Даже среди крысиного общества ему удалось найти брильянт, никак ни меньше. Наверное, везет. А может, характер такой, общительный, не скупящийся на ласковые слова. Всегда выслушает, поддержит. Таким быть не каждый может, вот и весь секрет.
Я не такой. Могу и нагрубить, если что. Не нравится что-либо - ведь не промолчу, обязательно ляпну что-нибудь! А это симпатий не прибавляет... В общем, надо еще работать и работать над собой. А то так и помрешь холостяком!
Пожалуй, отправлюсь-ка на кухню, начну самовоспитание с приготовления ужина.
Час прошел незаметно. После насыщения желудка настроение у Константина значительно улучшилось. За день ему пришлось посетить не одну организацию, он устал и совершенно забыл о еде.
Только к вечеру червячок принялся за свое червячное дело, то есть, начал глодать желудок изнутри, что, конечно же, не доставляло Константину большого удовольствия. Похлопав себя по животу и довольно мурлыча песенку сытого кота, Константин снова улегся на диван.
В таком прекрасном расположении духа думалось легко и свободно. Еще раз перечитав послание, он сперва глубоко задумался, потом задремал, и наконец уснул, сломленный дневной суетой. Уснул, так и не раздевшись.
Разбудил его настойчивый звонок телефона. "Кто бы это мог быть?" - подумал Константин, поднимая трубку аппарата, стоявшего на тумбочке у изголовья. Бросил взгляд на часы на стене, те показывали четыре утра.
- Доброе утро, господин Климов! - прозвучал в трубке подчеркнуто деловой, хорошо поставленный голос. Столь официально к Константину давно никто не обращался. Сразу стало понятно:
человек с пеленок, можно сказать, оттачивал свои собственные, персональные интонации. И теперь применял их без зазрения совести. - Позвольте представиться. Дрозд Всеволод Карлович. Я не разбудил вас?
- Да нет... Я уже почти проснулся... Приятно слышать вас в столь ранний час. Чем обязан?
- Ах этот русский язык, волшебное слово "почти"... Почти пришел, почти на месте... ну, и тому подобное. Мне еще нравится приставка "при-". Приболел. Приотстал. Это все равно, что прибеременеть! -
В трубке раздался смех. - Уважаемый Константин Наумович! Я не любитель громких фраз, но тут случай особый, поэтому скажу так: на вас с надеждой смотрит вся страна! Да-да, не удивляйтесь.
Только это обстоятельство и вынудило меня обратиться к вам в столь ранний час. Я лично буду очень благодарен, если вы не откажете в любезности и нанесете нам визит. Адрес вам известен. О завтраке не беспокойтесь, он уже ждет вас.
- Не знаю... надо вызвать такси. У меня на данный момент автомобиля нет.
- Такси не потребуется. Наша машина стоит у главного входа в гостиницу. Жду вас.
Одеваясь в быстром темпе, Константин в который раз пытался объяснить самому себе причину столь пристального внимания властей к его скромной персоне. Ответа не было. Уже выйдя на улицу, он вспомнил, что не взял с собой никаких документов.
Хотел было вернуться, затем подошел к водителю ожидавшей его машины, сказал про документы. Водитель усмехнулся и сказал:
- Там, куда мы едем, документы не спрашивают, а выдают... если, конечно, потребуется!
С этими словами он распахнул дверцу сзади и справа, где обычно ездят высокопоставленные пассажиры. Впервые усевшись на их место, Константин попробовал представить себя одним из высоких чиновников. Ничего не получилось, потому что он сразу же подумал:
"А как будут переходить улицу пешеходы, если я буду ехать с мигалками на красный?" Да, чиновникам несладко. Причем, везде.
Тем временем машина быстро, без особых проблем доставила Константина на Старую площадь. Неудивительно, если вспомнить про ранний час. Шлагбаум поднялся вместе с рукой охранника, отдающего честь.
Водитель ответил на его приветствие кивком головы. Машина миновала еще один пост перед подземной стоянкой, где человек в форме также козырнул, приложив руку к козырьку фуражки. Здесь машина остановилась. Водитель вышел и открыл дверцу для Константина.
Выбравшись из салона, тот оказался перед створками лифта, которые были уже открыты. Водитель сказал, что можно подниматься, там, на верхнем этаже его уже ждут, попрощался и отошел в сторону. Груз доставлен, его миссия окончена.
В холле этажа, куда Константина поднял лифт, его встретил высокий стройный мужчина лет сорока пяти, с яркой запоминающейся внешностью. Чуть поодаль стоял человек в сером костюме, скорее всего, секретарь.
Особенно выделялся в облике хозяина высокий лоб под шевелюрой черных как смоль волос. Колкие и проницательные серые глаза довершали образ. Одет он был в костюм, сшитый безукоризненно точно по фигуре, с отклонениями, не превышающими и миллиметра.(складывалось такое впечатление).
В общем, выглядел он так, как и подобает выглядеть человеку, в круг обязанностей которого входит иметь вид неоспоримого авторитета. Каковым он и являлся на самом деле.
- Доброе утро еще раз, господин Климов! Рад видеть вас в нашем ведомстве! Вы наверняка догадываетесь, что обратиться к вашему бесценному научному опыту нас заставила крайне острая необходимость. Пройдемте в кабинет, изложу вам суть дела.
Коридор, которым провели Константина, был устлан роскошным ковром. Справа и слева красовались дубовые двери с табличками, одна другой солидней. Наконец коридор вывел их к огромной, не менее трех метров в высоту двустворчатой стеклянной двери.
За стеклами были видны ослепительно белые шторки, собранные к центру белой же лентой. Дверь им открыла девушка в строгой белой блузке и черной деловой юбке ровно на уровне колен. Впрочем, от внимания Константина не ускользнула великолепная фигура этой девушки. Как говорится, красоту не скроешь.
Легко было представить, что эта особа только что закончила выступление в одиночном фигурном катании на льду. Ледяной взгляд ее не допускал ни малейшего шанса на флирт в данной обстановке. Костя скромно отвел взгляд.
- Проходите, проходите! - услышал он дружелюбный, доброжелательный голос хозяина кабинета. Легко подхватив Константина за локоть, хозяин провел его через следующую дверь, которая, собственно, и вела в кабинет.
От великолепия обстановки у Константина просто запестрило в глазах. Все элементы интерьера - потолочная лепнина, обводы оконных и дверных проемов, резьба на мебели - были украшены позолотой. Такой роскоши Константин никогда раньше не видел, разве что только на страницах глянцевых журналов, где смаковались королевские приемы и светская жизнь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
