Читаем без скачивания Обманутые иллюзии - Нора Робертс

- Нет.

Теперь она плакала. Крупные слезы беззвучно катились по лицу, а он с несчастным видом смотрел на нее.

- Я не могу тебе этого сказать и не могу просить, чтобы ты простила меня. Но я сделал то, что казалось мне самым лучшим для нас всех. У меня не было выбора.

- У тебя не было выбора? Ты не мог хотя бы сообщить нам, что жив?

- Нет, - он взял салфетку и встал, чтобы промокнуть ее слезы. - Я каждый день думал о вас. Весь первый год просыпался ночью, думая, что я дома, а потом вспоминал... И тянулся к бутылке вместо того, чтобы обнять Роксану. Это было все равно, что умереть. Я хотел бы все забыть, хотел бы обойтись без своей семьи, - он сжал салфетку в руке и произнес глухим голосом: - Мне было двенадцать, когда я нашел свою мать. Я не хочу провести остаток своей жизни без нее. Скажи мне, что я должен сделать, чтобы убедить тебя дать мне еще один шанс?

В мире Лили для любви не существовало никаких преград. Она была всепроникающей и всеобъемлющей. Поэтому ничего другого Лили и не могла сделать. Она просто распахнула объятия и приняла в них Люка, покачивая его и поглаживая, а он зарылся лицом в ее волосы.

- Теперь ты дома, - шептала она. - Только это важно.

Он узнавал в ней все то, что когда-то знал, любил и оставил: мягкость, доброту, силу. Чувства бушевали в его душе, переполняя ее, словно взбунтовавшаяся река. Он мог только крепче прижиматься к ней.

- Мне так не хватало тебя, Лили. Господи, как же мне не хватало тебя!

- Я знаю, - она опустилась на стул и позволила ему положить голову к ней на колени. - Я не хотела кричать на тебя, солнышко мое.

- Я думал, что ты не захочешь меня видеть, - он выпрямился, так, чтобы достать рукой до ее щеки и погладить эту бархатистую кожу. - Я никогда не был достоин тебя.

Это глупо. Многие люди сказали бы, что мы достойны друг друга, - она всхлипнула и крепко обняла его. Ты потом все мне расскажешь, правда? Как только ты захочешь.

- Потом. Сейчас я хочу просто смотреть на тебя, она отодвинулась, не отпуская Люка, и окинула его лицо внимательным материнским взглядом. - Ну, ты выглядишь все так же молодо, - кончиками пальцев она разгладила тоненькие морщинки у его глаз. - Только немного похудел и стал как-то... жестче, вздохнув, она поцеловала его в щеку и стерла указательным пальцем отпечатавшуюся помаду. - Ты был самым красивым мальчиком, которого я видела в жизни, - когда он поморщился, Лили засмеялась. - Ты не забыл магию?

- Я выжил только благодаря ей, - он взял ее руки и прижал к губам, чувствуя в своем сердце бесконечную благодарность и стыд.' Он готовился к ее гневу, к холодной и презрительной обиде, даже к равнодушию. Но против постоянства ее любви у него не было защиты. - Вчера ты была такой красивой. Я смотре, на тебя и Роке на сцене, и мне казалось, что этих пяти лет никогда не было.

- Но они были.

- Да, были, - он встал, но не выпустил ее рук. - Я не знаю такого заклинания, чтобы заставить их исчезнуть. Но я могу сделать так, что все вернется на свои места.

- Ты все еще любишь ее.

В ответ он только пожал плечами, но она улыбнулась, поднялась и взяла его лицо в свои ладони.

- Ты все еще любишь ее, - повторила она. - Но тебе понадобится больше, чем полный карман фокусов, чтобы вернуть ее обратно. Она не такая слабовольная, как я.

- Ничего, я тоже не слабовольный, - проворчал Люк. Вздохнув, Лили покачала головой.

- Если ты попытаешься надавить на нее, то она только отдалится. Макс сказал бы, что на каплю меда можно поймать больше мух, чем сбить свернутой газетой. Поверь мне: женщина, даже самая упрямая, любит, когда за ней ухаживают, - он только фыркнул, но Лили стояла на своем. - Я не имею в виду цветы и музыку, солнышко. Дело в отношении. Рокси нужен достойный соперник, но ей нужен и заботливый кавалер.

- Да если я стану перед ней на одно колено, она тотчас же двинет мне ногой в лицо!

Совершенно верно, подумала Лили, но решила, что соглашаться вслух было бы недипломатично.

- Я не говорила, что это будет легко. Но не сдавайся, Люк. Ты нужен ей больше, чем можешь себе представить.

- Что ты имеешь в виду?

- Просто - не сдавайся.

Задумавшись, он опять привлек Лили к себе.

- Эту ошибку я не повторю. И сделаю все то, что надо сделать, Лили, его глаза потемнели, словно перед ними появилось что-то ненавистное, что только он один мог разглядеть. - И сведу все счеты.

