. И в чём её вина? В том, что жила с Даниэлем в законном браке двадцать два года? А ведь когда она стала другой, они больше не делили постель. Неужто Данни чувствовал, что связь с кровопийцей запретна? Хотя, скорее всего ему просто разонравилась тощая плоскогрудая жена.
— А дети? — продолжал допытываться Ромоло. — У тебя есть дети?
— Нет, — буркнула в ответ Сандра.
— Как хорошо, — возликовал он. — Это замечательно! Альвар не может породить новую жизнь, он воссоздан для жизни вечной. Новые жизни ему не нужны. У вечноживущих не должно быть смертных детей.
Сандра не знала, что ответить на это. А если бы она успела родить Даниэлю хотя бы одного отпрыска? Будь у них мальчик, то сейчас он был бы совсем взрослым и воевал на Восточном фронте. Но долго ли? А если бы выжил, каково бы ему было видеть нестареющую мать, которая выглядит как его ровесница? Да, нахал Ромоло прав, неправильно, когда у кровопийц есть дети.
Наставал момент и десять альваров поднялись наверх, чтобы посмотреть на сражение двух армий и дождаться своей очереди попировать на поле вместе со смертью.
Это казалось странным — сидеть вдоль холма и наблюдать, как внизу идёт бой. Но в этот пасмурный день, когда подбрюшье облаков едва не касалось вершины холма, альвары покрыли головы белыми накидками и обнажили свои лица. Сандре стало интересно, если их видят смертные, то что думают о странных людях в белом, что сидят на холме?
Казалось, вот-вот рядом рванет снаряд. По привычке Сандра то и дело порывалась распластаться по земле и закрыть голову руками.
— Сиди спокойно и не двигайся, — цыкнули ей.
И она покорилась. Пули свистели, пролетали между белыми кровопийцами, но никого так и не задели. Удивительное везение.
Когда орудия стихли и войска отошли на запад, альвары поднялись с места и принялись спускаться к полю. Сандра еле остановила их, объяснив, что нужно дождаться, когда прибудут санитары и унесут раненых. Кому-то это ограничение не понравилось, но остальные решили послушаться совета сведущей. Умирающих ведь хватит на всех.
Но, несмотря на неизменно обильный пир, меньше всех путешествию был рад Игдамнай. Как поняла Сандра, на старом месте он охранял нечто такое, что нельзя было оставлять без присмотра. Вначале она подумала, что речь идёт о кладе, вроде того, что партизаны похитили у Чернавы, но всё оказалось куда интереснее и мрачнее. Саватий шепнул, что Игдамнай охраняет старые могилы под насыпными холмами. Не так давно расхитители разрыли снаружи один холм и вынесли из него все посмертные дары и даже кости. Как и Чернава, Игдамнай корил себя за беспомощность, но поделать ничего не мог, только бессильно злился на смертных и прятался в темноте не обнаруженного ими тоннеля.
Сандра стала припоминать, что когда-то уже слышала про степные курганы и сокровища, там захороненные. Выходит, врагами Игдамная могли стать только археологи. Надо же, оказывается людям верхним и подземным есть что делить помимо крови.
По той же самой причине, за что Игдамнай недолюбливал ученых, не жаловал он и Ромоло. Некогда с сотней своих земляков тот приплыл в родные края Игдамная в надежде отыскать несметный клад. Так он и сгинул в подземельях близ реки Таны, и вместо сокровищ обрел вечную жизнь.
Внизу Сандра видела много странного, например подземную искрящуюся реку, в которой плавали обломки советского танка. Предположение, что под землей шли бои с применением тяжелой техники, противоречило здравому смыслу. Оставалось думать, что обломки приплыли с поверхности. Сандре подумалось, что это обычные реки соединяются с подземными. Интересно было знать, сколько воды утекает вниз и где она задерживается?
— Куда ступаешь?! — грубо прикрикнул на неё Сырчан, хватая за руку. — Не чуешь смрад земли?!
Сандра и вправду не чуяла, что тут поделать. Будь впереди сероводород или что похуже, ей об этом никогда не узнать.
— Я не ощущаю запахов, извини, — призналась она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
