Иван Георгиевич окончил четыре класса гимназии, петербургский Морской корпус[66] (награжден премией адмирала Нахимова). Назначен на крейсер «Богатырь», два года находился в заграничном плавании. Был награжден итальянской серебряной медалью за оказание помощи пострадавшим от землетрясения 1908 года на Сицилии и в Калабрии. Затем назначен в 1-й Балтийский флотский экипаж, в дивизион испытывающихся миноносцев. С 1912 года – лейтенант. Служил ротным командиром на крейсере «Адмирал Макаров», преподавал в Морском корпусе.
Участник Первой мировой войны, награжден орденами св. Станислава III степени (1914 год) и св. Анны III степени (1915 год). В июне 1917 года уволился со флота по состоянию здоровья (в этот период Балтийский флот находился в состоянии развала и его покидали многие офицеры).
Летом 1918 года участвовал в научной экспедиции, обследовавшей невские отмели, в 1919–1921 годах был помощником директора маяков Балтийского флота и одновременно псаломщиком петроградского Свято-Троицкого храма[67].
В 1920 года рукоположен во диакона (целибатом) к Свято-Троицкому храму. Вскоре его арестовали и некоторое время он провел в заключении.
В 1923 году рукоположен во иерея, возведен в сан протоиерея и назначен настоятелем храма.
В 1924 году вновь арестован по обвинению в том, что объединил вокруг себя верующих, которые собирались не только в храме, но и на квартирах, читали акафисты, Священное Писание.
В сентябре 1924 года Особым совещанием при коллегии ОГПУ приговорен к трем годам лишения свободы, срок заключения отбывал в Соловецком лагере особого назначения (СЛОН), где держался независимо, всегда ходил в священнической одежде и посещал церковные службы.
Сщмч. Иоанн (Стеблин-Каменский)
Из Соловков писал своим прихожанам: «Пусть и в истории человечества еще царит нравственная стужа, пусть народы мятутся еще в безумном эгоистическом стремлении к материальному личному благополучию, – дело Божественного строительства совершается; Солнце Правды неуклонно согревает все то, что призвано к жизни; мир от земли неотъемлем, не тот мир, который не может устоять при первой брошенной кости, первом столкновении материальных интересов, а тот мир, которым наполняется душа голодного человека, когда он поделится своим последним куском с чужим ему нищим. Этот мир – непобедим потому, что это мир любви, а не соглашения. Прежде бесплодное стремление лучших людей утвердить свою волю к доброделанию с явлением на земле Бога Слова получает обильную благодатную помощь и благоволение в человеках, воплощается в жизнь».
В 1927 году освобожден из лагеря, однако ему запретили возвращаться в Ленинград, а отправили в административную ссылку в Воронеж. С ноября 1927 года – священник церкви бывшего Покровского Девичьего монастыря в Воронеже, вскоре стал ее настоятелем. Быстро приобрел большой авторитет у прихожан. Его усилиями был организован постоянный сбор средств для воронежского архиепископа Петра (Зверева) и других соловецких узников-христиан. Противники православной церкви публично требовали ареста популярного священника.
Святитель Иоанн был противником Декларации митрополита Сергия (Страгородского). Присоединился к «иосифлянам», одним из их лидеров в Воронежской епархии, подписал протестное обращение от 9 января 1928 года епископа Алексия (Буя) к митрополиту Сергию. После ареста епископа Алексия – епархиальный благочинный Воронежской епархии.
19 мая 1929 года протоиерея Иоанна вновь арестовали. Его обвинили в подрыве авторитета и мощи советской власти. На допросах держался с большим достоинством, виновным себя не признал. Заявил, что по отношению к советской власти лоялен, но не сочувствует мероприятиям, направленным против религии. Считает неправильным обучение детей в школах в противорелигиозном направлении и тому подобное. «Поскольку я другого оружия не знаю, кроме креста, то, как в прошлое время, так и в настоящее я нахожу единственно правильным действовать на массы умиротворяющее». Осуждал всякое выступление против гражданских законов. «Для меня нет сомнения, что вера в распятого Христа непобедима, что кажущееся торжество материализма есть временное явление».
Особым совещанием при коллегии ОГПУ приговорен к повторному заключению на Соловках сроком на три года.
В апреле 1930 года поступило распоряжение о его направлении в воронежскую тюрьму, куда его доставили в начале мая того же года. Обвинен в участии в деятельности монархической контрреволюционной организации, в том, что «распространял церковно-монархические листовки и брошюры, распространял и разного рода антисоветские провокационные слухи». Виновным себя не признал, никого не оговорил. Однако другой священник, проходивший по делу, дал устраивавшие власти показания.
Приговорен коллегией ОГПУ к расстрелу, приговор приведен в исполнение 2 августа 1930 года в окрестностях Воронежа.
Юбилейный Архиерейский Собор 2000 года причислил протоиерея Иоанна Стеблин-Каменского к лику новомучеников и исповедников Российских.
Сщмч. Николай (Симо), протоиерей
(† 1930), память 18 апреля
Родился 6 декабря 1875 года в городе Аренсбурге (ныне г. Курессааре) Эстляндской губернии в семье священника. В 1887 г. Николай окончил немецкую гимназию в г. Юрьеве (ныне г. Тарту) в 1888 году о. Адам Симо назначен в эстонский приход, открывшийся при Андреевском соборе в Кронштадте.
В 1887 году Николай поступил в Рижское духовное училище, окончив которое в 1891 году по первому разряду, продолжил образование в Рижской духовной семинарии; в 1894 году отец перевел его в Санкт-Петербургскую духовную семинарию.
Окончив семинарию в 1897 году, Николай обвенчался с девицей Лидией, дочерью священника Павла Панова.
23 ноября 1897 года рукоположен во священника к Андреевскому собору в Кронштадте[68] на место отца, переведенного в это время служить в эстонский приход при гатчинском Павловском соборе.
В штате собора о. Николай не состоял, а служил приписным священником, что являлось для него немалым испытанием и настоящей школой смирения. Дело в том, что, будучи приписным священником, да еще эстонской национальности, он находился в Андреевском соборе на положении бесправного клирика и претерпевал различные и постоянные унижения от своих собратьев. Полноправное, штатное духовенство относилось к нему высокомерно, иногда даже презрительно, называя «чухной». Служить давали только по воскресным дням, час с небольшим, между ранней и поздней литургией. Во время службы обыкновенно подметали собор, приготавливая его к поздней литургии, не обращая внимания на эстонскую службу. Никому не отказывавший, о. Николай днем и ночью ходил по квартирам кронштадтских верующих, выполняя те или иные требы, что вызывало недовольство других членов причта. Нелегко было служить и все время испытывать недоброжелательство «собратий», которые высказывали недовольство тем, что к их церкви приписан бедный эстонский приход.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
