Мягкий свистящий звук, отличающийся от любого другого, слышимого раньше, заставил волосы на шее Карамона встать дыбом. Небо потемнело. Передний строй заколебался — зловещий шум услышал каждый штурмовик. Карамон немедленно постарался высунуться из-под щита, чтобы разглядеть все получше. Посмотрев вверх, он с удивлением понял, что это не тучи, а тысячи стрел устремившихся к нему.
— Держи свой проклятый щит! — завопила сержант.
Помня тренировку, Карамон торопливо подался назад, подняв щит повыше. Не прошло и нескольких секунд, как он прогнулся и завибрировал под ударами десятков стрел. Карамон поразился силе ударов, словно кто-то лупил по щиту боевым молотом.
Внезапно всё закончилось.
Силач напрягся, ожидая следующей атаки, а когда её не последовало, осмелился выглянуть. Четыре стрелы дрожали в его щите, трепеща оперением, то же было и у других солдат. Некоторые из них сразу же вырывали стрелы и отбрасывали в сторону. Карамон обернулся проведать Крысу, и тот посмотрел на него с робкой улыбкой.
— Ну, парень… — всё, что он смог сказать.
— Вперёд, вперёд! — завопил Сенедж, увлекая отряд за собой.
Свистящее шипение снова раздалось над ними, это лучники барона били по стенам. Стрелы проносились вперёд, исчезая в городе, оттуда грянул ответный залп, и Карамон заранее поднял щит.
Стрелы вернулись домой. Карамон пригибался от ударов, но шёл вперёд. Резкий крик заставил его дёрнуть головой — справа от него человек упал на землю, корчась в муках. В его ноге торчала глубоко ушедшая стрела, а в строю появилась брешь.
Солдаты сомкнули щиты, восстанавливая целостность строя, штурмовой отряд продолжал двигаться вперёд. Карамона душила бессильная ярость, ему хотелось убивать и мстить, но рядом никого подходящего не было. Силачу оставалось только идти под стрелами и терпеть. Залпы баронских лучников, казалось, не приносят никакого эффекта.
Ещё один дождь стрел пролился с неба, поражая штурмовиков. Воин впереди Карамона упал навзничь, прямо под ноги силача. Солдат не мог кричать — стрела пробила ему горло, он только булькал и зажимал руками ужасную рану.
— Не останавливайся! Сократи строй, идиот! — проорал в ухо ветеран, колотя Карамона в бок.
Силач перепрыгнул тело, боясь наступить на тяжелораненого, поскользнулся на мокрой, забрызганной кровью земле и едва не растянулся, когда чьи-то руки схватили его сзади за пояс и удержали. Вскоре шелест и свист послышались снова, и Карамон сжался в комок, стараясь занять как можно меньше места под щитом.
Неожиданно поток стрел прервался. Штурмовики сомкнули ряды в ста пятидесяти ярдах от цели. Возможно, отряд лучников Лэнгтри смог заставить всех убраться со стен, а может, вражеские лучники просто сбежали.
Карамон вновь осторожно высунулся и услышал глухой стук, словно что-то тяжёлое прокатилось по мокрой траве. Звук завершился громким треском, и оглядевшийся в поисках источника Карамон увидел, как двое солдат из первой шеренги перестали существовать, во второй шеренге было уже шестеро, в третьей не задело никого. Одна секунда стоила жизни восьми солдатам.
Огромный кровавый валун, запущенный со стены и пронёсшийся сквозь шеренги, наконец, остановился. Катапульта сработала великолепно — камень уничтожил всех стоявших у него на пути. Восьми солдат не было, остались только кровь, кости и скрученная плоть. Крики раненых, вонь от кишок, крови и нечистот заставили Карамона согнуться и опорожнить желудок.
Шелест следующего залпа дёрнул Карамона кинуть щит и броситься наутёк, но глубоко вбитая сержантами дисциплина пригвоздила его к месту. Он не опозорится и не будет заклеймён как трус. Силач лишь присел, держа щит над головой, с тревогой высматривая Крысу, которого нигде не было видно.
Залп накрыл ещё троих, включая знаменосца, флаг отряда, выпав из мёртвых рук, покатился по траве. Ни Сенедж, ни сержант не успели ничего сделать, когда вперёд из ниоткуда выскочил Крыса. Прыгая по мёртвым и живым телам, он подбежал к бессильно лежащему знамени.
Залп лучников города.
Подхватив древко, полукендер как заговорённый выстоял под ливнем стрел, размахивая флагом и дико вопя. Остальная часть отряда присоединилась к крику, но робко и неуверенно. Мастер Сенедж судорожно осмотрел свой строй и увидел ужасные дыры, зияющие тут и там. Ещё один залп стрел и прилетевший валун вывели его из ступора, побудив к действию.
— Отступаем! Сомкнуть щиты! — заорал он.
В это время Карамон уже мчался со всех ног, чтоб защитить Крысу, прикрыв его щитом. Штурмовики двинулись назад. Полукендер не обращал никакого внимания на стрелы, густо падавшие вокруг, гордо шёл позади всех, размахивая флагом. Отряд организованно отступал, не пытаясь броситься врассыпную или ускорить шаг.
Живые вставали на место мёртвых. Тех, кто ещё дышал, подхватывали и тащили в лагерь. Отряд лучников барона усилил темп стрельбы, прикрывая отход штурмовиков. Крыса тащил флаг, а Карамон закрывал его щитом. Пройдя так ярдов пятьдесят, они чуть расслабились — стрелы сюда достать уже не могли.
Ещё через сто шагов мастер Сенедж остановил отряд, опустив щит к земле. Все остальные слитно повторили движение командира. Карамон с наслаждением избавился от веса в дрожащей руке — сейчас для него щит весил не меньше двухсот фунтов.
Крыса, чьё лицо побелело от напряжения, продолжал держать знамя.
— Поставь древко на землю, — посоветовал Карамон.
— Я… я не могу его опустить… — дрожащим голосом произнёс Крыса. Он воззрился на свои руки, как на чужие. — Я, правда, не могу, Карамон!
По лицу Крысы побежали быстрые слезы. Силач протянул руку, чтобы помочь, только сейчас заметив, что сам весь забрызган чужой кровью и грязью, но, постояв так мгновение, он опустил руку, не прикоснувшись к знамени.
— Так, слушать всем! — завопил мастер Сенедж. — Мы выполнили задание! Барон узнал, что хотел! Защита города на высоком уровне!
Мужчины в строю не ответили, они были измучены и подавлены.
— Вы сражались хорошо, я горжусь вами! — продолжал Сенедж. — Кроме того, сейчас мы потеряли много друзей. Поэтому, — он сделал небольшую паузу, — я намереваюсь дождаться сумерек и вернуться за их телами.
Ропот согласия пробежал по рядам штурмовиков, после чего сержант Немисс приказала идти в лагерь. Солдаты разбрелись — кто врачевать раны в палатке Пиявки, а кто просто завалиться спать. Некоторые из новичков, Карамон и Крыса в их числе, остались стоять на месте, слишком поражённые увиденным, чтобы двигаться.
Сержант Немисс подошла к полукендеру и принялась разжимать его судорожно сжатые пальцы.
— Ты не повиновался приказу, солдат, — произнесла она железным тоном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
