Ага, пустили лис в курятник.
С каждым новым счастливым личиком и без того поганое настроение Тэруко портилось все больше.
Апофеозом вечера стал принц Джин, пришедший одним из последних. В первое мгновение Тэруко показалось, что он один, и она уже собиралась съехидничать по поводу отсутствия у принца охотничьих талантов, когда из-за спины Джина шагнула невысокая изящная девушка. Ее одежда пребывала в беспорядке, прическа была растрепана, а подол кимоно заляпан в грязи.
Слова торжества застряли в горле. С растерянностью и детской обидой Тэруко смотрела на «пленницу» своего жениха, и больше всего на свете ей хотелось заплакать.
Глава 9
ИСКУШЕНИЕ
Тростниковая крышка над головой снова скользнула в сторону, и Нобу внутренне напрягся. Его кормили только один раз в день, и сегодня обед уже был. А это значит…
Что именно это значит, он додумать не успел. Сверху послышался густой бас.
— А вот — свободная яма! Всего один сиделец. А ну, давай к нему!
— Так тут государственный преступник. Высокорожденный, — робко попытался возразить второй голос.
— Высокорожденный? — грозно пророкотал бас. — Почему не в камере?!
— Смесок.
— Тогда потерпит.
Сверху послышалась возня, и рядом с Нобу приземлился невысокий и круглолицый человек, обряженный в какую-то неимоверную рванину. К животу человек прижимал мятую тростниковую шляпу.
Вновь прибывший жалобно охнул, помянул мать стражника в весьма фривольном контексте и погрозил кулаком задвигающейся крышке.
До того, как в яме стало совсем темно, Нобу успел разглядеть гладко выбритый череп и хитрющую, несомненно бандитскую рожу незнакомца.
— Вот ведь скотина какая, господин начальничек городской стражи, чтоб тебя ёкай день и ночь пялили без передышки, — продолжал яриться новый заключенный. — Уже и ям свободных нет, а все туда же — облава за облавой! Пихаешь людей, как рыбу в бочку! Тыкен надутый!
Говор у него был характерный. Нобу никогда не занимался отловом мелких воров, грабителей, шулеров и мошенников, но от приятеля, раньше служившего в городской страже, знал, что именно в этой среде принято так растягивать окончания. Да и оскорбительное словечко «тыкен» вело свое происхождение с преступного дна Тэйдо.
— У-у-у, я тебя! — Дальше проследовало не лишенное поэтичности и образности обещание возлюбить господина начальника городской стражи, а заодно всех его подчиненных. В самом что ни на есть плотском смысле.
Удовлетворив таким образом хотя бы на словах жажду мести, сокамерник повернулся к Нобу.
— Ну, здоров будь, женишок. Меня Харуки звать, но друзья Харей кличут.
Юноша гневно фыркнул и отвернулся. Чтоб он, самурай из славного рода Такухати, стал водить дружбу со всяким преступным отродьем? Да за кого эта харя его принимает?
К тому же его задело обращение «женишок». Так на воровском сленге называли клиентов, посещающих публичные дома, и это неприятно напомнило о загадке, над которой Нобу напряженно думал все полторы недели, пытаясь понять, как он оказался в яме и что случилось с Уме.
Сокамерника такая демонстративная нелюбезность не смутила. Он устроился на утоптанной земле поудобнее и принялся рассуждать:
— Это все свадьба принцессы. Наш брат лихой уже и лодку оснастил — ждем гостей. Хорошее время, шумное, саке рекой льется, народ гуляет, за кошельками не глядит. И тут втемяшилось господину начальничку, чтоб его, почистить столицу! Пихает по пять человек в яму, сволочь! Судьи умаялись, стража умаялась. И чего ему на месте не сиделось?
Нобу презрительно улыбнулся. Жалобы воришки перед лицом собственной беспросветной судьбы показались ему нелепыми и смешными.
— Ну что за паскудство, а? Я-то надеялся заработать, — продолжал сетовать преступник. — А вместо того отправлюсь на север, рубить камень. И ведь на смешном взяли! Всего-то тридцать серебряных момме в том кошельке было. Я скажу тебе по секрету, — тут он доверительно понизил голос, — это все та шлюха! Она меня сдала!
От неожиданности юноша поперхнулся.
— К-какая шлюха? — спросил он вопреки собственному решению не вступать в разговор с сокамерником.
— Да девка из домика мамаши Саки. Она, точно она на меня стражу навела. И ведь знал я, что нельзя распускать язык перед шлюхами. А все равно — выпил и давай хвастать! Раньше-то, глядишь, и обошлось бы. А вот с облавой не обошлось. — Он пригорюнился. — Все девки из «квартала ив и цветов» стучат властям, так и знай, парень.
— Не все! — излишне горячо возразил Нобу, вспомнив свою Уме.
Мужчина хохотнул:
— Да все, я тебе говорю! Им за это налоговые послабления от сёгуна и защита. Поэтому умный держит при шлюхе язык на привязи. А таких дураков, как я, учить и учить. — Он горестно обхватил себя руками за голову. Помолчал, а потом спросил: — Тебя как зовут-то, парень?
— Нобу, — отозвался юноша. И вдруг понял, что рад появлению сокамерника. Хоть прожженная шкура и ворюга, а все живая душа рядом.
— А я — Харя. Ну, я уже говорил. А тебя за что замели? Прирезал кого?
Нобу даже улыбнулся наивности этого вопроса. Простолюдины, что с них взять. Но вдаваться в свои печальные обстоятельства не стал, гордо промолчал.
— Значит, прирезал, — сделал вывод Харуки. — Из ревности небось?
— Вовсе нет!
— Ага, рассказывай!
Этих домыслов юный самурай стерпеть не смог. В возмущении повернулся к сокамернику и огорошил его:
— Я — государственный преступник.
Против его желания это прозвучало даже немного гордо. Все-таки в преступлениях такого масштаба есть подлинное величие. Не сравнить с пошлой кражей жалких тридцати момме.
— Ты? — переспросил воришка и зашелся в хохоте.
Мия воровато оглянулась и прижала плотнее к телу вазу. От страха ладони немного вспотели, и гладкий фарфор норовил выскользнуть из рук. А сухие ветви торчали прямо перед лицом, норовя выколоть глаза.
За дверью было тихо. Похоже, принцесса и Хитоми действительно куда-то ушли.
Она обхватила правой рукой свою ношу и потянулась открыть дверь. Та откатилась бесшумно. Молясь, чтобы никто ее не заметил, Мия юркнула внутрь.
Лишь бы успеть управиться до того, как кто-нибудь зайдет!
Кто бы мог подумать, что проникнуть в сам дворец будет куда легче, чем в комнаты принцессы? Но Тэруко почти не покидала своих покоев. Выходила только для приемов, на которых Мия, как фрейлина, обязана была присутствовать. Как девушка ни пыталась, ей ни разу не удалось увильнуть от обязанностей.
Она должна, обязана найти проклятый тубус! И спасти Акио!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