- И там в парке была большая собака. Золотая. Она писала на все деревья.

Роксана посадила Ната на колени и смеялась, пока он пересказывал свои утренние приключения.

- На все - на все?

- Может быть, на сто, - он душевно смотрел в глаза своей матери взглядом отца. - А можно, у меня тоже будет собака? Я научу ее сидеть, подавать лапу и притворяться мертвой.

- И писать на деревья?

- Хм-м, - он усмехнулся и, повернувшись у Роксаны на коленях, обнял ее за шею. О-оо, он хорошо знал, как надо добиваться своего, подумала она. Он был папочкиным сыночком со своей самой первой беззубой улыбки. - Я хочу большую собаку. Мальчика. Его будут звать Майком.

- Если у него уже даже есть имя, то кажется, нам надо серьезно подумать об этом, - она играла блестящими кудряшками Ната, наматывая их на палец. Точно так же, грустно подумала она, ее сын играет ее сердцем. - А сколько ты съел мороженого?

Его глаза широко распахнулись.

- Откуда ты знаешь, что я ел мороженое? У него на рубашке было красноречивое пятно шоколада, а пальцы казались подозрительно липкими. Но Роксана знала, как можно использовать такие прозаические улики:

- Потому что матери, особенно волшебницы, всегда все знают и все видят.

Он задумчиво надул нижнюю губку.

- Но почему я ни разу не видел глаза у тебя на затылке?

- Нат, Нат, Нат, - она сильно вздохнула, - разве я не говорила тебе, что это невидимые глаза?

Внезапно она подняла его вверх, крепко держа обеими руками и зажмурившись, чтобы не заплакать. Она не могла понять, почему у нее слезы наворачивались на глаза, не хотела даже думать, почему. Самое главное - она держала в объятиях своего ребенка, целого и невредимого.

- Лучше пойди и вымой руки, Великий Нат, - ее голос дрогнул, но она заглушила его, прижавшись губами к шее сына. - Мне сейчас надо будет пойти на важную встречу.

- Ты говорила, мы пойдем в зоопарк.

- Так и будет, - она поцеловала его и поставила на пол, на коротенькие, крепкие ножки. - Я вернусь через час, и мы пойдем считать, сколько обезьянок точь-в-точь похожи на тебя.

Смеясь, он затрусил прочь. Роксана нагнулась, чтобы подобрать маленькие машинки, пластмассовых человечков и книжки с картинками, валявшиеся по всему ковру.

- Элис, я ухожу. Вернусь через час.

- Не спеши, - пропела в ответ Элис, и Роксана невольно улыбнулась.

Тихая, надежная, невозмутимая Элис. Она яи за что не смогла бы продолжать работать без твердой поддержки эфемерной Элис.

И подумать только, что она чуть было не отказала Элис из-за ее хрупкого внешнего вида и шепчущего голоса. Но все-таки, из целого легиона внушительных нянек, которые явились на собеседование, именно Элис смогла убедить Роксану, что под ее опекой Натаниель будет невредим и счастлив.

Было что-то такое в ее глазах... думала теперь Роксана, выходя в холл. Светло-серые, почти прозрачные, спокойные и добрые. Из-за своего практицизма молодая мать чуть было не отставила ее в сторону, отдав предпочтение более внушительным и опытным конкуренткам, но Нат улыбнулся Элис из своей колыбели, и это решило дело.

Роксана до сих пор не была точно уверена, кто все-таки выбрал няню: она или ее сын? Теперь Элис стала частью семьи. Та единственная улыбка шестимесячного младенца добавила еще одно звено к цепочке Нувелей.

Роксана предпочла спуститься по лестнице. Ей хотелось немного пройтись перед тем, как встретиться с еще одним звеном. Недостающим звеном, с досадой подумала она и, расправив плечи, постучала в дверь Люка.

- Ты точна, как всегда, - заметил Люк, открывая дверь.

- У меня есть только один час, поэтому давай сразу перейдем к делу, она проскользнула мимо него, оставив за собой слабый запах диких цветов, от которого внутри у него все перевернулось.

- Опаздываешь на свидание?

Она подумала о своем сыне и улыбнулась.

- Да, и не хотелось бы, чтобы он ждал, - она подошла к стулу, села и скрестила ноги. - Ну, что ж, рассказывай, Каллахан.

- Как прикажешь, Нувель, - он заметил, что ее губы дрогнули, но она быстро прогнала улыбку. - Выпьешь вина до обеда?

- Ни вина, ни обеда, - она по-королевски махнула рукой. - Говори.

- Расскажи мне, как прошла твоя пресс-конференция.

- То, что касалось тебя? - подняв брови, она откинунулась на спинку стула. - Я сказала, что в моей программе появится новый человек, который должен будет их ошеломить. Колдун, объехавший весь мир и познавший секреты майя, тайны ацтеков и магию друидов, - она слабо улыбнулась. - Надеюсь, ты не обманешь их ожидания?